Автор: שירותי ראיית חשבון בחיפה וקריות

В Хайфе юридическая помощь часто нужна не тогда, когда дело уже дошло до суда, а намного раньше — после ДТП, травмы на работе, спора с работодателем, долга, развода, покупки квартиры, оформления нотариальной доверенности или решения вопроса со статусом в стране.

Хайфа: когда юридический вопрос нельзя откладывать

В Хайфе юридические вопросы редко появляются «из ниоткуда». Обычно за ними стоит конкретная ситуация: человек попал в дорожно-транспортную аварию, получил травму на работе, столкнулся с отказом страховой компании, спорит с работодателем, пытается вернуть долг, оформляет документы для семьи или готовится к покупке недвижимости.

На первый взгляд кажется, что многое можно решить самому. Позвонить в страховую. Поговорить с работодателем. Скачать шаблон договора. Поверить устному обещанию. Но в Израиле результат часто зависит от того, что именно написано в документе, когда было подано заявление, какие доказательства собраны и какую позицию человек занял в самом начале.

Именно поэтому адвокат в Хайфе нужен не только в момент суда. Во многих случаях профессиональная консультация важна еще до того, как человек подписал бумагу, отправил письмо, согласился на выплату или пропустил срок.

В Хайфе юридическую помощь оказывает Адвокат-Нотариус Илина Циперсон-Ясловиц.

Адрес офиса:
Дерех Ацмаут 43, Хайфа, 4 этаж

сайт — Адвокат-Нотариус Илина Циперсон-Ясловиц.

Илина Циперсон-Ясловиц — член коллегии адвокатов Израиля с мая 1999 года. На сайте также указано: член Министерства юстиции Израиля с июня 2010 года, арбитражный судья с ноября 2024 года.

Для клиента это удобно: в одном месте можно получить адвокатскую помощь, нотариальное оформление документов и сопровождение юридического спора. На сайте специалиста также указаны сильные маркеры доверия: 25+ лет практики, поддержка 24/7, 98% довольных клиентов и формулировка «Профессиональная юридическая защита. 25 лет успешной практики в Израиле».

Отдельно важно, что дела ведутся на иврите, русском и английском.

Для Хайфы это не деталь, а практическое преимущество. В городе живут репатрианты, старожилы, предприниматели, семьи из разных стран, люди с документами из Израиля и из-за границы. В юридических вопросах человек должен точно понимать, что подписывает, какие у него права, какие риски есть в договоре и что происходит в его деле.

Почему локальный адвокат-нотариус в Хайфе — это важно

Хайфа — большой город с портом, промышленностью, больницами, университетами, офисами, строительством, рынком недвижимости и активной деловой жизнью. Здесь юридические вопросы часто связаны с реальной повседневностью: дорогами, работой, медициной, жильем, семьей, долгами и документами.

Для жителей Хайфы, Крайот, Нешера, Тират-Кармеля и северного округа важна не только сама юридическая услуга. Важно, чтобы специалист был доступен, говорил на понятном языке, принимал рядом и понимал, как устроены дела в израильской системе.

Когда речь идет о ДТП, травме, нотариальной доверенности, покупке квартиры, трудовом споре или взыскании долга, часто нужно быстро показать документы, обсудить детали, подписать бумаги или получить четкий план действий.

Поэтому запросы вроде «нотариус в Хайфе», «адвокат ДТП в Хайфе», «адвокат по трудовым спорам в Хайфе», «взыскание долгов в Хайфе» или «адвокат при покупке квартиры в Хайфе» отражают не просто поиск услуги. За ними стоит ситуация, где человеку нужно решение, а не общие слова.

ДТП, ущерб здоровью и аварии общественного транспорта

После ДТП человек обычно думает о машине, больнице, страховой компании и ближайших расходах. Но если есть боль, травма, ограничения движения, лечение, потеря рабочих дней или долгий процесс восстановления, ситуация быстро становится юридической.

Адвокат ДТП в Хайфе помогает понять, какие документы нужно собрать, как фиксировать ущерб здоровью, как вести общение со страховой компанией и почему не стоит подписывать соглашения, смысл которых не до конца понятен.

ДТП с автобусом, такси, служебным автомобилем или другим общественным транспортом может быть особенно запутанным. Пострадавший пассажир не всегда понимает, кто отвечает за компенсацию, куда обращаться, какие медицинские документы сохранять и как доказать связь между аварией и ухудшением здоровья.

Тема ущерба здоровью шире, чем только дорожная авария. Речь может идти о падениях, несчастных случаях, травмах в общественных местах, нападениях животных, профессиональных заболеваниях и других ситуациях, где человек получил вред и нуждается в компенсации.

НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency обращает внимание: в делах об ущербе здоровью главная ошибка — ждать, пока все «как-нибудь решится». Чем раньше собраны медицинские документы, фотографии, свидетельства и первичные обращения, тем проще восстановить картину событий и оценить перспективу компенсации.

Травмы на работе, профессиональные заболевания и компенсации

Хайфа и север Израиля — это промышленность, порт, строительство, склады, магазины, медицинские учреждения, офисы, транспорт и сфера обслуживания. Поэтому травмы на работе здесь не редкость.

Производственная травма может произойти не только на заводе или стройке. Иногда она случается в обычный рабочий день: падение в офисе, повреждение спины из-за нагрузки, авария по дороге по заданию работодателя, травма руки или ноги, ухудшение состояния из-за условий труда.

Отдельная тема — профессиональные заболевания. Они не всегда выглядят как внезапное происшествие. Иногда вред накапливается месяцами или годами: из-за повторяющихся действий, физической нагрузки, шума, химических веществ, стресса или другой рабочей среды.

В таких случаях важно правильно оформить происшествие, собрать медицинские справки, зафиксировать связь с работой и понять, какие выплаты положены. Ошибка в начале может повлиять на компенсацию позже.

Есть и ситуации, которые касаются детей и общественных мест. Компенсации пострадавшим в школах, детских садах и общественных местах — отдельное направление, где многое зависит от обстоятельств происшествия. Ребенок мог получить травму в учебном заведении, на прогулке, на занятии или во время нахождения под ответственностью учреждения.

Взрослый может пострадать в торговом центре, подъезде, на улице, парковке, лестнице, в общественном здании или другом месте, где безопасность должна была быть обеспечена. В таких делах нужно понять, кто несет ответственность, какие доказательства есть и можно ли требовать компенсацию.

Сюда же относятся пострадавшие от нападения животных. Если есть травма, лечение, шрамы, психологические последствия или потеря трудоспособности, это уже не просто неприятный случай, а возможное юридическое дело.

Медицинская халатность и иски против страховых компаний

Медицинская халатность — одна из самых чувствительных тем. Пациент может столкнуться с неправильной диагностикой, задержкой лечения, ошибкой во время процедуры, неверным назначением, недостаточным информированием или другим действием, которое привело к вреду.

Такие дела требуют не эмоций, а доказательств. Недостаточно сказать: «врач ошибся». Нужно изучать медицинские документы, историю лечения, заключения специалистов, причинно-следственную связь и возможный размер ущерба.

Не менее важны иски против страховых компаний. Человек может годами платить страховку, но после происшествия получить отказ, задержку, неполную выплату или спор о размере компенсации. Это касается ДТП, травм, потери трудоспособности, медицинских расходов, частных полисов, страхования жизни и других ситуаций.

Адвокат помогает проверить условия полиса, оценить позицию страховой компании, подготовить требование, вести переговоры или подать иск, если без этого нельзя защитить интересы клиента.

Гражданство и статус в стране

Для многих жителей Хайфы юридические вопросы связаны не только с судами. Иногда главное — гражданство и статус в стране. Это может касаться оформления гражданства, подтверждения прав, статуса членов семьи, документов для государственных органов, процедур пребывания и других вопросов, от которых зависит нормальная жизнь человека в Израиле.

Такие вопросы часто возникают у семей, репатриантов и людей, чьи документы связаны сразу с несколькими странами. Когда человек не понимает, какие документы нужны, как правильно подать заявление, что делать при задержке или как объяснить свою ситуацию, юридическая консультация помогает не действовать вслепую.

Здесь особенно важна работа на трех языках: иврите, русском и английском. Документы могут быть на одном языке, объяснения нужны на другом, а инстанции требуют точности на третьем.

Исполнительное производство, взыскание долгов и защита от банков

Долги быстро становятся источником давления. Один человек дал деньги и не может вернуть их обратно. Другой выполнил работу, выставил счет-фактуру, получил чек или вексель, но оплаты нет. Третий сам оказался должником или гарантом и получил иск от банка.

Исполнительное производство и взыскание долгов требуют последовательности. Здесь важны документы, сроки, сумма, основание долга, возможность переговоров, обращение в соответствующие органы и контроль за дальнейшими действиями.

Адвокат может представлять интересы клиента в исполнительном производстве, заниматься взысканием долгов, инкассацией чеков, векселей и счетов-фактур, а также вести переговоры с кредиторами о закрытии дел.

Но юридическая помощь нужна не только кредиторам. Защита должников и гарантов от исков банков — отдельная сложная сфера. Иногда человек подписал гарантию, не до конца понимая последствия. Иногда долг вырос из-за процентов и расходов. Иногда есть возможность урегулировать задолженность, договориться о выплатах или закрыть дело на более приемлемых условиях.

В долговых делах молчание почти всегда работает против человека. Чем раньше понятна юридическая позиция, тем больше пространства для переговоров и защиты.

Трудовое право: работники, работодатели и трудовые суды

Трудовые споры в Израиле часто начинаются с очень конкретных вещей: не выплатили зарплату, не перечислили положенные выплаты, неправильно оформили увольнение, не заплатили компенсацию при увольнении, изменили условия труда, не дали расчет или подали иск.

Адвокат по трудовым спорам в Хайфе может представлять работников и работодателей в трудовых судах, помогать с подачей иска или защитой от иска, проверять компенсации, выплаты, договоры, переписку и документы.

Для работника важно понимать, что ему положено по закону и договору. Для работодателя — как снизить риски, правильно оформить документы и защититься, если спор уже начался.

В трудовом праве нельзя полагаться только на слухи. У каждого дела есть детали: стаж, зарплатные ведомости, пенсионные отчисления, отпускные, больничные, уведомления, фактический график, переписка, форма найма и поведение сторон.

Для Хайфы это особенно актуально. Здесь много сфер занятости: медицина, образование, торговля, транспорт, промышленность, уход, строительство, малый бизнес и офисная работа. В каждой сфере свои конфликты, но общий принцип один: документы и сроки имеют значение.

Семейное право: развод, алименты, имущество и смешанные пары

Семейное право — одна из самых личных и сложных сфер. Здесь юридический спор почти всегда связан с эмоциями, детьми, имуществом, будущим и личной безопасностью.

Адвокат по семейному праву в Хайфе может понадобиться при подготовке договора о разводе, разводе смешанных пар, разводе без взаимного согласия, включая случаи, когда супруг выехал за границу.

Также важны иски по алиментам, раздел совместного имущества, признание или оспаривание отцовства, договоры между сожительствующими партнерами, изменение имени или фамилии.

В таких делах особенно важно говорить с клиентом на понятном языке. Когда человек находится в конфликте, ему нужно не просто юридическое заключение, а ясная картина: какие есть варианты, что можно требовать, какие риски существуют и какие шаги лучше не делать.

Семейный адвокат не всегда нужен для войны. Иногда грамотное соглашение помогает сократить конфликт, сохранить время, деньги и нервы.

Доверенность, опека и наследственное право

Доверенность, опека и наследственное право — это сфера, где лучше думать заранее. Особенно когда речь идет о семье, пожилых родственниках, имуществе, банковских вопросах или наследуемой недвижимости.

К услугам относятся подготовка завещаний, раздел наследуемого имущества, защита прав наследников, оформление действующей доверенности на решение юридических и финансовых вопросов.

Отдельно важна продолжительная доверенность. В Израиле она позволяет заранее определить, кто будет принимать решения за человека в будущем, если он сам не сможет этого делать.

Это может касаться финансов, недвижимости, медицинских вопросов, личных дел и семьи. Такой документ особенно важен для людей, которые хотят заранее избежать споров между родственниками и обеспечить понятный порядок действий.

Также возможен выезд нотариуса к клиенту на дом по предварительной договоренности. Для пожилых людей, людей после травм, болезни или с ограниченной мобильностью это может быть принципиально важной услугой.

Купля-продажа недвижимости в Хайфе

Недвижимость в Израиле — это всегда серьезная сделка. Покупка квартиры, продажа имущества, аренда, соглашение о партнерстве в недвижимости или любой контракт, связанный с объектом, требует проверки.

В Хайфе рынок недвижимости неоднородный. Есть старые дома, новые проекты, квартиры после наследства, объекты под ремонт, инвестиционные квартиры, семейные сделки и сложные ситуации с регистрацией.

Адвокат при покупке квартиры в Хайфе или продаже имущества проверяет документы, права сторон, условия договора, платежи, налоги, регистрацию, ипотечные детали, обязательства продавца и риски для покупателя.

Все виды контрактов, касающихся недвижимости, лучше готовить или проверять до подписи. После подписи исправлять ошибки намного сложнее.

Для покупателя юридическое сопровождение — это защита денег. Для продавца — защита от будущих претензий. Для партнеров по недвижимости — понятные правила, кто за что отвечает и как распределяются права.

Нотариальные услуги в Хайфе

Нотариус в Хайфе может понадобиться для документов в Израиле и за границей, семейных вопросов, доверенностей, сделок, банковских процедур, наследства и подтверждения фактов.

Адвокат-Нотариус Илина Циперсон-Ясловиц оказывает все виды нотариальных действий, разрешенные законом.

Сюда входят аутентификация подписей, нотариальное заверение доверенностей и копий документов, составление и заверение завещаний и аффидевитов, свидетельства о жизни, составление и заверение брачных договоров.

Также могут понадобиться свидетельства об отмене предыдущих нотариальных документов, согласие родителей на выезд несовершеннолетнего за пределы Израиля и другие нотариальные действия.

В нотариальных вопросах мелочей не бывает. Имя, дата, формулировка, перевод, подпись, полномочия и статус документа должны быть оформлены правильно. Иначе документ могут не принять там, где он нужен больше всего.

Наши услуги

Обратиться к Адвокату-Нотариусу Илине Циперсон-Ясловиц можно через сайт:

сайт — Адвокат-Нотариус Илина Циперсон-Ясловиц.

Офис находится по адресу:

Дерех Ацмаут 43, Хайфа, 4 этаж

Дела ведутся на иврите, русском и английском.

Дорожно-транспортные аварии и ущерб здоровью

• Дорожно-транспортные аварии.
• ДТП, включая аварии общественного транспорта.
• Производственные травмы.
• Профессиональные заболевания.
• Компенсации пострадавшим в школах, детских садах и общественных местах.
• Пострадавшие от нападения животных.
• Медицинская халатность.
• Иски против страховых компаний.
• Компенсации по страховкам.

Гражданство и статус в стране

• Оформление гражданства.
• Статус в стране.
• Юридическое сопровождение документов и процедур, связанных с пребыванием и правовым положением человека в Израиле.

Исполнительное производство и взыскание долгов

• Исполнительное производство.
• Взыскание долгов.
• Представление интересов клиента в исполнительном производстве.
• Защита должников и гарантов от исков банков.
• Урегулирование долгов.
• Переговоры с кредиторами о закрытии дел.
• Инкассация чеков, векселей, счетов-фактур.

Трудовое право

• Представительство работников и работодателей в трудовых судах.
• Подача иска или защита от иска.
• Компенсация при увольнении.
• Все положенные выплаты работникам.

Семейное право

• Договоры о разводе.
• Разводы смешанных пар.
• Разводы без взаимного согласия, включая случаи выезда супруга за границу.
• Иски по алиментам.
• Раздел совместного имущества.
• Признание или оспаривание отцовства.
• Договоры между сожительствующими партнерами.
• Изменение имени или фамилии.

Доверенность, опека и наследственное право

• Подготовка завещаний.
• Раздел наследуемого имущества.
• Действующая доверенность на решение юридических и финансовых вопросов.
• Продолжительная доверенность.
• Защита прав наследников.
• Выезд нотариуса к клиенту на дом по предварительной договоренности.

Купля-продажа недвижимости

• Все виды контрактов, касающихся недвижимости.
• Покупка и продажа недвижимости.
• Аренда недвижимости.
• Соглашения о партнерстве в недвижимости.
• Представление интересов при покупке и продаже имущества.

Нотариальные услуги

• Все виды нотариальных действий.
• Аутентификация подписей.
• Нотариальное заверение доверенностей и копий документов.
• Составление и заверение завещаний и аффидевитов.
• Свидетельства о жизни.
• Составление и заверение брачных договоров.
• Свидетельства об отмене предыдущих нотариальных документов.
  Согласие родителей на выезд несовершеннолетнего за пределы Израиля.
• Другие нотариальные действия, разрешенные законом.

Частые вопросы

Когда обращаться к адвокату после ДТП в Хайфе?

Лучше обращаться сразу после аварии, особенно если есть боль, травма, обращение к врачу, повреждение имущества или спор со страховой компанией. Чем раньше собраны медицинские документы, фотографии, данные участников и свидетелей, тем легче защитить право на компенсацию.

Когда нужен нотариус в Хайфе?

Нотариус нужен для заверения подписей, доверенностей, копий документов, брачных договоров, аффидевитов, свидетельств о жизни, согласия родителей на выезд несовершеннолетнего из Израиля и других нотариальных действий, разрешенных законом.

Что такое продолжительная доверенность в Израиле?

Продолжительная доверенность позволяет человеку заранее определить, кто будет представлять его интересы и принимать решения по личным, юридическим, финансовым или имущественным вопросам, если он сам не сможет этого делать.

Зачем нужен адвокат при покупке недвижимости в Хайфе?

Адвокат проверяет права на объект, договор, платежи, регистрацию, налоги, ипотечные условия и возможные риски. Это особенно важно при покупке квартиры, продаже имущества, аренде или соглашениях о партнерстве в недвижимости.

Можно ли обратиться по делу на русском, иврите или английском?

Да. Адвокат-Нотариус Илина Циперсон-Ясловиц ведет дела на иврите, русском и английском. Это удобно для жителей Хайфы и северного округа, которым важно понимать юридические документы и процесс без языкового барьера.

Коротко: когда не стоит ждать

Если вы живете в Хайфе или на севере Израиля и столкнулись с ДТП, травмой на работе, трудовым спором, долгом, семейным конфликтом, покупкой недвижимости, нотариальной доверенностью, медицинской халатностью, иском против страховой компании или вопросом статуса в стране, важно не откладывать консультацию.

Во многих случаях результат зависит от первого шага: не подписать лишнее, сохранить документы, вовремя обратиться за консультацией и понять свои права до того, как конфликт станет дороже.

Для жителей Хайфы, Крайот, Нешера, Тират-Кармеля и северного округа это может быть адресом для решения широкого круга вопросов: нотариус в Хайфе, адвокат ДТП в Хайфе, ущерб здоровью, травмы на работе, трудовые споры, исполнительное производство, взыскание денег с должников, семейное право, представление интересов при покупке и продаже имущества, продолжительная доверенность, наследство, гражданство и статус в стране.

Контакты адвоката нотариуса в Хайфе

Обратиться к Адвокату-Нотариусу Илине Циперсон-Ясловиц можно через сайт:

сайт — Адвокат-Нотариус Илина Циперсон-Ясловиц.

Офис находится по адресу:

Дерех Ацмаут 43, Хайфа, 4 этаж

Дела ведутся на иврите, русском и английском.

 

…
Адвокат и нотариус в Хайфе: когда юридическая помощь нужна не «потом», а сейчас — Илина Циперсон-Ясловиц - 06.06.2026 - Новости Израиля

Утечка по Су-35: российские ракеты для Ирана становятся угрозой Израилю — фото - 06.06.2026 - Новости Израиля

«Это капец»: откровенный разговор с ортодоксальным еврейским капелланом ВСУ — о фронте, вере и том, как не потерять человека — видео - 06.06.2026 - Новости Израиля

Израильский Telegram-канал Israel | Труха 5 июня 2026 распространил сообщение об утечке российских оборонных документов, согласно которой россия могла готовить поставки Ирану авиационных ракет и компонентов для истребителей Су-35. В публикации фигурируют ракеты класса «воздух — воздух» и «воздух — земля», а иностранный заказчик в документах обозначен кодом «К10».

За коротким сообщением стоит более крупная история: российско-иранская военная связка, которая после полномасштабного вторжения россии в Украину стала одним из главных факторов безопасности сразу для двух регионов — Восточной Европы и Ближнего Востока. Иран помогает москве дронами и технологиями для ударов по Украине, а россия, судя по опубликованным документам, может расплачиваться авиационной техникой, вооружением и компонентами.

Важно уточнить сразу: Telegram-канал не является первоисточником этой истории. Ранее англоязычное издание UNITED24 Media опубликовало материал о пакете российских оборонных документов, где речь идет о поставках вооружения для Ирана до 2027 года. Отдельно Reuters сообщал, что иранский военный представитель уже подтверждал покупку российских истребителей Су-35, хотя не раскрывал количество самолетов и сроки их поставки.

Для израильского читателя это принципиальная деталь. Перед нами не официальное заявление Ирана или россии о передаче каждой ракеты, а утечка документов, которую нужно читать аккуратно: как сигнал о возможной производственной и контрактной цепочке, связанной с авиационным вооружением для Ирана.

На одном из опубликованных документов стоит дата 13 мая 2022 года. Отправителем указано АО «Машиностроительное конструкторское бюро “Искра” имени И.И. Картукова», связанное с российской корпорацией «Тактическое ракетное вооружение». Адресат — ФКП «Пермский пороховой завод».

В письме говорится о запросе договора на изготовление и поставку изделий с внутренними обозначениями 65ДУ.С-Ш, 65ДУ.М-Ш, 65ДУ.М-В, В-287, 65ДУ.С-Ш ИН, 65ДУ.М-Ш ИН, а также сборки изделия 65ДУ.00. В документе прямо указано, что работы ведутся в интересах иностранного заказчика «К10».

На видимом листе нет открытой фразы «Иран» и нет полного названия ракеты. Это важная деталь для корректной подачи.

Однако в общем пакете утечки источники связывают код «К10» именно с Ираном. UNITED24 Media указывает, что документы относятся к российским поставкам авиационного вооружения для иранских Су-35, а изделия 65ДУ связаны с компонентами для ракеты Х-38.

Второй документ, распространенный вместе с первым, датирован 4 декабря 2024 года. Его отправитель — ФКП «Пермский пороховой завод». Адресаты — АО «Научно-исследовательский институт полимерных материалов» и начальник 591 военного представительства Министерства обороны россии.

Тема письма — «Заявка на изготовление шашек КВ-1-72.001».

В тексте говорится, что Пермский пороховой завод просит заключить договор на поставку шашек КВ-1-72.001 в интересах иностранного заказчика «К10». Количество — 164 штуки. Срок изготовления — до 30 сентября 2025 года.

Этот документ особенно важен по времени. Он показывает, что речь идет не только о бумагах 2022 года, а о цепочке, которая, если утечка подлинна, продолжалась уже после начала большой войны россии против Украины и могла выходить на 2025 год.

По данным опубликованных материалов, речь может идти о нескольких типах авиационного вооружения для истребителей Су-35.

Х-38 — ракета класса «воздух — земля», в том числе в вариантах с лазерным наведением. В Telegram-публикации указано 120 единиц.

R-73, также обозначаемая как К-73, — ракета «воздух — воздух» ближнего радиуса действия. В опубликованном списке указано 123 единицы.

R-77, или К-77, — ракета «воздух — воздух» средней дальности. В публикации фигурирует 42 единицы.

Х-31 — ракета, которая может применяться как противорадиолокационная и противокорабельная. В списке также указано 42 единицы.

По отдельности эти названия могут звучать как техническая номенклатура. Но вместе они дают другую картину: Иран мог получать не просто самолеты, а набор вооружений для разных сценариев — воздушный бой, удары по наземным целям, атаки по радарам и потенциальные угрозы морским объектам.

В этой истории важно отделять первичные документы, журналистскую публикацию, международное подтверждение общей сделки и Telegram-перепост. Для израильской аудитории это особенно важно: тема касается Ирана, россии, Су-35 и возможного изменения баланса угроз вокруг Израиля.

Самый слабый уровень источника — Telegram-публикация. Канал Israel | Труха сделал тему заметной для израильской аудитории, но сам Telegram-канал не является первоисточником документов и не проводит полноценную международную верификацию. Его роль здесь скорее информационная: он вынес тему в израильское поле.

Более серьезный уровень — публикация UNITED24 Media. Именно там подробно описана утечка российских оборонных документов, названы ракеты Kh-38, K-73/R-73, K-77/R-77 и Kh-31, а также указана связка с истребителями Су-35 и заказчиком «K10».

Но и здесь нужна оговорка. UNITED24 Media — украинская англоязычная платформа, работающая в контексте войны россии против Украины. Это не делает данные ложными, но требует аккуратности: читателю важно понимать, что источник находится на стороне Украины и публикует материалы о российско-иранском военном сотрудничестве как о прямой угрозе.

Самый сильный внешний якорь в этой истории — Reuters.

Агентство отдельно сообщало, что высокопоставленный представитель КСИР подтвердил покупку Ираном российских Су-35. Reuters при этом не подтверждал весь список ракет из утечки и не раскрывал сроки или количество самолетов, но подтвердил главное основание сюжета: сделка Ирана по российским Су-35 действительно существует на официальном уровне.

Еще один важный источник — «Украинская правда», которая со ссылкой на UNITED24 Media и документы, проанализированные «Экономической правдой», писала, что контрактная цепочка по Yak-130 и Су-35 для Ирана остается в силе, а иностранный заказчик проходит в документах как «K10».

Поэтому для израильского читателя корректный вывод должен звучать так: общая сделка Ирана с россией по Су-35 подтверждена достаточно надежно; связь кода «K10» с Ираном подтверждается публикациями, основанными на утечке; конкретный список ракет и компонентов следует подавать как данные опубликованных документов, а не как официально признанную поставку каждой единицы вооружения.

Иными словами, материал заслуживает внимания не потому, что Telegram написал громкий пост, а потому что Telegram-публикация совпала с более широкой цепочкой: англоязычной публикацией UNITED24 Media, документами российского ВПК, украинскими расследовательскими материалами и отдельным подтверждением сделки по Су-35 со стороны Reuters.

Для Израиля этого достаточно, чтобы рассматривать историю как серьезный сигнал риска. Но недостаточно, чтобы без оговорок утверждать: «все перечисленные ракеты уже поставлены Ирану». Более точная формула: опубликованные документы указывают на возможную подготовку российской производственной и контрактной цепочки по авиационному вооружению для Ирана, а сам факт закупки Ираном Су-35 уже получил внешнее подтверждение.

Для Израиля Иран — не далекий региональный игрок, а центральный источник угрозы. Тегеран десятилетиями строит систему давления через собственные вооруженные силы, ракетные программы и прокси-структуры, включая «Хезболлу», хуситов и другие связанные с ним группировки.

Слабым местом Ирана долгое время оставалась авиация.

Его парк во многом опирается на старые самолеты, часть которых восходит еще к периоду до исламской революции 1979 года. Появление Су-35 само по себе не делает Иран равным Израилю в воздухе, но меняет уровень угрозы.

Если к самолетам добавляются российские ракеты, компоненты, техническое обслуживание, обучение и логистика, речь идет уже не о символической покупке. Это может быть попытка создать для Ирана полноценный авиационный контур нового уровня.

Для Израиля это чувствительно сразу по нескольким направлениям.

• Во-первых, современные ракеты «воздух — воздух» могут осложнить планирование дальних операций. Даже если израильская авиация сохраняет технологическое преимущество, появление у Ирана более современных средств воздушного боя влияет на расчеты риска.
• Во-вторых, противорадиолокационные ракеты типа Х-31 связаны с угрозой для радаров и систем ПВО. Для страны, которая живет в режиме постоянного военного планирования, такие детали нельзя считать второстепенными.
• В-третьих, иранская военная система редко остается только иранской. Технологии, тактика, инструкторы и отдельные решения могут расходиться по союзным структурам Тегерана, даже если сами самолеты физически остаются в Иране.

Для израильской аудитории эта история важна не меньше, чем для Украины: НАновости Новости Израиля Nikk.Agency рассматривает такие утечки как часть одного большого процесса, где российско-иранское военное сотрудничество постепенно превращается в угрозу сразу для нескольких регионов — от украинских городов до израильского неба.

После 2022 года Иран стал одним из ключевых военных партнеров россии. Именно иранские Shahed стали символом ночных атак по украинским городам, энергетике, жилым кварталам и гражданской инфраструктуре.

Москва получила от Тегерана инструмент дешевого массового террора.

Теперь опубликованные документы показывают обратную сторону этой сделки. Россия может передавать Ирану то, что самому Тегерану особенно нужно: современные самолеты, авиационные ракеты, компоненты и производственную поддержку.

Это делает связку опаснее.

Украина платит за нее разрушенными городами и погибшими людьми. Израиль может столкнуться с ее последствиями в другой плоскости — через усиление врага, который уже много лет рассматривает еврейское государство как цель.

Для Украины документы важны не только как доказательство еще одного российско-иранского контракта. Они помогают понять цену, которую москва могла платить Тегерану за поддержку в войне.

Иран не является нейтральным наблюдателем.

Он — враг Украины и Израиля, участник одной антизападной военной архитектуры, где беспилотники, ракеты, самолеты, технологии и политическая поддержка связываются в единую систему.

Россия использует иранские дроны против Украины. Иран, в свою очередь, получает от россии доступ к тому, что может усилить его собственную армию и его позиции на Ближнем Востоке.

Для Израиля это означает, что война в Украине не находится «где-то далеко». Она напрямую влияет на баланс сил вокруг Ирана. Чем дольше продолжается российская агрессия, тем глубже становится военно-техническая зависимость москвы и Тегерана друг от друга.

Для США и западных союзников это тоже тревожный сигнал. Су-35 с современными ракетами в руках Ирана — это не только проблема Израиля. Это фактор для Персидского залива, для американских баз в регионе, для морских маршрутов, для союзников Вашингтона и для всей системы сдерживания Ирана.

Эту историю важно подавать точно.

Пока нет публичного официального подтверждения, что каждая из перечисленных ракет уже поставлена Ирану. Документы опубликованы как утечка, а значит часть данных требует независимой проверки. На отдельных листах, которые распространяются в сети, код «К10» не расшифрован прямо как Иран.

Но несколько важных элементов уже складываются в одну линию.

Reuters сообщал, что представитель КСИР подтвердил покупку Ираном российских Су-35. UNITED24 Media опубликовало материалы, где говорится о российском вооружении для Ирана до 2027 года. Украинские источники ранее писали, что российско-иранская контрактная цепочка по Су-35 и Yak-130 остается в силе, а Иран проходит в документах как иностранный заказчик «К10».

Поэтому аккуратная формула звучит так: опубликованные документы указывают на подготовку производственной и контрактной цепочки в интересах заказчика «К10», которого источники утечки связывают с Ираном. В эту цепочку, по данным публикаций, могли входить компоненты и вооружение для российских Су-35.

Это не слабая формулировка. Наоборот, она делает материал надежнее.

История с российскими ракетами для Ирана важна не только как очередная утечка из российского ВПК. Она показывает, что война россии против Украины и иранская угроза Израилю все сильнее становятся частями одной системы.

Тегеран помогает москве бить по Украине. Москва, по данным опубликованных документов, помогает Тегерану усиливать авиацию и военную инфраструктуру. В результате российская агрессия против Украины возвращается на Ближний Восток уже в виде новых рисков для Израиля.

Это и есть главный смысл утечки.

Если документы подтвердятся, речь идет не о разовой закупке и не о случайном контракте. Речь идет о военном мосте между двумя режимами, которые работают против интересов Украины, Израиля, США и западных союзников.

Для Израиля такой сигнал нельзя игнорировать. Российско-иранская ось уже не является темой только украинской войны. Она становится фактором ближневосточной безопасности — с самолетами, ракетами, заводами, кодовыми заказчиками и сроками поставок до 2027 года.

Именно поэтому НАновости Новости Израиля Nikk.Agency рассматривает эту историю не как техническую утечку, а как предупреждение: когда россия и Иран усиливают друг друга, последствия могут прийти не только на украинский фронт, но и к границам Израиля.

…
Адвокат и нотариус в Хайфе: когда юридическая помощь нужна не «потом», а сейчас — Илина Циперсон-Ясловиц - 06.06.2026 - Новости Израиля

Утечка по Су-35: российские ракеты для Ирана становятся угрозой Израилю — фото - 06.06.2026 - Новости Израиля

«Это капец»: откровенный разговор с ортодоксальным еврейским капелланом ВСУ — о фронте, вере и том, как не потерять человека — видео - 06.06.2026 - Новости Израиля

«Есть закон, и сказано: «Если пришёл кто-то убить тебя — убей его первым». Самая главная часть. Поэтому защищать свою страну — это заповедь Бога. Есть такая заповедь: «Не переходи границу». Она написана в Торе, в Библии, да? Поэтому те, кто пришёл сюда, грубо нарушили эту заповедь. А те, кто защищает, — это ВСУ, это руки Бога в Украине. И они выполняют заповедь: «Именно не убивай, уничтожая врага», — Яков Синяков.

Видео канала «Подробиці» с Игорем Синяковым (он же раввин Яков) звучит не как «интервью про религию». Скорее как разговор на передовой, где у человека нет лишних слов, зато есть привычка называть вещи прямо. Он говорит о войне как о максимальном хаосе, об армии как о порядке, о том, почему нейтралитет в такие времена — не просто удобная поза, а моральная ловушка, и почему память — это не груз, а инструмент будущего.

Раввин Яков — первый в истории Вооружённых сил Украины официально признанный ортодоксальный еврейский капеллан. В видео его путь описан коротко и ясно: после 24 февраля 2022 года он и его жена начали помогать беженцам в Днепре, затем волонтёрская работа постепенно сместилась к военным — поездки вдоль линии фронта, встречи с подразделениями в разных направлениях. В 2025 году, по приглашению командира, бригадного генерала Евгения Ласийчука, Яков присоединился к войску и возглавил капелланскую службу 7-го корпуса ШР ДШВ. Это важная деталь: он не «приезжает иногда», он встроен в структуру, рядом с людьми постоянно, и именно этим объясняется тон интервью — без туристического взгляда на войну.

Важно уточнить: в этой статье мы взяли только самые заметные тезисы и несколько ключевых историй из разговора — по сути, конспект, а не полноценную передачу интонации и смысла. Полное интервью намного шире, глубже и местами сильнее именно за счёт живых деталей, пауз, реакции собеседников и того, как раввин Яков разворачивает мысли шаг за шагом. Если тема вам близка — обязательно посмотрите видео целиком: оно даёт совсем другое ощущение реальности фронта и того, как люди держатся там, где «капец» становится ежедневной нормой.

Кто такой раввин Яков и почему его слушают не только верующие

Он сам постоянно возвращает разговор к простому смыслу слова «рабин». Это не только «служитель», это «учитель». Не тот, кто приходит «делать ритуалы», а тот, кто объясняет, держит рамку, помогает человеку не развалиться в момент, когда всё вокруг разваливается.

И тут важно: капеллан на фронте для многих — не «религиозная опция», а человеческая функция. Кто-то верит, кто-то нет, кто-то православный, кто-то католик, кто-то вообще не определился. Но когда рядом человек, который умеет слушать, не давит, не поучает, а даёт тебе возможность выговориться и зацепиться за смысл — конфессия отходит на второй план.

Раввин Яков, кажется, это понимает лучше многих: он спокойно говорит, что Бог один, Украина одна, и что главные «перешкоди» между людьми часто рождаются не на уровне веры, а в голове — из неправильных ярлыков, страха, усталости и привычки делить мир на «моих» и «чужих».

«Главное — логистика и связь»: война без романтики

Одна из первых мыслей в разговоре звучит как профессиональная привычка: в армии главное — логистика и связь. Не лозунги, не красивые тексты, не «воля к победе» как абстракция. А связь, которая работает. Тыл, который успевает. Доставка, которая приходит вовремя. Потому что если этого нет — героизм становится способом закрывать дырки, а дырки бесконечны.

Отсюда вырастает его ключевой тезис: война — максимальный хаос. Чтобы выдержать максимальный хаос, нужен максимальный порядок. И этот порядок он видит в армии как в фундаменте государства. Жёстко, почти грубо: нет армии — нет государства. И даже если все профессии важны, армия — это основа, на которой стоит вся остальная жизнь.

«Надо выбрать позицию»: о нейтралитете, коррупции и усталости

Самый конфликтный кусок интервью — про выбор позиции. Раввин Яков говорит то, что многим неприятно слышать, особенно в мирных городах или за пределами страны: нейтралитет в такие времена — это попытка спрятаться от ответственности. Он цитирует известную фразу о том, что самые горячие круги ада «заготовлены» для тех, кто в смутные времена сохранял нейтралитет, и выводит из этого практический совет: выбрать позицию — это не только морально, это психологически проще. Ты хотя бы понимаешь, кто ты и где стоишь.

Дальше — тема коррупции. И здесь он специально выбивает привычное оправдание апатии. Да, коррупция есть. Но что теперь — опустить руки? Его логика простая и даже раздражающая своей прямотой: не будь коррупционером сам. Не оправдывай своё бездействие тем, что кто-то «там» ворует. Это не отменяет системную проблему, но возвращает человеку личную ответственность и возможность действовать.

Для читателей НАновости — новости Израиля это звучит особенно остро: многие израильтяне украинского происхождения живут между двумя реальностями — войной в Украине и своей жизнью в Израиле. И самая опасная эмоция тут — «я ничего не решаю, от меня не зависит». В интервью постоянно идёт обратный сигнал: зависит. Даже если не в масштабе государства — в масштабе твоей позиции, помощи, выбора, слов, поведения.

«Я приезжаю к ним за энергией»: кто кому помогает на фронте

Есть момент, где он ломает стереотип о капеллане как о человеке, который «привозит мораль». Он признаётся: сначала думал, что приезжает к военным «что-то им дать» — слова, наставления, поддержку. А потом понял, что приезжает… получать. Получать опыт, энергию, вдохновение от людей, которые живут в условиях, где страх — не теория, а ежедневная реальность.

Он описывает бойцов как «реальных героев» без глянца: они могут быть грубыми, уставшими, иногда сломанными, но они держатся за идею, делают своё дело, и это его наполняет. В этой честности есть важная деталь: он не играет роль «святого», он показывает себя человеком, который тоже подпитывается от чужой силы.

Израиль как пример: память — не наказание, а сила

В интервью звучит линия, которая для аудитории в Израиле почти неизбежна: ведущая говорит о «генетической памяти» еврейского народа, о привычке жить в состоянии войны, о том, что праздники и традиции сохраняют память о врагах и испытаниях тысячелетней давности.

Раввин Яков отвечает не пафосом, а мыслью о памяти как инструменте. Израиль, по его словам, силён тем, что помнит: историю, язык, болезненные моменты. И именно поэтому нынешний украинский опыт нельзя «забыть ради спокойствия». Его нужно передать следующим поколениям — не для культивирования ненависти, а для того, чтобы на этом опыте построить сильную государственность.

Это важный разворот: память не как постоянная рана, а как фундамент будущего.

«Где Бог на войне?» — и почему он не даёт сладкого ответа

Один из самых тяжёлых вопросов интервью задаётся прямыми словами: если Бог есть, где он на войне? Буча, Ирпень, Изюм, казни пленных на камеру. Это вопрос, который убивает любые красивые проповеди.

Раввин Яков отвечает неожиданно «земным» способом. Он не пытается объяснить ужас «высшим планом». Он переносит ответственность на людей: выбор напасть, прийти убивать, переступить границу — сделали люди, не Бог. Мир «дан нам в руки», и в этом смысле человек отвечает за то, что делает со своей свободой.

А дальше он добавляет важную мысль: когда человек выбирает правильную позицию и делает то, что должен, к нему приходит помощь. Не как магия, а как жизненный эффект правильного выбора и внутренней собранности.

Граница между защитником и убийцей: заповеди и право на оборону

Ведущая спрашивает о моральной грани первого выстрела: как объяснить новобранцу, где заканчивается «защитник» и начинается «убийца»?

Он отвечает через десять заповедей и идею двух «табличек»: одна про отношения человека с Богом, другая — про отношения человека с человеком. И в этом контексте «не убий» звучит как принцип: было бы идеально, чтобы никто никого не убивал. Но внутри реального мира существует закон обороны: если кто-то пришёл убить тебя — останови его.

Он формулирует это максимально прямо: защищать свою страну — это не «грех», а обязанность в логике обороны. И одновременно он подчёркивает: вторжение — это нарушение границы, нарушение базового запрета «не перетни межу».

Ненависть и пленные: как не стать тем, с кем воюешь

Один из самых тонких моментов — разговор о ненависти. Вопрос ведущей очень точный: ненависть не разрушает врага, она разрушает тебя и усиливает зло. Что с этим делать?

Раввин Яков рассказывает, что видел пленных. И говорит вещь, которая многим на войне может казаться невыносимой: даже во враге он видит «Божью душу». При этом он не романтизирует и не «обеляет»: если человек совершил преступление, которое карается смертью, он должен понести наказание. Но моральная граница «не издеваться» всё равно должна существовать. Это не про мягкость, а про сохранение человеческого в себе.

Истории фронта: раненые, смех на грани и «замедление времени»

В интервью много конкретных эпизодов. Они не выглядят придумкой — как раз потому, что звучат неровно, с бытовыми деталями.

Он говорит о бойце, который получил ранения в руку и ногу, остался один в холоде, сам перематывал раны несколько дней и потом восемь часов шёл к выходу. И потом сам удивлялся: «я чувствовал, что могу горы свернуть». Это история не про «супермена», а про то, как организм иногда вытягивает человека за грань возможного.

Он рассказывает о другом эпизоде: офицера ранило, он терял сознание, приходил в себя и просил сигарету. А рядом человек, который оформляет документы, уже устал переписывать рапорты: «то умрёт, то оживёт». И они при этом смеются. Смешно? Нет. Это защитный механизм психики, которая не может жить только в ужасе.

Есть и личный эпизод: взрыв рядом, свист осколков, летят кирпичи, и вдруг появляется ощущение «замедления времени». Он бежит и думает какую-то почти смешную мысль — «упаду, буду грязный». Потом достаёт телефон и начинает снимать «гриб» взрыва. Так работает мозг в экстремальной ситуации: бытовое и смертельное смешиваются.

Суициды и отчаяние: что он делает, когда человек «идёт туда»

В интервью поднимается и самая тяжёлая тема — суициды среди военных, признаки опасного состояния, что делать, если человек начинает говорить о таком.

Раввин Яков говорит практично: если человек озвучивает такие мысли — это уже тревога. И рассказывает случай, когда он уже уезжал, но разговор с бойцом внезапно провалился в ненависть ко всем — обществу, командирам, миру. Он остановился, вернулся, дал человеку выговориться, а потом вывел на опору — на дочь. Не «стыдись», не «соберись», а простой вопрос: что будет с ребёнком, если ты сделаешь то, о чём говоришь?

Это важный принцип капелланской работы: не ломать человека моралью, а находить нитку смысла, за которую он сам сможет держаться.

После войны: почему он не верит в массовое «а где ты был»

Есть ещё одна тема, которая заранее пугает общество: пропасть между теми, кто воевал, и теми, кто не воевал. Будет ли потом агрессия?

Раввин Яков уверенно говорит: массовой агрессии не будет. Главная проблема будет у самих ветеранов — внутри, в адаптации, в травме, в том, как вернуться в обычную жизнь. Он вспоминает пример Вьетнама и говорит, что обществу нужно не бояться военных, а повернуться к ним лицом: уважение, помощь в интеграции, нормальное отношение без ярлыков.

Он добавляет ещё одну мысль, важную для «мирных»: не нужно торопиться с осуждением — ни других, ни себя. Страх — нормален. Оправдание себя — иногда тоже часть пути. И даже если ты не воюешь, ты можешь быть полезным в другой форме. Он приводит пример друзей за границей, которые помогают армии и таким образом закрывают внутреннюю потребность «быть частью».

Быт и честность: кашрут, сало и очень человеческая война

В конце интервью появляется кусок, который неожиданно делает его максимально живым: бытовая жизнь ортодоксального еврея в армии. Кашерных пайков нет — он возит еду с собой, кастрюлю, сковородку. Ребята рядом варят солянку, режут сало, запах сводит с ума — но нельзя. Он шутит, они шутят. И в этих шутках видна важная штука: война не отменяет различий, но может научить уважать различия без агрессии.

Он говорит и о подарке — книге псалмов царя Давида с текстом на иврите и официальным украинским переводом, которую дарят военным, и которую он вручал разным украинским руководителям. Это тоже деталь: он не только «говорит о вере», он делает конкретные вещи, которые становятся символом поддержки.

«Чудо — это когда ты сделал всё, что мог»

Финальный смысл интервью неожиданно не религиозный и не военный. Он говорит о чуде как о результате действия. Вспоминает историю о переходе через море: море разошлось не тогда, когда люди стояли и просили, а когда человек зашёл достаточно далеко, почти до предела.

Чудо, по его логике, — это конец процесса, где ты сделал всё возможное. И дальше он очень жёстко добавляет: если страна не меняется, если коррупция остаётся, если люди сохраняют нейтралитет, если «мне всё равно» — значит, мы ещё не дошли до той точки, где море должно разойтись.

Что это видео даёт зрителю в Израиле

Для израильской аудитории, особенно для израильтян украинского происхождения, интервью цепляет по нескольким причинам.

Во-первых, оно постоянно возвращает к теме памяти и устойчивости — той самой, на которой Израиль строил свою безопасность и государственность десятилетиями.

Во-вторых, оно показывает войну не как телевизионный фон, а как человеческую механику: страх, смех, злость, вера, бытовые детали, которые держат психику на плаву.

В-третьих, оно задаёт неудобный вопрос: а где твоя позиция? Ты внутри событий или ты пытаешься переждать, пока «само пройдёт»?

И наконец — оно напоминает, что религия на войне может быть не набором ответов, а способом удержать человека от превращения в пустоту.

Видео

Видео «“Це КАПЕЦЬ” одкровення ЄВРЕЙСЬКОГО КАПЕЛАНА з просто ФРОНТУ» 19 февраля 2026: https://www.youtube.com/watch?v=xRGKkKVovOg

…

…
Адвокат и нотариус в Хайфе: когда юридическая помощь нужна не «потом», а сейчас — Илина Циперсон-Ясловиц - 06.06.2026 - Новости Израиля

Утечка по Су-35: российские ракеты для Ирана становятся угрозой Израилю — фото - 06.06.2026 - Новости Израиля

«Это капец»: откровенный разговор с ортодоксальным еврейским капелланом ВСУ — о фронте, вере и том, как не потерять человека — видео - 06.06.2026 - Новости Израиля

Президент Украины Владимир Зеленский 4 июня 2026 года опубликовал открытое письмо к путину и предложил прямую встречу для завершения войны. В письме украинский лидер говорит о прекращении огня на время переговоров, о линии фронта как точке, с которой должна начаться дипломатия, и о формате, где сначала разговаривают Украина и россия, а затем подключаются США, Европа и другие участники гарантий безопасности.

На первый взгляд это выглядит как дипломатический жест. Но если смотреть глубже, письмо Зеленского стало частью более широкой политической и информационной операции.

Оно появилось не в пустоте. Оно совпало с периодом Петербургского международного экономического форума, с украинскими ударами по российской инфраструктуре, с растущей усталостью внутри россии и с попыткой Кремля показать, что путин по-прежнему контролирует повестку. Именно в этот момент Зеленский вынес главный вопрос войны прямо в публичное пространство: если путин действительно хочет говорить о мире, почему он прячется за условиями, посредниками и угрозами?

Это письмо написано не только путину.

Оно адресовано украинцам, западным партнерам, странам Глобального Юга, российскому обществу и той части российской элиты, которая начинает понимать цену затяжной войны. И в этом его главная сила.

Почему Зеленский написал письмо именно 4 июня

Дата имеет значение. 4 июня 2026 года письмо появилось на фоне ПМЭФ-2026 — форума, который Кремль традиционно использует как витрину «нормальности», инвестиционной устойчивости и международной субъектности россии.

путин любит такие площадки, потому что они позволяют ему играть роль не военного диктатора, а хозяина большого геополитического салона. Камеры, иностранные гости, разговоры об экономике, заявления о будущем, демонстрация уверенности — все это часть российской политической декорации.

И именно в этот момент Зеленский переводит разговор из кремлевской декорации в реальность войны.

Он говорит не о красивых панелях, не о «многополярном мире» и не о российской устойчивости, а о простом: войну можно закончить, если тот, кто ее начал, готов выйти из нее. Украина предлагает встречу. Украина предлагает прекращение огня на время переговоров. Украина называет возможные площадки — Швейцарию, Турцию, страны арабского мира. Украина говорит, что мониторинг тишины могут обеспечить США.

Это меняет тон всей недели.

Вместо того чтобы обсуждать только выступление путина на форуме, международная аудитория начинает обсуждать письмо Зеленского. Вместо картинки «россия управляет процессом» появляется другая картинка: Киев публично предлагает выход, а Кремль снова выглядит стороной, которая либо тянет время, либо боится прямого разговора.

Именно поэтому украинский жест нельзя считать просто дипломатическим письмом. Это удар по политическому сценарию Кремля.

Письмо как часть кинетико-информационной кампании

Украинский аналитик Вадим Денисенко назвал происходящее частью одной из самых сильных кинетико-информационных кампаний за время войны. В его оценке, удары по российской инфраструктуре и письмо Зеленского путину стали пиком весенней кампании Украины по средним и дальним ударам, где военный эффект был усилен правильным информационным сопровождением.

Здесь важно понимать саму логику.

Кинетический удар разрушает объект, нарушает логистику, создает дефицит, заставляет систему реагировать. Информационный удар объясняет аудитории, что именно произошло и почему это важно.

Когда эти два слоя совпадают, эффект становится сильнее.

Если в россии возникают перебои, тревога, обсуждения ударов, страх за инфраструктуру и усталость от войны, то письмо Зеленского дает этой усталости политическую формулу: вы можете продолжать войну, но можете ее закончить. И тогда вопрос уже не только в том, что делает Украина. Вопрос в том, почему путин продолжает тянуть страну в войну, если существует публично предложенный выход.

Это очень неприятная для Кремля конструкция.

Она не обращается к российским ура-патриотам — они все равно будут кричать о «победе», «мести» и «не отступать». Она обращается к пассивному большинству, которое не хочет выходить на улицы, не любит Украину, не обязательно поддерживает демократию, но хочет жить без постоянной тревоги, мобилизации, инфляции, ударов по регионам и ощущения, что война стала бесконечной.

Почему письмо бьет по внутренней российской аудитории

Одна из самых важных мыслей Денисенко — Зеленский обращается не только к международной аудитории. Письмо адресовано и россиянам.

Это принципиальный момент.

путин привык говорить с россиянами языком неизбежности: война якобы навязана, остановиться нельзя, враги кругом, отступление опасно, переговоры возможны только на условиях Москвы. В этой логике обычный россиянин не должен спрашивать, зачем все продолжается. Он должен просто терпеть.

Зеленский ломает эту схему.

Он говорит: войну можно остановить. Есть формат. Есть площадки. Есть возможность тишины. Есть международные гаранты. Есть прямой разговор. Значит, если война продолжается, это уже не «так получилось» и не «нас вынудили». Это личный политический выбор путина.

Для российской пассивной аудитории это опасная мысль.

Не потому, что завтра она выйдет на майдан. В россии нет свободной политики, нет сильной легальной оппозиции, нет независимых национальных телеканалов, нет безопасного публичного протеста. Но есть кухня, очереди, закрытые чаты, разговоры в семьях, раздражение от цен, страх мобилизации и усталость от неопределенности.

Кремль боится не только площади.

Он боится момента, когда миллионы людей перестают верить в смысл происходящего, даже если продолжают молчать.

Что Зеленский предлагает и почему это неудобно для Кремля

В письме Зеленский предлагает логику, которую сложно отвергнуть без потери лица. Он не требует немедленной капитуляции россии в публичной форме. Он говорит о встрече, прекращении огня на время переговоров, возвращении к дипломатии от линии фронта и последующем подключении партнеров для гарантий безопасности.

Это важный ход.

Если бы письмо было написано только языком обвинения, Кремль легко назвал бы его пропагандой. Если бы оно было написано только языком компромисса, украинское общество могло бы воспринять его как слабость. Но Зеленский выбирает третий вариант: жесткий тон плюс рациональное предложение.

Он говорит путину примерно следующее: вы можете остановить свою войну, вы можете выйти на прямой разговор, вы можете проверить готовность Украины к тишине, вы можете получить дипломатический путь. Но если вы этого не делаете, значит, вы сознательно выбираете продолжение войны.

Именно поэтому письмо звучит остро.

Оно не просит. Оно выставляет политический счет.

Формат «сначала мы и вы»

Особое значение имеет предложенная Зеленским последовательность: сначала Украина и россия, затем другие участники — прежде всего Европа и США — для гарантий безопасности.

Это не отказ от партнеров. Наоборот, без США и Европы никакая архитектура безопасности для Украины невозможна. Но Зеленский показывает, что ключевой вопрос войны должен быть поставлен прямо между теми, кто воюет: Украина защищается, россия напала.

Такой формат неудобен для Кремля.

Москва годами пыталась представить войну как конфликт россии с НАТО, россии с Западом, россии с «англосаксами», россии с «коллективной Европой». Украина в этой картине должна была выглядеть не субъектом, а площадкой чужого противостояния.

Письмо Зеленского возвращает субъектность Украине.

Он говорит: нет, это война россии против Украины. И если вы хотите ее закончить, говорить нужно с Украиной. Не через декорации, не через технические группы, не через бесконечную дипломатическую карусель, а прямо.

Для Израиля этот момент понятен особенно хорошо. Государство, которое защищает свое право на существование, не может позволить, чтобы его судьбу обсуждали как второстепенный пункт чужой геополитической сделки.

Почему предложение о прекращении огня важно, но рискованно

Зеленский пишет о полном прекращении огня на время переговоров. Это выглядит логично: если стороны действительно хотят говорить, нужна тишина.

Но Украина уже имеет опыт Минских соглашений, пауз, обещаний и российских маневров. Поэтому в письме важна не просто идея прекращения огня, а вопрос контроля. По данным Reuters, Зеленский указал, что мониторинг линии прекращения огня могли бы обеспечить Соединенные Штаты.

Это попытка снять главный риск: россия часто использует переговорные паузы не для мира, а для перегруппировки.

Для Украины прекращение огня без надежного мониторинга было бы опасным. Кремль может объявить себя «миротворцем», заморозить часть фронта, накопить силы, а потом снова ударить. Поэтому Зеленский фактически предлагает не пустую паузу, а проверяемую тишину.

И здесь опять возникает вопрос к путину.

Если Кремль уверен в своей правоте и действительно хочет переговоров, почему он должен бояться контролируемого прекращения огня?

Почему это важно для Израиля, Украины и всего Запада

Для израильской аудитории письмо Зеленского имеет отдельное значение. Израиль живет в реальности, где война, дипломатия, международное давление, переговоры о заложниках, удары по инфраструктуре врага и информационная борьба существуют одновременно.

Поэтому украинский ход 4 июня легко читается в израильской логике: иногда письмо может быть не мягче ракеты, а продолжением удара другим способом.

НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency рассматривает письмо Зеленского как часть большой борьбы за инициативу. Украина показывает, что не собирается быть объектом чужих решений. Она воюет, наносит удары, предлагает дипломатию, обращается к обществам противника и одновременно говорит партнерам: Киев не прячется от политического финала войны.

Для Израиля это важный урок тоже.

Когда страна находится в затяжной войне, ее враги часто пытаются навязать ей образ стороны, которая «не хочет мира». Зеленский делает обратное: он публично предлагает путь к прекращению войны, но так, чтобы ответственность за отказ легла на того, кто войну начал.

Украина говорит: мы готовы говорить, но не готовы сдаваться.

Что Кремль ответил и почему это ожидаемо

Реакция Кремля была предсказуемой. Пресс-секретарь путина Дмитрий Песков подтвердил, что письмо было получено и что путину о нем доложили. Reuters 5 июня сообщило, что путин был проинформирован о письме Зеленского.

Российская сторона также продолжила линию, согласно которой Зеленский якобы может приехать в Москву, если хочет встречи. Это не дипломатическое предложение, а демонстрация унижения: Кремль пытается поставить президента Украины в позицию просителя, который должен приехать в столицу агрессора.

Именно поэтому ответ Москвы не разрушает смысл письма, а подтверждает его.

Зеленский предлагает нейтральные площадки. Кремль говорит о Москве.

Зеленский говорит о прекращении войны. Кремль говорит о процедуре, статусе и месте.

Зеленский выводит разговор к российскому обществу и международной аудитории. Кремль пытается вернуть все в привычный ритуал имперского давления.

Для внешнего наблюдателя контраст очевиден.

Почему путину теперь приходится объяснять, зачем война продолжается

Денисенко обращает внимание на важный сдвиг: путин впервые за долгое время вынужден говорить прежде всего со своей аудиторией и объяснять, почему войну нельзя остановить.

Это может показаться мелочью, но на самом деле это большой перелом в информационной конструкции Кремля.

Раньше путин мог продавать войну как наступление, расширение, восстановление «исторической справедливости», противостояние Западу, защиту «своих». Теперь ему все чаще приходится объяснять не победу, а продолжение.

Это разные позиции.

Объяснять победу приятно. Объяснять бесконечную войну трудно.

Особенно когда украинские удары становятся шире, когда российская инфраструктура перестает быть неприкосновенной, когда экономические проблемы становятся заметнее, когда мобилизационный страх никуда не исчезает, а обещанный «быстрый результат» давно превратился в многолетнюю кровавую воронку.

Письмо Зеленского усиливает именно этот нерв.

Оно задает российскому обществу вопрос: если есть предложение говорить, почему ваш президент выбирает дальше воевать?

Почему это не значит, что россия завтра взорвется изнутри

Важно не впадать в иллюзии. Российское общество не станет свободным только потому, что Зеленский написал сильное письмо.

В россии нет условий для классического массового политического восстания. Репрессии, страх, пропаганда, отсутствие лидеров, слабость горизонтальных структур и зависимость людей от государства делают быстрый внутренний взрыв маловероятным.

Денисенко осторожно говорит о другом: часть лоялистов и равнодушных может переходить в состояние «кухонной оппозиции». Это не революция. Это не майдан. Это не политическая организация.

Но это эрозия доверия.

Человек может продолжать молчать, но уже не верить. Может не выходить на улицу, но ругать власть дома. Может не поддерживать Украину, но хотеть, чтобы война закончилась. Может бояться государства, но понимать, что государство ведет его в тупик.

Для авторитарной системы это опасный процесс, потому что она держится не только на силе, но и на ощущении неизбежности. Когда неизбежность начинает трескаться, власти приходится увеличивать давление.

Отсюда прогнозы о возможном усилении контроля над интернетом, о борьбе с Telegram, о попытках закрыть информационные каналы после внутренних политических циклов. Но даже закрытый интернет не отменяет бытовой реальности: цены, потери, удары, дефициты, страх и усталость невозможно полностью заблокировать.

Что будет дальше

Письмо Зеленского не остановит войну само по себе. Кремль не превратится в мирную сторону только потому, что Киев поставил его в неудобное положение.

Но письмо меняет рамку.

Теперь Украина может говорить партнерам: мы предложили прямой путь. Мы предложили прекращение огня на время переговоров. Мы предложили нейтральные площадки. Мы не боимся разговора, но не принимаем капитуляцию под видом мира.

Россия, в свою очередь, вынуждена либо отвечать по существу, либо снова уходить в риторику о Москве, «легитимности», условиях и угрозах.

И чем дольше Кремль будет уходить от прямого ответа, тем сильнее будет выглядеть главный тезис Зеленского: эта война продолжается не потому, что нет дипломатического варианта, а потому что путин не хочет ее заканчивать.

Для Украины это важно на фронте.

Для Запада — в дипломатии.

Для Израиля — как пример того, как страна в войне может одновременно держать оборону, говорить с союзниками, давить на врага и бороться за международное восприятие.

4 июня 2026 года Зеленский написал не просто письмо путину.

Он написал политический документ о том, кто сегодня предлагает выход из войны, а кто продолжает держать миллионы людей в заложниках собственной имперской одержимости.

…
Адвокат и нотариус в Хайфе: когда юридическая помощь нужна не «потом», а сейчас — Илина Циперсон-Ясловиц - 06.06.2026 - Новости Израиля

Утечка по Су-35: российские ракеты для Ирана становятся угрозой Израилю — фото - 06.06.2026 - Новости Израиля

«Это капец»: откровенный разговор с ортодоксальным еврейским капелланом ВСУ — о фронте, вере и том, как не потерять человека — видео - 06.06.2026 - Новости Израиля

В Тель-Авиве между сиреной и ударом иногда остается до полутора минут. Для Израиля это не абстрактная формула безопасности, а ежедневная реальность, в которой архитектура давно стала частью обороны гражданского населения.

Украине эта логика теперь тоже болезненно понятна. Когда российские ракеты и дроны бьют по жилым кварталам, вопрос укрытия перестает быть технической деталью проекта. Он превращается в вопрос жизни, стоимости квартиры, доверия к застройщику и будущего всего рынка недвижимости.

Олег Вишняков, почетный консул Государства Израиль в Западном регионе Украины и предприниматель, в своей колонке 3 июня 2026 объяснил, почему украинскому рынку недвижимости стоит внимательно смотреть на израильскую модель. Не копировать ее механически, а адаптировать главное: безопасность должна быть не опцией, а базовым стандартом.

Как Израиль сделал безопасность частью квартиры

Израиль пришел к обязательным защитным комнатам не сразу. Первые подходы к гражданской защите формировались еще в 1960-е годы, но переломным моментом стала война в Персидском заливе 1991 года. Именно тогда стало очевидно: укрытие не может зависеть от удачи, скорости реакции или расстояния до ближайшего подвала.

После этого в стране закрепили правило для новостроек: новое жилье должно иметь мамад — защищенную комнату внутри квартиры.

Это не просто «крепкая комната». Мамад проектируется как отдельный элемент безопасности: бетонные стены толщиной примерно 25–30 сантиметров, стальная дверь, специальное окно с герметичными элементами, возможность подключения вентиляционно-фильтрационной защиты. Минимальная площадь такой комнаты установлена законом — 9 квадратных метров.

Ни один застройщик нового жилья в Израиле не может получить разрешение на строительство, если проект не предусматривает такую защиту.

Для украинцев эта логика звучит особенно актуально. После лет полномасштабной войны стало ясно: рынок недвижимости больше не может продавать только метры, район, вид из окна и паркинг. Покупатель все чаще спрашивает о другом: где укрытие, сколько до него идти, выдержит ли дом ударную волну, можно ли добежать туда с ребенком, пожилым человеком или человеком с инвалидностью.

Мамад, мамак и мамам: три уровня защиты

Израильская система устроена не хаотично, а по уровням.

Мамад — это личная защищенная комната в квартире. Он дает семье возможность не бежать по лестнице во время тревоги, а укрыться прямо дома.

Мамак — общее защищенное пространство на этаже. Такой формат особенно важен для домов, где невозможно сделать индивидуальную комнату в каждой квартире.

Мамам — общественное укрытие в школах, офисах, торговых центрах и других зданиях с большим потоком людей. Здесь расчет идет не по формальному метражу, а по реальной нагрузке: торговый центр на тысячу посетителей и склад на несколько десятков работников не могут иметь одинаковую модель защиты.

В этом и есть один из главных уроков для Украины. Укрытие не должно существовать «для галочки». Его нужно рассчитывать под конкретный объект, город, сценарий угрозы и количество людей, которые будут там находиться.

При этом даже в Израиле система не идеальна. Закон не имеет обратной силы, поэтому значительная часть старого жилого фонда остается без индивидуальных защитных комнат. Особенно сложная зона — дома, построенные в 1980–1991 годах: они уже не новые, но еще не всегда попадают в программы глубокой реновации.

Жителям таких домов часто приходится использовать подвалы, лестничные клетки или общие пространства. Это лучше, чем ничего, но хуже, чем полноценная встроенная защита.

Почему безопасная комната стала рыночным активом

В Израиле безопасность давно стала частью цены недвижимости. Две похожие квартиры в одном районе могут отличаться по стоимости на 10–20%, если в одной есть мамад, а в другой нет.

Во время эскалации это особенно заметно. Квартира без защищенной комнаты начинает хуже сдаваться, дольше продаваться и чаще требует скидки. Для семей с детьми, пожилыми родственниками или репатриантов, которые только выбирают район для жизни, наличие защищенного пространства становится не бонусом, а условием.

Достроить мамад к старой квартире можно, но это дорого. По оценкам, такая модернизация может стоить от 80 до 200 тысяч шекелей, что эквивалентно примерно 1,2–3 млн гривен по курсу НБУ. Однако рынок часто возвращает эти вложения: квартира после модернизации дорожает сильнее, чем сама стоимость работ.

Для Украины этот момент особенно важен. Если девелопер сегодня вкладывается в подземный паркинг, нормальное укрытие, автономные инженерные решения и понятную систему доступа, он строит не только безопасный дом. Он строит объект, который будет устойчивее на рынке завтра.

НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency рассматривает этот опыт именно в израильско-украинском контексте: Израиль десятилетиями живет рядом с угрозой ракетных атак и террористических прорывов, а Украина за последние годы прошла через масштаб разрушений, с которым невозможно обращаться как с временной проблемой. Для обеих стран безопасность гражданской инфраструктуры стала не теорией, а частью национальной устойчивости.

После 7 октября Израиль пересматривает даже свои стандарты

Трагедия 7 октября 2023 года показала Израилю, что защита должна учитывать не только ракетный удар. До этого многие элементы проектировались прежде всего против взрывной волны и обломков. Например, двери в защищенные комнаты не всегда предполагали внутреннюю блокировку, чтобы спасатели могли быстро попасть внутрь.

После нападения ХАМАС подход изменился.

Израиль начал пересматривать стандарты, связанные с внутренним закрытием дверей, баллистическим усилением, устройством окон и возможностью длительного пребывания людей в укрытии. Речь уже не только о том, чтобы переждать несколько минут после сирены. В некоторых сценариях человеку нужно оставаться внутри дольше, иметь доступ к воде, санитарным условиям и связи.

Поэтому появились идеи расширения защищенных комнат до 15 квадратных метров, усиления внутренних стен, оборудования санузлов и изменения стандартов окон. Среди обсуждаемых решений — более прочные однослойные окна, открывающиеся внутрь на 180 градусов, а также цветная индикация на дверных замках, чтобы человек точно видел, закрыта дверь или нет.

На первый взгляд это детали. На практике именно такие детали спасают жизни.

Что Украина может взять из израильского опыта

Украина не может просто перенести израильскую модель один к одному. Российские ракеты, которыми обстреливают украинские города, часто тяжелее и разрушительнее тех угроз, под которые изначально создавался стандарт мамада.

Поэтому для Украины ключевыми остаются серьезные общие убежища, глубокие подземные паркинги, защищенные пространства в школах, больницах, офисах, жилых комплексах и общественных зданиях.

Но израильский опыт дает четыре практических вывода.

Первый урок: стандарт, а не рекомендация

Если укрытие остается «желательной опцией», рынок всегда найдет способ сэкономить. Израильский подход показывает другое: безопасность должна быть условием разрешения на строительство.

Это особенно важно для новых жилых комплексов в Украине. Покупатель не должен сам выяснять, есть ли в доме нормальное укрытие, сколько человек оно вмещает и кто откроет его во время тревоги.

В Израиле общественные убежища не могут быть закрыты во время угрозы. Во многих местах используются электронные замки, подключенные к системе оповещения. При тревоге они автоматически разблокируются. Там, где такой автоматизации нет, назначается ответственное лицо, которое обязано обеспечить доступ.

Украине нужно двигаться именно в эту сторону: укрытие должно быть доступно не на бумаге, а в реальной минуте опасности.

Второй урок: разные здания требуют разных решений

Один шаблон не подходит для всех. Жилой дом, школа, логистический склад, бизнес-центр и торговый комплекс имеют разные сценарии угрозы и разное количество людей внутри.

Украинский рынок уже начал учитывать укрытия и подземные паркинги в новых проектах. Но следующий этап — не просто наличие помещения, а грамотный расчет вместимости, маршрутов доступа, вентиляции, связи, санитарных условий и времени, за которое люди смогут туда попасть.

Это особенно важно для крупных городов — Киева, Днепра, Харькова, Одессы, Львова, Запорожья. В каждом из них безопасность недвижимости уже стала частью городской географии.

Третий урок: безопасность повышает капитализацию

Безопасное жилье будет стоить дороже не потому, что застройщик красиво написал об этом в буклете. Оно будет дороже, потому что люди понимают цену риска.

В Израиле квартиры с защищенной комнатой во время обострений сохраняют ликвидность лучше. Офисы высокого класса с продуманными укрытиями продолжают интересовать арендаторов даже в кризис. После последних атак израильские инженерные компании начали получать запросы на проектирование безопасных комнат даже от девелоперов из Дубая.

Для Украины это сигнал: защита — не расход, который «съедает» маржу. Это инвестиция в доверие, стоимость объекта и долгосрочную устойчивость района.

Четвертый урок: укрытие должно работать и в мирное время

В Израиле многие общественные убежища используются как клубы, спортзалы, репетиционные базы или пространства для местных общин. Главное условие простое: в момент угрозы помещение должно быть быстро освобождено и возвращено к своей основной функции.

Для Украины это может стать важной моделью. Если укрытие стоит закрытым, забытым и сырым, оно быстро превращается в формальность. Если оно встроено в жизнь дома, школы или района, его проще обслуживать, контролировать и держать готовым.

Безопасность не должна быть мертвым метражом. Она должна стать частью нормальной городской инфраструктуры.

Израиль строит защищенные комнаты не потому, что у страны слишком много ресурсов. Он делает это потому, что десятилетиями живет в логике: без гражданской защиты невозможно сохранить нормальную жизнь рядом с постоянной угрозой.

Украина сегодня проходит через собственную тяжелую школу. И один из главных выводов уже очевиден: рынок недвижимости после войны не сможет вернуться к старой формуле «цена — район — ремонт». В новой реальности к этому списку навсегда добавится еще один пункт — защита.

…
Адвокат и нотариус в Хайфе: когда юридическая помощь нужна не «потом», а сейчас — Илина Циперсон-Ясловиц - 06.06.2026 - Новости Израиля

Утечка по Су-35: российские ракеты для Ирана становятся угрозой Израилю — фото - 06.06.2026 - Новости Израиля

«Это капец»: откровенный разговор с ортодоксальным еврейским капелланом ВСУ — о фронте, вере и том, как не потерять человека — видео - 06.06.2026 - Новости Израиля

В Киеве 4 июня 2026 года демонтировали памятник Михаилу Булгакову на Андреевском спуске. Монумент стоял рядом с Литературно-мемориальным музеем писателя, в одной из самых узнаваемых точек украинской столицы.

Формально это решение было принято раньше: Киевский городской совет поддержал демонтаж еще в декабре 2025 года. Но именно день, когда коммунальные службы сняли памятник и вывезли его с Андреевского спуска, стал символическим финалом старого спора.

Потому что Булгаков в Киеве — это не только литература.

Это вопрос о том, кто имеет право рассказывать историю города. Это вопрос о том, можно ли в столице воюющей Украины сохранять публичный памятник автору, который смотрел на украинское государственное движение изнутри русского имперского мира. И это вопрос о том, где проходит граница между чтением сложного автора и его чествованием на пьедестале.

Почему демонтаж памятника Булгакову стал больше, чем городской новостью

Памятник Булгакову был установлен на Андреевском спуске — улице, которую часто воспринимают как одну из культурных визитных карточек Киева. Именно поэтому демонтаж не мог пройти как обычная коммунальная процедура.

Это не окраина, не случайный бюст у закрытого учреждения, не забытая советская табличка на стене. Андреевский спуск — место, где город показывает себя туристам, киевлянам, иностранцам, историкам, художникам и тем, кто ищет в Киеве не только архитектуру, но и смысл.

Булгаков там долгое время выглядел как часть «старого Киева». Его биография действительно связана с городом. Он родился в Киеве, жил в нем, писал о нем, создал один из самых известных литературных образов Киева начала XX века.

Но в этом и заключается сложность.

Если бы речь шла о писателе, который просто жил в городе и оставил о нем художественные тексты, спор был бы гораздо мягче. Однако Булгаков писал о Киеве в момент, когда решалась судьба украинской государственности. Он описывал события 1918 — начала 1919 года не нейтрально, а глазами русского обывателя и офицерской среды, для которой украинское движение было не естественным правом народа на самостоятельность, а раздражающим вторжением в привычный порядок.

После полномасштабного вторжения россии в Украину такие вещи стали читаться иначе.

Пока российская пропаганда продолжает повторять, что Украина «искусственная», что украинская государственность якобы случайна, а Киев — часть «русского исторического пространства», памятник Булгакову в центре столицы перестал быть просто знаком литературной памяти.

Он стал частью спора о праве Украины на собственную оптику.

Памятник — это не библиотечная полка

Главная ошибка противников демонтажа часто состоит в подмене понятий. Они говорят так, будто снятие памятника означает запрет на Булгакова, уничтожение литературы или отказ от изучения сложного наследия.

Но памятник — это не книга.

Книга может лежать в библиотеке, быть предметом лекции, критической статьи, школьного или университетского курса. Ее можно читать, спорить с ней, разбирать язык, композицию, идеологию, художественный талант и политические слепые зоны автора.

Памятник делает другое. Он не предлагает дискуссию. Он утверждает публичное уважение.

Когда фигура стоит на пьедестале в историческом центре столицы, город словно говорит: этот человек достоин быть частью нашего видимого пантеона. Не просто частью истории, а частью почетного городского пространства.

Вот здесь и возник конфликт.

Украина не обязана стирать Булгакова из литературы. Но Украина имеет право сказать: этот автор не должен стоять на пьедестале в Киеве, особенно во время войны с государством, чья имперская идеология десятилетиями пользовалась похожими представлениями об Украине.

Булгаков и миф о «страшной Украине»

Чтобы понять, почему спор вокруг Булгакова оказался таким острым, важно выйти за пределы простого тезиса «российский писатель». Проблема не в языке как таковом и не только в паспорте культурной принадлежности.

Проблема в мифе.

В украинской дискуссии о Булгакове особое место занимает анализ того, как он описал украинское движение в «Белой гвардии» и «Днях Турбиных». В статье Ярослава Тинченко в «Українському тижні» эта линия сформулирована особенно точно: Булгаков еще в 1920-е годы помог создать и закрепить в российском сознании образ «страшной Украины» и «брутальных петлюровцев». При этом парадокс в том, что его текст не так примитивен, как позднейшие российские штампы. Он намного сложнее и потому гораздо интереснее для анализа.

Булгаков писал с позиции человека русского мира, который видел украинское национальное движение как угрозу привычной городской, социальной и культурной иерархии. Для его героев Киев — это не столица украинского проекта, а «их» город, где украинская армия и украинский язык воспринимаются как что-то чужое, резкое, пришедшее извне.

Именно это сегодня звучит особенно болезненно.

Потому что кремлевская пропаганда XXI века говорит почти тем же языком, только грубее. Она тоже отказывает Украине в полноценной субъектности. Она тоже изображает украинское движение как опасную стихию. Она тоже пытается представить украинскую государственность не как исторический выбор общества, а как угрозу «нормальному» порядку.

Булгаков не писал современные методички Кремля. Но его литературный взгляд оказался очень удобным для более позднего имперского мифа.

Парадокс «Белой гвардии»: автор против Украины, но текст фиксирует украинскую силу

Самое интересное в споре о Булгакове состоит в том, что его нельзя просто отбросить как примитивного пропагандиста. В «Белой гвардии» есть имперская оптика, презрение к украинскому языку, болезненное неприятие украинской государственности. Но там же есть и то, что в советской литературной среде было почти невозможно увидеть открыто: украинская армия показана как реальная сила.

Не как мифические «банды», не как случайный хаос, не как карикатура из московских газет, а как военная и народная реальность.

Важная мысль из анализа «Українського тижня» состоит в том, что в советское время именно у Булгакова можно было прочитать не только о «петлюровцах» в грубом пропагандистском смысле, а о регулярной украинской армии, которую поддерживала значительная часть населения.

Это исторически важный парадокс.

Автор не любил украинский проект. Его герои смотрели на украинцев свысока. Но сам художественный материал оказался сильнее авторской неприязни. В тексте проступает украинская массовость: люди, вернувшиеся с войны, умеющие стрелять; оружие, спрятанное по селам; украинские учителя, фельдшеры, семинаристы, бывшие военные, которые становятся кадрами национального движения.

Да, Булгаков подает это с тревогой и иронией.

Но читатель видит главное: Украина не была выдумкой. Украинская армия не появилась из пустоты. За ней стояли социальные слои, военный опыт, национальное чувство, оружие, местная поддержка и желание говорить о будущем страны на украинском языке.

И в этом смысле Булгаков, сам того не желая, оставил свидетельство, которое работает против российского тезиса об «искусственной Украине».

Почему образ петлюровцев у Булгакова сложнее кремлевской карикатуры

Еще один важный момент: Булгаков не всегда изображает украинских воинов только как безликих злодеев. В отдельных эпизодах его текст показывает логику их действий, военную ситуацию, мотивы и обстоятельства.

Например, когда речь идет о столкновениях с офицерскими частями или о борьбе с людьми, которых украинские силы воспринимали как противников УНР, текст не всегда сводит происходящее к «национальной дикости». В анализе «Укранського тижня» обращается внимание: у Булгакова украинские воины не убивают персонажей просто за то, что те русские, евреи, русскоязычные или не разделяют украинские идеи. Он показывает военный контекст, документы, разведку, принадлежность к враждебной стороне.

Для сегодняшнего читателя это важно по двум причинам.

Первая: Булгаков действительно был человеком с имперским мировоззрением, но его художественная наблюдательность иногда фиксировала реальность точнее, чем его собственные политические симпатии.

Вторая: позднейшая российская пропаганда часто берет из таких текстов только удобную оболочку — «хаос», «петлюровцы», «страшная Украина» — и выбрасывает все, что мешает мифу. А мешает многое: организованность украинских частей, народная поддержка, военная дисциплина, сложность событий, ответственность разных сторон.

Именно поэтому современное украинское прочтение Булгакова не должно быть ленивым.

Его нельзя просто заменить лозунгом. Его надо разбирать — но не чествовать.

Что демонтаж говорит Киеву, Израилю и всем, кто понимает цену памяти

Для израильской аудитории эта история понятна глубже, чем может показаться снаружи. В Израиле хорошо знают, что борьба за память — это не украшение политики, а один из ее главных нервов.

Улица, памятник, музей, мемориальная табличка, название площади — все это отвечает на вопрос: кто считается своим, кто остается сложной частью истории, а кто превращен в символ чужой власти.

В Киеве сейчас происходит именно такой пересмотр.

НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency рассматривает демонтаж памятника Булгакову не как «войну с литературой», а как отказ украинской столицы от имперской рамки, в которой Киев десятилетиями пытались представить не центром украинской государственности, а удобным фоном для русского культурного мифа.

Для репатриантов из Украины, украинского комьюнити Израиля и евреев, внимательно следящих за войной россии против Украины, здесь есть очевидная связь с израильским опытом. Народ, который знает, что память нельзя отдавать на чужую редактуру, лучше понимает, почему памятники в городе имеют значение.

Это не бронза.

Это власть над рассказом.

Булгаков, еврейский контекст и опасность упрощений

В этой теме есть еще один слой, важный для читателя в Израиле. Булгаковский Киев — это многонациональный город, где рядом существуют русские, украинцы, евреи, поляки, офицеры, лавочники, врачи, гимназисты, чиновники, беженцы, военные и люди, пытающиеся пережить очередную смену власти.

Именно поэтому любые простые схемы здесь опасны.

Если представить Булгакова только как «плохого русского автора», мы потеряем сложность киевского материала. Если представить его только как «великого писателя старого Киева», мы потеряем украинскую боль и имперский взгляд, встроенный в его тексты.

Правильнее видеть оба слоя сразу.

Он действительно был талантливым писателем. Он действительно создал сильный литературный образ Киева. Он действительно зафиксировал важные исторические сцены, иногда даже такие, которые украинская историческая память может читать как подтверждение собственной силы.

Но он также смотрел на украинское национальное движение изнутри мира, которому это движение было чуждо и неприятно. Он не видел в украинской государственности естественного права народа. Его герои часто воспринимают украинский язык, украинских военных и украинскую политическую волю как нарушение «нормального» городского устройства.

Для страны, которая сегодня защищается от российской агрессии, этого достаточно, чтобы снять памятник с пьедестала.

Не книгу из библиотеки.

Памятник с улицы.

История с переводом 1936 года: почему украинцы читали Булгакова иначе

Особенно важная деталь из материала «Українського тижня» — история украинского прочтения «Белой гвардии» еще в 1930-е годы.

Фрагменты романа были известны украинским эмигрантам, ветеранам Армии УНР. В 1937 году в издании участников освободительной борьбы «Календарь-альманах “Червоной Калины”» опубликовали переведенные фрагменты. Перевод выполнил Федор Дудко — человек, который сам был связан с украинской прессой Киева начала XX века и мог оценивать текст не только как читатель, но и как свидетель эпохи.

Это важный штрих.

Украинцы не начали спорить с Булгаковым только после 2022 года. Его читали, переводили, обсуждали и критически осмысляли намного раньше. Уже тогда было понятно: перед ними автор, чужой украинскому движению по духу, но при этом достаточно наблюдательный, чтобы оставить мощные сцены борьбы за Киев.

Фактически украинская эмиграция увидела в Булгакове не «своего» автора, а враждебного свидетеля, чьи описания можно использовать как исторический материал.

Это очень точная формула и для сегодняшнего дня.

Булгаков может оставаться материалом. Но материал — это не монумент.

Софийская площадь, украинская армия и невольное признание

Один из самых сильных сюжетов, на который обращает внимание анализ «Українського тижня», — описание парада войск УНР на Софийской площади 19 декабря 1918 года.

Для украинской памяти эта сцена важна сама по себе: Киев, Софийская площадь, украинские части, желто-синие флаги, военная организация, массовость, ощущение исторического момента. Даже если Булгаков писал с иронией, даже если он не разделял украинского пафоса, в его тексте все равно остается главное: украинская государственность была реальностью, а не фантазией.

Советская и российская традиция десятилетиями старалась представить украинское движение 1917–1921 годов как хаотическую, вторичную, почти случайную силу. Но описание у Булгакова, если читать его внимательно, ломает эту схему.

Там есть армия.

Есть командиры.

Есть люди.

Есть язык.

Есть символы.

Есть поддержка.

Есть Киев как пространство борьбы, а не как вечная декорация «русской истории».

Именно поэтому современное снятие памятника Булгакову не отменяет его текст. Наоборот, оно заставляет прочитать его внимательнее — уже не как ностальгический роман о «старом городе», а как документ имперского взгляда, внутри которого неожиданно проступает украинская субъектность.

Почему Киев не обязан быть музеем русского взгляда на себя

Долгое время значительная часть культурной оптики вокруг Киева строилась так, будто город должен быть благодарен за любое упоминание в русской литературе. Если русский автор писал о Киеве красиво, этого считалось достаточно, чтобы город оставался обязанным его памяти.

Но независимая Украина постепенно разрушает эту логику.

Киев не обязан быть музеем русского взгляда на Киев.

Киев может читать Булгакова, но не обязан видеть себя его глазами. Может признавать литературный талант автора, но не обязан оставлять его на пьедестале. Может сохранять музейную память, но отделять ее от публичного почета.

Это зрелая позиция, а не эмоциональная зачистка.

Более того, именно такая позиция позволяет говорить о прошлом честнее. Когда памятник стоит в центре города, он давит на разговор своим бронзовым авторитетом. Когда памятник снят, появляется возможность анализировать без обязательного поклона.

Деколонизация как оборона, а не месть

Российская пропаганда привычно представит демонтаж как «варварство», «отмену культуры» и «ненависть ко всему русскому». Это предсказуемо.

Но такая рамка намеренно скрывает главное: Украина не уничтожает культуру, а пересобирает публичное пространство после столетий давления империи и десятилетий советской русификации.

Деколонизация — это не месть мертвым писателям.

Это право живого общества решать, какие знаки должны стоять на его улицах.

Особенно во время войны.

Когда россия ежедневно пытается доказать, что Украины «не существует», украинские города отвечают не только армией, дипломатией и законами. Они отвечают картой улиц, языком вывесок, школьными программами, музейными акцентами, памятниками и тем, что исчезает с пьедесталов.

В этом смысле Андреевский спуск стал еще одной линией обороны.

Что остается после демонтажа

После 4 июня 2026 года Булгаков не исчез из Киева. И не исчезнет.

Он останется в архивах, музеях, книгах, статьях, университетских курсах и спорах. Его будут читать — возможно, даже внимательнее, чем раньше. Потому что без автоматического почитания легче увидеть и литературную силу, и политическую слепоту, и имперский нерв текста.

Но теперь Киев сделал важное уточнение: быть частью истории города и стоять на пьедестале в городе — не одно и то же.

Это, пожалуй, главный смысл демонтажа.

Украина не обязана хранить в центре столицы символы, которые помогают россии рассказывать старую сказку о «русском Киеве». Украина не обязана подменять собственную память чужой ностальгией. Украина не обязана объяснять свою государственность через раздражение тех, кто ее не принимал.

Булгаков когда-то помог закрепить в российском воображении образ «страшной Украины». Но история повернулась так, что именно эта «страшная Украина» выстояла, вооружилась, осознала себя, защитила Киев в 2022 году и теперь сама решает, кому стоять на Андреевском спуске.

Памятник сняли.

Книги остались.

Спор стал честнее.

А Киев еще раз напомнил: городская память — это не склад старых символов, а живая территория государства, которое защищает себя от империи не только на фронте, но и в собственном историческом центре.

…
Адвокат и нотариус в Хайфе: когда юридическая помощь нужна не «потом», а сейчас — Илина Циперсон-Ясловиц - 06.06.2026 - Новости Израиля

Утечка по Су-35: российские ракеты для Ирана становятся угрозой Израилю — фото - 06.06.2026 - Новости Израиля

«Это капец»: откровенный разговор с ортодоксальным еврейским капелланом ВСУ — о фронте, вере и том, как не потерять человека — видео - 06.06.2026 - Новости Израиля

Президент Украины Владимир Зеленский написал открытое письмо главе РФ путину.

Письмо опубликовано на сайте Офиса президента 4 июня 2026 — 21:20. (перевод НАновости)

«Открытое письмо

Президенту Российской Федерации

от Президента Украины

Когда вы более 26 лет назад возглавили Россию, многие в Украине относились к вам положительно. Так было. Это уже в прошлом.

Сейчас абсолютное большинство украинцев воспринимает положительно то, что наши дальнобойные дроны посетили открытие вашего форума в Петербурге, преодолев расстояние в более чем 1000 километров. Как вы хорошо знаете, это расстояние не является пределом наших возможностей.

26 лет вашей власти полностью изменили повестку дня в отношениях между Украиной и Россией. От обсуждений товарооборота и других гражданских вопросов наши народы перешли к тематике исключительно попадания и потери.

Почти половину ваших 26 лет власти в России вы провели в войне против Украины.

Что бы вы ни говорили о НАТО, геополитике и русском языке, эта война является вашим личным выбором – войной без реальной причины. Именно так это запомнит история.

Это время могло бы пройти совсем иначе.

Мы часто слышим, что война вас устраивает. Конечно, не в тех случаях, когда речь идет о безопасности вашей резиденции на Валдае или парада в Москве. Ваша собственная жизнь для вас ценна.

Но сейчас мы все видим, что это, наконец, перестает устраивать россиян – то, что война дает все больше негатива России.

Им не нравятся наши дроны и ракеты.

Им не нравится дефицит бензина и постоянный рост цен.

Им не нравятся постоянные запреты.

Им не нравится ваше намерение устроить вторую волну мобилизации, чтобы расширить войну на другое направление в Украине или направить против каких-либо еще стран – соседей России.

Им не нравится, что вашей войне не видно конца.

Да, вы до сих пор можете заставлять россиян так существовать.

Но ваши ресурсы значительно сокращаются.

У вас не хватит денег и политической силы, чтобы и дальше покупать лояльность россиян, как вы это делали 26 лет. Мы будем делать все, чтобы мир об этом позаботился.

Как вы сами говорите, «надо все подсчитать».

Вчера я получил доклад о потерях вашей армии на фронте в Украине в мае. Это снова более 30 тысяч убитых и тяжелораненых россиян. Мы держим именно такой показатель ежемесячно, и по каждой вашей потере у нас есть видеоподтверждение – это не голословно.

Мы знаем, что в ваших потерях на фронте 63 процента – это убитые, и только 37 процентов – ранены. В ХХ веке армии не могут позволять себе такого баланса. В дальнейшем доля убитых возрастет.

Не то, чтобы мы в Украине переживали о россиянах. После всего, что принесла в Украину ваша война.

Но я забочусь об украинцах.

Мы теряем своих людей, и каждая наша потеря у нас болит. И даже когда уровень потерь украинских один до пяти или один до шести по сравнению с русскими потерями, это все равно имеет большое значение.

Как важно и то, что вы уже регулярно, раз в несколько месяцев, переносите крайние сроки захвата наших регионов, прежде всего Донецкой области. Вы не увлечете ее и в этом году.

Но мы в Украине не хотим постоянной войны. Мы хорошо знаем, что без войны безмерно лучше. Мы хотим добиться этого.

Я уверен, что большинство россиян готово дать на это положительный ответ, и вы об этом знаете.

Многие не верили, что Украина продержится столько времени в защите.

Вы не верили. И те, кто вам советовал, тоже не верили. Это было ошибкой.

Вы не ожидали полномасштабного сопротивления Украины и не прогнозировали, что все зайдет так далеко. Но мы все здесь – на пятом году полномасштабного столкновения.

Не бойтесь выйти из войны – это главное, что от вас сейчас нужно.

Украина сохраняет независимость. И сбережет. Несмотря на любые прогнозы.

Мы объединили многих в мире в защиту Украины и против вас. Мы нашли оружие и финансы.

Мы получаем поддержку, вы – санкции. И так будет продолжаться, пока не будет справедливости для Украины, которой мы хотим и которая может быть достигнута.

Мы не дадим успеха тем, кто пытается вас убедить, что санкции против России будут ощутимо ослаблены и что поддержка Украины будет ощутимо сокращена без существенных изменений в вашей позиции в отношении Украины. Пример Орбана демонстрирует, каким позором заканчивают те, кто выбирает помощь России в войне против нас.

Украина прошла тяжелые зимы, когда вы пытались уничтожить нашу энергетику. Мы выстояли, и даже во тьме устойчивость украинцев сохранилась.

Мы перенесли войну на вашу территорию, и вы бы не справились с этим без помощи Северной Кореи. Вы первый правитель России, который был вынужден обращаться за помощью в Пхеньян.

И сегодня вы полностью зависите от Китая – тоже впервые в истории России.

Вы рассчитывали, что украинцам не хватит сил защитить себя, но теперь наши ребята помогают строить защиту нашим партнерам на Ближнем Востоке и Заливе.

Вы надеялись на внутреннюю смуту в Украине, но это против вас взбунтовалось ваше же военное формирование. 23 июня будет очередная годовщина, и умолчание не сотрет из истории этот факт.

И это сейчас на вас смотрят с очевидной усталостью ваши чиновники, бизнесмены и пропагандисты. Мир видит это.

У мира нет усталости от Украины, на которую вы долго рассчитывали. А вот от России есть усталость даже у тех в глобальном мире, кто помогает вам обходить санкции и поддерживать на плавную экономику.

Вы не можете этого не замечать. После 26 лет старость начала брать свое. Чем дальше, тем больше будет усталость и от вас.

Мы видели документы от разведки, что вы сейчас рассматриваете планы войны еще и на 2027 и 2028 годы. Также мы знаем, что вы надеетесь, что баллистика сделает вам то, чего не сделало все остальное. Вы хотите втянуть еще больше в войну Беларусь, и сейчас мы вынуждены готовиться к этому. Мы видим, что вы разыгрываете какую-то партию с Приднестровьем. Ваши пропагандисты угрожают так или иначе всем соседям России. Действительно ли вы хотите пройти через все это?

Выбор сейчас за вами.

Хватит войны.

Украина предлагает окончить эту войну.

Надо сделать это честно, достойно и гарантировать, что не будет нового разжигания войны.

Мы видим, что Соединенные Штаты уделяют все свое внимание вопросу Ирана, и неправильно просто ждать, когда в их внимании очередь придет к войне в Европе.

Украина предлагает окончить войну в формате между нами и вами.

Я предлагаю вам встречу.

Все слышали, как ваши представители, улыбаясь, говорили, что я вроде бы могу приехать в Москву. Но после таких 26 лет украинскому лидеру в вашей столице, как и российскому лидеру в Киеве, делать нечего.

Есть страны, традиционно принимающие лидеров для решения вопросов войны и мира. Швейцария, Турция, страны Арабского мира – многие могут и хотят принять эту встречу.

Именно лидеры решают ключевые вопросы – так было всегда.

Я предлагаю определить точку встречи.

Мы слышали, что вам пообещали на Аляске решение каких-то вещей, касающихся Украины и Европы. Но вы видите, что украинские и европейские вопросы решаются не в Анкоридже.

К начавшемуся двустороннему треку могут присоединиться другие определенные участники.

Поскольку война продолжается в Европе, и нам в Украине нужны гарантии безопасности, и вы для себя хотите гарантий безопасности, логичным кажется участие тех, кто действительно может выступить гарантами.

Мы считаем, что участие Европы нужно – тех, кто действительно имеет возможность влиять на ситуацию.

Мы считаем, что Соединенные Штаты должны быть в процессе и это то, что может определить конфигурацию новой архитектуры безопасности в нашей части мира.

У нас уже был опыт многих договоров с Россией и не сработавших Минских соглашений. Поэтому нужно найти прежде всего наши двусторонние ответы на вопросы, которые есть, и не скрываться от сложных вопросов за какими-либо формулировками, техническими группами или потерей времени в челночной дипломатии.

Своей войной вы навсегда разграничили Украину и Россию.

Линия фронта сейчас – это линия, с которой должна начаться дипломатия.

Украина готова прекратить огонь полностью – для времени, когда будут продолжаться переговоры. И это стандартная практика, подтверждаемая сейчас и обстоятельствами вокруг Ирана. Попытка установить реальную тишину – лучший старт, чтобы начать говорить друг с другом. Мы считаем, что это будет не просто попыткой, а реальной остановкой огня, если вы этого захотите.

Вы знаете, что мониторинг прекращения огня по остановочной линии могут обеспечить Соединенные Штаты.

Украина готова к обмену военнопленными по принципу всех на всех, и это может стать хорошим прологом до окончания войны.

Следует сделать серьезные шаги для возвращения гражданских и детей, которые были вывезены в течение войны.

Следует определить, каким будет будущее для всех последующих поколений украинцев и россиян.

Если вы лично в своих мыслях не придете к идее, что эту войну пора завершать, Украина продолжит бороться за свое существование. У нас будут те, кто поддержит нас.

Но и вам придется гораздо больше бороться за ваше существование – не России, а ваше личное. И это не угроза от меня или Украины. Это факты русской истории, которые вы хорошо знаете: когда Россия устает, происходят изменения.

Мы можем работать на такую ​​усталость.

Вы можете приостановить свою войну.

Вечная память всем, чьи жизни были унесены этой войной.

Слава Украине!

…
Адвокат и нотариус в Хайфе: когда юридическая помощь нужна не «потом», а сейчас — Илина Циперсон-Ясловиц - 06.06.2026 - Новости Израиля

Утечка по Су-35: российские ракеты для Ирана становятся угрозой Израилю — фото - 06.06.2026 - Новости Израиля

«Это капец»: откровенный разговор с ортодоксальным еврейским капелланом ВСУ — о фронте, вере и том, как не потерять человека — видео - 06.06.2026 - Новости Израиля

Германия потерпела редкое и болезненное дипломатическое поражение в ООН. 3 июня 2026 года Генеральная Ассамблея Организации Объединенных Наций избирала пять новых непостоянных членов Совета Безопасности на 2027–2028 годы, и Берлин не смог получить место от группы западноевропейских и других государств.

Для страны, которая много лет претендовала на роль одного из главных защитников международного порядка, это стало не просто неудачным голосованием. Это удар по внешнеполитической репутации правительства канцлера Фридриха Мерца и сигнал о том, что поддержка Украины, особая ответственность перед Израилем и спорная политика на Ближнем Востоке могут стоить Германии голосов в странах Глобального Юга.

Министр иностранных дел ФРГ Йоханн Вадефуль назвал результат «горьким поражением». Он прямо связал провал с тем, что Германия занимает жесткую позицию в поддержку Украины, а также с тем, что Берлин сохраняет особую линию ответственности по отношению к Израилю. По словам главы МИД, россия не хотела видеть такой голос в Совбезе и вела кампанию против немецкой кандидатуры.

Что произошло в ООН и почему Германия проиграла

Совет Безопасности ООН состоит из 15 государств: пяти постоянных членов с правом вето — США, Великобритании, Франции, Китая и россии — и десяти непостоянных членов, которые избираются на двухлетний срок по региональным группам.

3 июня 2026 года Генассамблея выбирала пять стран, которые войдут в Совбез с 1 января 2027 года. От западноевропейской и другой группы на два места претендовали Германия, Португалия и Австрия.

Победили Португалия и Австрия.

Португалия получила 134 голоса, Австрия — 131, Германия — только 104. Для избрания нужно было набрать 127 голосов. То есть Берлин не просто уступил конкурентам, а оказался заметно ниже проходного порога.

Это особенно болезненно потому, что Германия уже шесть раз была непостоянным членом Совбеза ООН и раньше не проигрывала такие выборы. На этот раз статус крупной европейской державы, одного из крупнейших финансовых доноров ООН и ключевого игрока Евросоюза не помог.

Пять избранных стран — Австрия, Португалия, Кыргызстан, Тринидад и Тобаго и Зимбабве — начнут работу в Совбезе 1 января 2027 года и будут занимать места до 31 декабря 2028 года. Они заменят Данию, Грецию, Пакистан, Панаму и Сомали.

Кто вошел в Совбез вместо Германии

От западноевропейской группы прошли Португалия и Австрия. Для Берлина это самый неприятный участок голосования, потому что поражение произошло не в абстрактной международной гонке, а внутри группы союзников и партнеров.

Кыргызстан получил место от Азиатско-Тихоокеанского региона. Для страны это историческое событие: Кыргызстан впервые избран непостоянным членом Совета Безопасности ООН. В этой группе голосование было конкурентным, Кыргызстан обошел Филиппины после нескольких раундов.

Зимбабве избрано от африканской группы, Тринидад и Тобаго — от стран Латинской Америки и Карибского бассейна.

Еще пять непостоянных членов — Бахрейн, Колумбия, Демократическая Республика Конго, Латвия и Либерия — сохраняют мандат на 2026–2027 годы. Они были избраны ранее и продолжат работу вместе с новыми членами Совбеза.

Для Украины и Израиля это голосование важно не только как немецкая внутриполитическая история. Состав Совета Безопасности влияет на дипломатический фон вокруг войн, санкций, резолюций, гуманитарных вопросов, расследований и формулировок, которые потом используются в международной политике.

Почему Берлин связывает поражение с Украиной, Израилем и россией

Йоханн Вадефуль после голосования фактически признал: Германия заплатила цену за свои политические позиции. Он подчеркнул, что Берлин твердо поддерживает Украину, а россия не заинтересована в появлении такого голоса в Совете Безопасности. По словам главы МИД ФРГ, не было секретом, что Москва выступала против немецкой заявки.

Это звучит логично.

Германия после 2022 года стала одним из важнейших европейских доноров и военных партнеров Украины. Берлин долго двигался осторожно, спорил о темпах поставок и ограничениях, но в итоге занял место среди ключевых стран, которые помогают Киеву держать оборону против российской агрессии.

Для Москвы появление Германии в Совбезе на 2027–2028 годы означало бы дополнительный сильный западный голос по украинскому вопросу. С учетом того, что россия сама является постоянным членом Совбеза и использует право вето, ей выгодно ослаблять любые кандидатуры, которые могут последовательно говорить о российской ответственности за войну.

Но Украина — только одна часть объяснения.

Вторая часть — Израиль.

Вадефуль отдельно сказал, что особая ответственность Германии перед Израилем в ближневосточном конфликте, возможно, стоила Берлину части голосов. Для Германии это исторически чувствительная тема: после Холокоста безопасность Израиля остается одной из основ немецкой внешнеполитической идентичности. Но в Генассамблее ООН эта позиция далеко не всегда воспринимается как моральный аргумент.

Многие страны Азии, Африки, Ближнего Востока и Латинской Америки смотрят на политику Германии через другую линзу. Для них Берлин часто выглядит государством, которое очень жестко говорит о международном праве, когда речь идет о россии и Украине, но значительно осторожнее формулирует претензии к Израилю и США на Ближнем Востоке.

Именно здесь появляется главный дипломатический конфликт.

Германия хочет быть одновременно защитником Украины, союзником Израиля, адвокатом международного права, партнером Глобального Юга и кандидатом на более весомую роль в ООН. Но голосование 3 июня показало: совместить эти роли без потерь становится все труднее.

Глобальный Юг голосовал не только о Германии

Поражение Берлина нельзя объяснить одной российской кампанией. Она могла быть важным фактором, но не единственным.

У Португалии были сильные дипломатические связи с Африкой и Латинской Америкой. Австрия выстроила кампанию намного раньше и смогла продать свой образ нейтральной, более удобной для многих стран европейской кандидатуры. Австрия заявила о своей кандидатуре еще в 2011 году, Португалия — в 2013-м, тогда как Германия официально вступила в гонку только в 2020 году. Это дало конкурентам значительную фору в кулуарной дипломатии.

В ООН такие вещи имеют значение.

Голосование тайное. Страны могут публично улыбаться, обещать поддержку и говорить о партнерстве, а потом в бюллетене выбирать того кандидата, с которым им проще работать, который раньше начал кампанию, который меньше раздражает региональные группы или который лучше учитывает интересы конкретных государств.

Германия, возможно, слишком рассчитывала на свой статус. Берлин делал акцент на финансовом вкладе в ООН, участии в миротворческих миссиях, поддержке реформы Совбеза и помощи африканским странам. Но этого оказалось мало.

Деньги в ООН важны.

Но голосуют там не только за доноров.

Ближний Восток стал отдельным раздражителем

Немецкая линия по Израилю всегда была особой. Для израильской аудитории это понятно: Германия не может обсуждать безопасность Израиля так, как это делают страны, не несущие исторической ответственности за Холокост.

Но в мировой дипломатии такая позиция вызывает споры.

Весной 2026 года канцлер Фридрих Мерц говорил о военных ударах США и Израиля по Ирану в контексте угрозы со стороны иранского режима, его ядерной и ракетной программ, поддержки ХАМАС и «Хезболлы». Официальная позиция Берлина была построена вокруг того, что иранский режим угрожает Израилю и безопасности региона.

Однако критики Германии в международных и экспертных кругах указывали на другую сторону вопроса: Берлин не спешил жестко осуждать действия союзников как нарушение международного права, тогда как в случае россии и Украины Германия требует однозначной ответственности.

Для многих стран Глобального Юга это выглядит как двойной стандарт.

Можно спорить, справедлива ли такая оценка. Но на выборах в Совбез важна не только правота кандидата, а то, как его воспринимают 193 государства-члена ООН.

Германия столкнулась именно с проблемой восприятия.

Что это значит для Израиля, Украины и международного порядка

Для Израиля поражение Германии в ООН — тревожный сигнал. Не потому, что Берлин резко изменит свою политику, а потому, что голосование показало: даже сильная европейская страна может терять поддержку, если ее считают слишком близкой к Израилю в ближневосточном конфликте.

Это особенно важно на фоне войны с ХАМАС, угрозы со стороны Ирана, активности «Хезболлы» и общего ухудшения отношения к Израилю в значительной части международных институтов. В Генассамблее ООН у Израиля давно сложная позиция, но теперь видно, что дипломатическая цена поддержки Израиля ложится и на союзников.

Для Украины смысл другой, но не менее серьезный.

Если слова Вадефуля о российской кампании верны, то Москва продолжает работать не только на фронте и не только через дезинформацию, но и через международные голосования. Россия пытается снижать вес тех государств, которые поддерживают Киев, вооружают Украину и называют войну российской агрессией.

НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency рассматривает эту историю как важный пример того, что украинская и израильская повестки все чаще пересекаются в одной дипломатической плоскости. Германия оказалась между двумя моральными и политическими обязательствами: поддерживать Украину против российской агрессии и сохранять особую ответственность перед Израилем. Внутри западного мира это может выглядеть естественно. Но в ООН за пределами Запада такой набор позиций не всегда приносит голоса.

Именно поэтому поражение Берлина надо читать шире, чем обычную неудачу одной кампании.

Это симптом изменения международной среды.

Удар по Мерцу и немецкой внешней политике

Для канцлера Фридриха Мерца провал в ООН стал неприятным ударом. Он пришел к власти с обещанием усилить роль Германии в мире, говорить жестче, действовать увереннее и вернуть Берлину политический вес.

Но первое крупное символическое испытание в ООН закончилось поражением.

Немецкая оппозиция уже использует этот результат как доказательство слабости правительства. Критики говорят, что Берлин оказался самоуверенным, недостаточно гибким и не смог провести полноценную кампанию среди стран, которые не входят в западный политический круг.

Это не означает крах немецкой дипломатии.

Но это означает, что прежняя модель больше не работает автоматически. Германия не может рассчитывать только на размер экономики, донорский вклад, членство в ЕС и репутацию «ответственной державы». Мир стал жестче, циничнее и менее благодарен.

Особенно в ООН.

Почему Совбез ООН остается важным, даже когда его критикуют

Совет Безопасности часто критикуют за паралич, право вето и неспособность остановить крупные войны. Россия блокирует решения по Украине. США часто защищают Израиль от жестких резолюций. Китай действует в логике собственных интересов. Франция и Великобритания уже не имеют того веса, который был у них после Второй мировой войны.

Но именно поэтому непостоянные места остаются важными.

Страны без права вето не могут в одиночку изменить Совбез. Но они могут влиять на повестку, формулировки, публичное давление, коалиции, гуманитарные вопросы, расследования и дипломатическую атмосферу.

Если бы Германия вошла в Совбез на 2027–2028 годы, она могла бы быть сильным голосом по Украине, санкционному давлению, международному праву, безопасности Израиля, иранской угрозе и реформе ООН.

Теперь эту роль будут играть другие.

Португалия, Австрия, Кыргызстан, Зимбабве и Тринидад и Тобаго будут входить в орган, где обсуждаются войны, кризисы, санкции и миротворческие миссии. Их позиции не всегда будут совпадать с интересами Берлина, Киева или Иерусалима.

Главный вывод: поддержка союзников больше не бесплатна

Поражение Германии показывает неприятную правду современной дипломатии: моральная позиция не всегда конвертируется в голоса.

Поддержка Украины после российской агрессии кажется очевидной для Европы, Израиля, США и стран, которые понимают опасность имперской войны. Но для части мира это лишь один из конфликтов, где Запад требует принципиальности, одновременно сам попадая под обвинения в двойных стандартах.

Поддержка Израиля для Германии имеет историческое и моральное основание. Но в ООН многие государства оценивают ее через войну в Газе, удары по Ирану, палестинский вопрос и собственную антизападную или постколониальную оптику.

Германия оказалась между этими слоями.

Она не отказалась от Украины.

Она не отказалась от Израиля.

Но получила меньше голосов, чем ожидала.

Для Берлина это «горькое поражение». Для Киева и Иерусалима — напоминание, что даже сильные союзники сталкиваются с высокой дипломатической ценой. Для ООН — еще один знак, что организация все больше отражает не единый «международный порядок», а борьбу разных мировых блоков, обид, интересов и исторических травм.

3 июня 2026 года Германия проиграла не только Австрии и Португалии.

Она проиграла иллюзии, что статус, деньги и правильные слова сами по себе гарантируют поддержку большинства мира.

…
Адвокат и нотариус в Хайфе: когда юридическая помощь нужна не «потом», а сейчас — Илина Циперсон-Ясловиц - 06.06.2026 - Новости Израиля

Утечка по Су-35: российские ракеты для Ирана становятся угрозой Израилю — фото - 06.06.2026 - Новости Израиля

«Это капец»: откровенный разговор с ортодоксальным еврейским капелланом ВСУ — о фронте, вере и том, как не потерять человека — видео - 06.06.2026 - Новости Израиля

В ночь на 2 июня 2026 года российская армия нанесла один из самых тяжелых ударов по Днепру за последнее время. Под огнем оказалась жилая застройка — не военная база, не склад оружия, не линия фронта, а обычный городской квартал, где люди спали в своих квартирах.

По официальным данным, после ночной атаки в Днепре погибли 16 человек, еще 42 получили ранения. Среди погибших — двое маленьких детей. Спасательную операцию завершили вечером 2 июня, а 3 июня в городе объявили днем траура.

Ночь, которая стала братской могилой для обычного дома

Российская ракета ударила по жилому кварталу Днепра тогда, когда у людей почти не было шанса спастись. В таких атаках особенно страшна не только сила взрыва, а сама логика террора: удар наносится ночью, по домам, по семьям, по тем, кто не держит оружие и не может защитить себя.

В разрушенном подъезде теперь лежат цветы, детские игрушки и лампадки. Люди приходят туда молча, потому что иногда слов уже нет.

Среди погибших — восьмилетний Илья. Он только закончил второй класс. Мальчик погиб под завалами вместе с мамой и бабушкой. Из семьи, по словам местных жителей, выжил только старший брат, который успел выбраться в последнюю секунду. Эти детали приводятся в материале ТСН Ольги Павловской, где собраны свидетельства соседей и очевидцев.

Еще одна детская смерть — маленький Олег. Осенью ему должно было исполниться три года. Он погиб вместе с мамой в собственной кровати. Это именно та деталь, после которой любые российские заявления о «точных ударах» превращаются в пепел.

Не «прилет». Не «инцидент». Не «последствия конфликта».

Это убийство детей в их доме.

Почему эта история должна быть услышана в Израиле

Для израильской аудитории такие новости звучат особенно близко. В Израиле люди хорошо понимают, что такое ночная тревога, бег к укрытию, дрожащие окна, страх за детей и ожидание сообщения от родных. Но в Днепре многие просто не успели даже подняться с кровати.

Именно поэтому украинская трагедия не должна восприниматься в Израиле как далекая война где-то «на востоке Европы». Ракеты, дроны, удары по жилым домам, террор против мирных кварталов — это язык, на котором говорят и кремль, и иранские прокси, и ХАМАС, и другие враги цивилизованной жизни.

Когда россия бьет по Днепру, это не только украинская боль. Это часть той же большой войны против права людей жить дома, растить детей и просыпаться утром, а не под завалами.

Повторный удар: когда спасение тоже становится мишенью

Отдельный ужас этой атаки — сообщения о повторных ударах, которые пришлись на момент, когда люди уже пытались спасаться, а полиция, медики и добровольцы работали на месте трагедии. В украинских материалах этот сценарий называют «double-tap» — когда после первого удара наносится второй, чтобы поражать тех, кто выбежал из домов или приехал помогать пострадавшим.

По данным украинских источников, после первых взрывов патрульные первыми прибыли к разрушенным домам. Они гасили огонь подручными средствами, пробирались через дым, поднимали конструкции руками и кричали в темноту, пытаясь понять, есть ли под завалами живые.

И именно в этот момент россия нанесла новый удар.

Так пострадал Павел, его жена и их 22-летний внук. После первого взрыва семья пыталась добраться до укрытия, но вторая волна настигла их на улице. Павел и его жена получили тяжелые ранения, которые привели к ампутации конечностей. Их внук оказался в реанимации в критическом состоянии — с тяжелой черепно-мозговой травмой, повреждениями печени и изуродованными конечностями.

Это не просто статистика. Это история семьи, которая сделала все «правильно»: вышла из квартиры, пошла к укрытию, пыталась выжить.

Но российская тактика террора построена так, чтобы даже путь к спасению становился смертельным.

Кассетные боеприпасы и квартал, который перестал быть кварталом

В районе удара фиксировали характерные воронки и повреждения, которые украинские источники связывают с применением кассетных боеприпасов. Такие удары по жилой застройке особенно опасны, потому что поражение идет не только в одной точке, а по площади — по дворам, подъездам, улицам, людям, которые выбежали из домов.

Пострадал не один дом. По данным из исходного материала, в Днепре повреждены десятки зданий, а более ста семей фактически остались без крыши над головой. В некоторых квартирах вместо потолка теперь открытое небо. В других людей заперло внутри, потому что взрывной волной перекосило металлические двери.

Одна из жительниц рассказала, что ее отец после первого удара вместе с соседом побежал перекрывать газ, чтобы не допустить еще большего взрыва. Газ они перекрыть успели. Сосед погиб. Отец женщины выжил, но оказался в больнице со сломанными ребрами и ранением плеча.

Такие эпизоды показывают настоящую ткань украинского сопротивления. Не только армия на фронте, но и обычные люди, которые в минуту катастрофы бегут не прятать себя, а спасать соседей.

Днепр, Киев, Харьков, Запорожье: россия бьет по городам, когда не может победить честно

Удар по Днепру стал частью масштабной российской атаки по Украине в ночь на 2 июня 2026 года. Международные агентства сообщали, что россия применила десятки ракет и сотни беспилотников по разным украинским городам, включая Киев, Днепр, Харьков и Запорожье. Associated Press писало о 73 ракетах и 656 дронах, а также о 22 погибших по стране, из них наибольшее число жертв пришлось именно на Днепр.

Это важный контекст. Днепр не был случайной точкой на карте. Российская атака была частью общей стратегии давления на украинские города, энергетику, жилую инфраструктуру и психологическую устойчивость общества.

Но каждый такой удар дает обратный эффект.

Россия пытается сломать Украину страхом, а получает еще одно доказательство собственной военной и моральной деградации. Армия, которая не может добиться решающего результата на поле боя, снова и снова возвращается к тому, что умеет лучше всего: убивать спящих людей, разрушать квартиры, калечить детей, бить по спасателям и называть это войной.

Почему это важно

Для НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency эта история важна не только как украинская трагедия, но и как предупреждение для израильского общества. Мир, в котором агрессору позволяют безнаказанно бить по жилым кварталам, быстро становится опаснее и для Израиля.

Россия давно перестала быть «нейтральным игроком» в ближневосточной и украинской повестке. Ее союзы, ее риторика, ее связи с Ираном и ее готовность оправдывать террор делают ее частью общего враждебного поля, где жизнь мирных людей ничего не стоит.

Днепр после ночного удара — это не только город разрушенных подъездов.

Это зеркало, в котором видно, что происходит, когда государство превращает ракету в политический аргумент, а смерть ребенка — в побочный эффект имперской войны.

Память вместо равнодушия

Имена погибших детей должны звучать. Илья. Олег.

Один только закончил второй класс. Другому еще не было трех лет. Они не выбирали войну, не принимали решений, не угрожали россии, не стояли у военного объекта. Они просто спали дома рядом со своими мамами.

Их убила российская ракета.

После таких историй особенно важно не прятаться за сухими формулировками. Не писать «обе стороны». Не говорить «трагедия войны» так, будто ракета сама решила прилететь в жилой дом.

Есть агрессор.

Есть жертвы.

Есть город Днепр, где 2 июня 2026 года люди снова хоронили детей, а спасатели и добровольцы доставали тела из-под бетона, стекла и обломков чужой имперской ненависти.

…
Адвокат и нотариус в Хайфе: когда юридическая помощь нужна не «потом», а сейчас — Илина Циперсон-Ясловиц - 06.06.2026 - Новости Израиля

Утечка по Су-35: российские ракеты для Ирана становятся угрозой Израилю — фото - 06.06.2026 - Новости Израиля

«Это капец»: откровенный разговор с ортодоксальным еврейским капелланом ВСУ — о фронте, вере и том, как не потерять человека — видео - 06.06.2026 - Новости Израиля

3 июня 2026 года Палата представителей США приняла резолюцию о военных полномочиях, которая ограничивает право президента Дональда Трампа продолжать боевые действия против Ирана без прямого одобрения Конгресса. Голосование прошло с минимальным перевесом — 215 против 208. Четверо республиканцев поддержали демократов, превратив документ из обычного партийного жеста в редкий публичный удар по военной политике Белого дома.

Формально это не конец конфликта и не немедленный приказ остановить все операции. Но политически сигнал очень громкий: даже в республиканской Палате представителей нашлись голоса против того, чтобы президент единолично вел войну с Ираном, обходя полноценное решение Конгресса.

Что именно приняла Палата представителей США

Речь идет о резолюции по военным полномочиям. Ее смысл простой: президент должен прекратить участие американских вооруженных сил в боевых действиях против Ирана, если Конгресс не объявил войну и не дал специальное разрешение на применение силы.

Документ был внесен представителем Грегори Миксом из Нью-Йорка, ведущим демократом в комитете Палаты представителей по иностранным делам. В разных публикациях американских медиа также упоминается более широкий двухпартийный контекст вокруг инициатив о военных полномочиях, включая роль законодателей, которые давно критикуют расширение президентской власти в вопросах войны и мира.

Голосование 215 против 208 стало первым успешным прохождением такой меры через Палату представителей на финальном голосовании с начала текущего конфликта США и Ирана. До этого похожие попытки проваливались или не доходили до результата.

Кто из республиканцев пошел против линии Трампа

По данным американских изданий, вместе с демократами проголосовали четыре республиканца: Томас Мэсси, Брайан Фицпатрик, Том Барретт и Уоррен Дэвидсон. Это не массовый бунт внутри партии, но достаточно заметный треск в стене, которую Трамп обычно пытается держать монолитной.

Особенно важно, что это произошло не в абстрактном споре о процедуре, а на фоне войны с Ираном — государством, которое для Израиля является прямой стратегической угрозой, а для Украины давно стало частью враждебной оси через дроны, технологии и политическое прикрытие россии.

Именно поэтому для израильской аудитории эта новость не выглядит далекой вашингтонской бюрократией. Решение Конгресса касается не только американской конституционной теории, а реального баланса сил вокруг Ирана, Израиля, Ближнего Востока и всей архитектуры безопасности.

Почему это стало недоверием к военной политике Трампа

Белый дом пытается представить свои действия как необходимое давление на Тегеран. Администрация Трампа утверждает, что военная кампания нужна для сдерживания Ирана и его ядерной программы. Но Конгресс отвечает другим вопросом: кто именно дал президенту право вести эту войну без полноценного мандата законодателей?

Вот здесь и начинается главный конфликт.

В США право объявлять войну принадлежит Конгрессу.

Президент является главнокомандующим, но это не означает автоматического права бесконечно расширять военную кампанию без политического контроля. Закон о военных полномочиях 1973 года как раз и был создан после травмы Вьетнама, чтобы Белый дом не мог втягивать страну в долгие войны без участия законодателей.

Трамп и его администрация, по сообщениям американских СМИ, ставят под сомнение применимость и конституционность ограничений, связанных с War Powers Resolution. При этом спикер Палаты представителей Майк Джонсон выступал против голосования, утверждая, что оно ослабит позицию президента в переговорах и противостоянии с Ираном.

Символическая резолюция или реальный удар?

Юридически резолюция пока не означает автоматической остановки войны. Теперь вопрос переходит в Сенат, где судьба документа остается неопределенной. Даже если обе палаты Конгресса смогут провести меру, Трамп почти наверняка наложит на нее вето, а для его преодоления потребуется квалифицированное большинство, которого у противников войны, скорее всего, нет.

Но в политике символы иногда работают сильнее формального механизма.

Палата представителей фактически сказала: президентская война против Ирана больше не воспринимается как бесспорная. Внутри американской власти растет усталость от конфликта, от непонятных целей, от экономических последствий и от риска втягивания США в еще более широкий ближневосточный пожар.

Для Израиля этот момент особенно тонкий. С одной стороны, Иран — враг, который годами строит сеть угроз против Израиля через Корпус стражей исламской революции, «Хезболлу», ХАМАС, хуситов и другие прокси-структуры. С другой стороны, хаотичная американская политика, где военные решения принимаются импульсивно и без устойчивой стратегии, тоже может стать опасностью.

Именно этот баланс важно видеть читателям НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency: борьба с Ираном необходима, но слабая стратегия союзников может превратить даже правильное направление в политическую ловушку.

Иран, Трамп и ловушка доверия: что может стоять за этим ходом

В исходной оценке есть важная мысль: такой шаг Конгресса можно рассматривать не только как удар по Трампу, но и как возможный элемент более сложной американской игры. Для части иранского общества и элит это может выглядеть как сигнал: в Вашингтоне есть силы, которые не хотят бесконечной войны и готовы говорить о правовых рамках.

Но здесь нельзя быть наивными.

Иранский режим не становится менее опасным оттого, что в Конгрессе США спорят о процедуре. Тегеран по-прежнему остается центром антизападной и антиизраильской политики, поддерживает вооруженные сети на Ближнем Востоке и встроен в линию давления против Украины через союз с москвой. Поэтому любой американский сигнал «сдержанности» может быть прочитан в Тегеране двумя способами: как приглашение к переговорам или как слабость.

Вот почему резолюция одновременно выглядит и как демократическая попытка вернуть войну под контроль закона, и как рискованный дипломатический жест.

Мир законов против мира джунглей

Сегодня международная политика действительно все чаще напоминает не систему правил, а борьбу хищников. ООН слабеет. Международные суды работают медленно. Агрессоры проверяют границы допустимого — россия в Украине, Иран на Ближнем Востоке, его прокси против Израиля, диктатуры против слабых соседей.

Но если демократические страны сами отказываются от процедур, они теряют главное отличие от тех, с кем борются.

В этом и состоит парадокс американской ситуации. Чтобы противостоять Ирану, США нужны сила, союзники и готовность к жестким решениям. Но если президент превращает войну в личный инструмент без контроля Конгресса, он разрушает доверие внутри собственной страны и дает противникам шанс играть на американском расколе.

Что будет дальше

Следующий этап — Сенат. Там похожие инициативы уже продвигались процедурно, но финальное прохождение остается под вопросом. Республиканцы могут заблокировать документ, Белый дом будет давить на партийную дисциплину, а Трамп, скорее всего, продолжит заявлять, что Конгресс мешает президенту защищать Америку.

Для Израиля главное не в том, кто победит в очередном процедурном раунде Вашингтона. Главное — понять, какой будет американская линия против Ирана: последовательной, стратегической и согласованной с союзниками или нервной, личной и зависимой от политического настроения одного человека.

Пока ответ тревожный.

Голосование 3 июня показало: в США растет недоверие к тому, как Трамп ведет иранское направление. Это не означает симпатии к Тегерану. Это означает страх перед тем, что война с опасным врагом может вестись без ясного плана, без устойчивой коалиции и без полноценного демократического контроля.

А в такой войне даже сильная держава начинает выглядеть уязвимой.

…
Адвокат и нотариус в Хайфе: когда юридическая помощь нужна не «потом», а сейчас — Илина Циперсон-Ясловиц - 06.06.2026 - Новости Израиля

Утечка по Су-35: российские ракеты для Ирана становятся угрозой Израилю — фото - 06.06.2026 - Новости Израиля

«Это капец»: откровенный разговор с ортодоксальным еврейским капелланом ВСУ — о фронте, вере и том, как не потерять человека — видео - 06.06.2026 - Новости Израиля