Рубрика: Новости Израиля

Президент США Дональд Трамп 8 июля 2026 года встретился в Анкаре с президентом Сирии Ахмедом аш-Шараа на полях 36-го саммита НАТО.

Встреча прошла в Турции, на фоне сразу нескольких региональных процессов: восстановления отношений США с новой сирийской властью, американского давления на урегулирование между Израилем и Ливаном, обсуждения будущего «Хизбаллы» и попытки Вашингтона собрать новую архитектуру безопасности на Ближнем Востоке.

Главная новость встречи — решение Трампа убрать Сирию из американского списка государств-спонсоров терроризма. Это не техническая деталь, а один из самых резких поворотов американской политики в отношении Дамаска за последние годы.

По данным Reuters, Трамп передал аш-Шараа письмо, в котором сообщил, что принял решение о снятии этого статуса. В письме, содержание которого оказалось в распоряжении агентства, американский президент написал, что обещал убрать все барьеры, мешающие Сирии восстанавливать страну, и что «очень скоро» это станет возможным.

При этом процедура ещё не завершена автоматически. Трамп уведомил Конгресс США, после чего начинается 45-дневный период рассмотрения. Только после этого исключение Сирии из списка может вступить в силу окончательно.

Для Сирии это имеет огромное значение. Статус государства-спонсора терроризма ограничивает американскую помощь, оборонный экспорт и часть финансовых операций. Его снятие открывает путь для более широкого возвращения Сирии в международную финансовую систему и для потенциальных инвестиций.

Трамп прямо заявил, что американские компании готовы инвестировать в Сирию и участвовать в её восстановлении. Параллельно Reuters пишет, что саудовские компании готовят миллиардные инвестиции, а страны Залива также обещают финансовую помощь.

Санкции уже сняты, но список терроризма — отдельный вопрос

Важно разделять два процесса.

Первый — это снятие широкой программы американских санкций против Сирии. 30 июня 2025 года Трамп подписал указ о прекращении этой санкционной программы, а с 1 июля 2025 года решение вступило в силу.

Но санкции были сняты не со всех.

Ограничения сохраняются против Башара Асада и его окружения, нарушителей прав человека, участников торговли каптагоном, лиц, связанных с прежними сирийскими программами распространения оружия, а также против ISIS, филиалов «Аль-Каиды», Ирана и его прокси.

Второй процесс — это исключение Сирии из списка государств-спонсоров терроризма. Именно о нём Трамп говорил 8 июля в Анкаре. Ранее Белый дом уже поручал пересмотреть статус Сирии, а также обозначения, связанные с Hay’at Tahrir al-Sham и самим аш-Шараа, известным ранее как Абу Мухаммад аль-Джулани.

Именно поэтому нынешняя встреча в Анкаре стала не просто дипломатическим контактом. Она показала, что Вашингтон готов не только снять часть старых ограничений, но и политически признать новую сирийскую власть как участника региональной игры.

Кто такой Ахмед аш-Шараа и почему это вызывает вопросы

Ахмед аш-Шараа — одна из самых противоречивых фигур новой Сирии.

Reuters напоминает, что он был командиром «Джебхат ан-Нусры», сирийского филиала «Аль-Каиды», до разрыва с этой структурой в 2016 году. Позже он возглавил коалицию исламистских повстанческих сил, которая в конце 2024 года свергла режим Башара Асада.

Трамп на встрече публично похвалил аш-Шараа и заявил, что тот пользуется уважением, в том числе его собственным. Американский президент также связывает новую сирийскую власть с действиями против «Исламского государства».

Со своей стороны, аш-Шараа заявил, что сирийский народ высоко ценит решение Трампа о снятии санкций, а также поддержку региональных партнёров — прежде всего Турции и стран Залива. По сообщению SANA, сирийский президент говорил о «освобождении страны», падении прежнего режима и восстановлении единства Сирии.

В официальном сообщении SANA сказано, что Трамп и аш-Шараа обсудили сирийско-американские отношения, пути их укрепления и региональные события. Стороны также подчеркнули важность дальнейшей координации по вопросам, которые поддерживают единство и территориальную целостность Сирии, а также безопасность и стабильность региона.

Для Израиля здесь есть сразу несколько чувствительных моментов.

С одной стороны, ослабленная и разрушенная Сирия больше не является прежним государственным союзником Ирана в том виде, в каком это было при Асаде.

С другой стороны, новая власть в Дамаске имеет сложное прошлое, а её реальные отношения с радикальными структурами, Турцией, странами Залива и западными игроками ещё только формируются.

НАновости — Новости Израиля следят за этой темой именно в израильском контексте: вопрос не только в том, кто сегодня сидит в Дамаске, а в том, как новая Сирия будет вести себя рядом с Ливаном, Голанами, Ираном и «Хизбаллой».

Ливан, Израиль и «Хизбалла»: что сказал Трамп

Отдельная часть заявлений Трампа касалась Ливана.

Американский президент заявил, что, по его мнению, Израиль хочет вывести свои войска из южного Ливана. Отвечая на вопрос о возможности такого шага, Трамп сказал: «Думаю, они этого хотят».

Он также заявил, что Израиль и Ливан «проделали фантастическую работу», и добавил: «Израиль покинет Ливан».

Эти слова прозвучали на фоне американской попытки продвинуть рамочное соглашение между Израилем и Ливаном. По данным Al-Monitor, Ливан, Израиль и США подписали рамочное соглашение 26 июня 2026 года после четырёх дней интенсивных переговоров в Госдепартаменте США в Вашингтоне.

Документ состоит из 14 пунктов. В нём стороны заявили о намерении формально завершить состояние войны и продолжить переговоры при посредничестве США для выхода на более широкое мирное соглашение.

Одна из ключевых частей плана — так называемые «пилотные зоны» на юге Ливана. После вывода израильских сил контроль над ними должна взять ливанская армия.

Но именно здесь начинаются главные проблемы.

По данным Ynet, Ливан потребовал, чтобы Израиль вышел из двух «пилотных зон» ещё до участия в следующем раунде прямых переговоров. Переговоры должны пройти в Риме 15–16 июля 2026 года.

The National сообщает, что Ливан сначала отказался от участия, потому что Бейрут не был должным образом уведомлён о переносе площадки переговоров в Рим. Позже Ливан принял приглашение США. По данным издания, ливанская делегация будет гражданской, без военных представителей.

Ещё одна важная дата — 21 июля 2026 года. На этот день запланирован визит президента Ливана Жозефа Ауна в Вашингтон и его первая личная встреча с Трампом. Главной темой должны стать израильский вывод, юг Ливана и выполнение рамочного соглашения.

Почему здесь появляется Сирия

На фоне обсуждения Ливана Трамп также сказал, что Сирия «могла бы помочь с «Хизбаллой» и Ливаном».

Он не объяснил, что именно имеет в виду. Это может означать дипломатическое давление, контроль границы, координацию с Ливаном, ограничение каналов снабжения или более широкую региональную роль Дамаска.

Но сам факт такой фразы важен.

Вашингтон, судя по всему, рассматривает новую Сирию не только как страну, которую надо вывести из изоляции, но и как возможный элемент давления на «Хизбаллу» и иранскую сеть влияния в регионе.

Для Израиля это может быть шансом, но также и риском.

Если новая Сирия действительно будет отдаляться от Ирана и ограничивать пространство для «Хизбаллы», это может изменить баланс на северной границе Израиля. Но если Вашингтон слишком быстро легитимирует Дамаск без реальных гарантий безопасности, Израиль может получить ещё одного непредсказуемого игрока у своих границ.

Американская делегация и сигнал Конгресса

В Анкаре аш-Шараа встретился не только с Трампом.

В тот же день он провёл встречу со специальным посланником президента США по Сирии и Ираку Томом Бараком и делегацией американского Конгресса.

В делегацию входили сенаторы Жанна Шахин, Крис Кунс, Майк Раундс, Дик Дурбин, Линдси Грэм, а также член Палаты представителей Майкл Тернер. На встрече также присутствовал министр иностранных дел Сирии Асаад аш-Шайбани.

Барак назвал происходящее событием огромного исторического значения. По его словам, оно подтверждает ключевую роль Сирии в формировании будущего Ближнего Востока и определении его направления в крайне чувствительный региональный момент.

Эта формулировка показывает, как Вашингтон теперь смотрит на Дамаск.

Сирия больше не рассматривается только как разрушенная страна после войны и диктатуры Асада. США пытаются превратить её в часть новой региональной конструкции, где одновременно присутствуют Турция, страны Залива, Израиль, Ливан и американские интересы.

Что это значит для Израиля

Для Израиля встреча Трампа и аш-Шараа — не дальняя сирийская история.

Это событие прямо связано с северной границей, Ливаном, «Хизбаллой», Ираном и будущим американским давлением на Иерусалим.

США хотят стабилизировать Ливан, добиться вывода израильских сил из части южных районов и передать контроль ливанской армии. Одновременно Вашингтон хочет показать, что новая Сирия может быть не частью иранской оси, а частью американской региональной схемы.

Израиль в такой ситуации получает сложный выбор.

С одной стороны, любая возможность ослабить «Хизбаллу», уменьшить роль Ирана и стабилизировать северную границу имеет стратегическое значение.

С другой стороны, слишком быстрая легитимация новой сирийской власти без жёстких гарантий может создать новую угрозу, особенно если за красивыми заявлениями не будет реального контроля над вооружёнными группами, границами и каналами снабжения.

Главный вопрос после Анкары звучит так: сможет ли Вашингтон превратить Сирию и Ливан в часть новой системы безопасности — или Израиль снова окажется перед ситуацией, когда политические соглашения подписаны, а угрозы на границе остаются.

Пока ясно одно: 8 июля 2026 года в Анкаре Трамп не просто встретился с аш-Шараа. Он дал сигнал, что США готовы вернуть Сирию в региональную политику — и одновременно связать этот процесс с Ливаном, «Хизбаллой» и безопасностью Израиля.

…
Трамп и аш-Шараа в Анкаре: США выводят новую Сирию из изоляции, а Израиль ждёт развязка по Ливану - 09.07.2026 - Новости Израиля

Израиль входит в топ-10 направлений украинского IT-экспорта - 08.07.2026 - Новости Израиля

Не только «Галичина»: русские национальные формирования на службе Третьего рейха и неудобная память о Второй мировой - 08.07.2026 - Новости Израиля

Украинский IT-экспорт в мае 2026 года показал важную для экономики картину: месячное снижение есть, но говорить о провале сектора нельзя.

По данным, которые украинские профильные издания приводят со ссылкой на статистику НБУ, в мае экспорт компьютерных услуг из Украины составил $560 млн. Это на $18 млн, или на 3,1%, меньше, чем в апреле 2026 года, когда показатель был $578 млн. При этом в годовом сравнении результат оказался лучше: в мае 2025 года украинский IT-экспорт составлял $545 млн, то есть нынешний май выше примерно на $15 млн.

Главная новость для израильской аудитории в другом: Израиль вошёл в топ-10 направлений украинского IT-экспорта.

В мае 2026 года украинские компьютерные услуги в Израиль были экспортированы на $19 млн. Это не уровень США, которые остаются главным рынком для украинского IT, но это уже не случайная цифра и не небольшой эпизод в статистике.

Что показал май 2026 года

В топ-10 стран-покупателей украинских IT-услуг за май вошли:

Эта структура показывает, что украинский IT по-прежнему держится на крупных западных рынках, прежде всего на США. Но Израиль в этой таблице особенно интересен, потому что это не просто очередной внешний заказчик. Израиль сам является одной из самых технологичных экономик мира, с сильной инженерной школой, развитым киберсектором, стартапами, оборонными технологиями, медицинскими разработками и высоким уровнем требований к подрядчикам.

Если Израиль покупает украинские IT-услуги на $19 млн за месяц, это означает, что украинские команды остаются конкурентными даже на рынке, где покупатель хорошо понимает цену разработки, качество инженерии, риски безопасности и сроки выполнения проектов.

За первые пять месяцев 2026 года украинский IT-экспорт достиг $2,782 млрд. Это на $98 млн, или на 3,7%, больше, чем за тот же период 2025 года, когда показатель составлял $2,684 млрд. То есть майское снижение к апрелю выглядит не как обвал, а как колебание внутри общего положительного тренда.

Почему Израиль важен для украинского IT

На первый взгляд, $19 млн может показаться небольшой суммой на фоне общего майского экспорта в $560 млн. Но в доле это примерно 3,4% всего украинского IT-экспорта за месяц.

Для Украины это уже заметный рынок.

Если пересчитать майский показатель в годовой темп, получается около $228 млн в год украинских IT-услуг в Израиль. Конечно, один месяц нельзя механически превращать в годовой прогноз, потому что экспорт услуг колеблется от месяца к месяцу. Но такой расчёт помогает понять порядок величины: речь идёт не о символических контактах, а о сотнях миллионов долларов в годовом выражении.

В первом квартале 2026 года Израиль уже входил в топ-5 покупателей украинских IT-услуг: тогда объём экспорта компьютерных услуг из Украины в Израиль составил $67 млн. В мае Израиль оказался в топ-10 с показателем $19 млн, что подтверждает: направление остаётся устойчивым, хотя место в рейтинге может меняться по месяцам.

Для израильской аудитории НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency эта цифра важна не только как экономическая статистика. Она показывает реальную, а не декларативную связь между Израилем и Украиной: израильский рынок пользуется украинской инженерной экспертизой, а украинский IT продолжает зарабатывать валюту даже в условиях войны, мобилизации, переезда команд, энергетических рисков и высокой неопределённости.

Насколько это много для самого Израиля

Чтобы понять масштаб, нужно сравнивать не только с украинским экспортом, но и с размером израильского технологического рынка.

По оценке Mordor Intelligence, рынок ICT в Израиле в 2026 году составляет около $55,01 млрд и может вырасти до $63,64 млрд к 2031 году. Отдельно указывается, что сегмент IT services растёт быстрее общего рынка — примерно на 4,32% в год до 2031 года.

Минторг США даёт близкую оценку: израильский ICT-рынок оценивался примерно в $52,39 млрд в 2024 году, ожидался на уровне $54,22 млрд в 2025 году и может достичь около $63,99 млрд к 2030 году.

На фоне всего израильского ICT-рынка украинские $19 млн за месяц — это небольшая доля. Если считать в годовом темпе около $228 млн, это примерно 0,4% от рынка ICT Израиля размером около $55 млрд.

Но это не делает показатель незначительным.

Израильский рынок огромен, насыщен собственными компаниями и международными поставщиками. Попасть в десятку направлений украинского IT-экспорта на таком рынке — значит выдерживать конкуренцию не только ценой, но и компетенцией. Особенно в сферах, где у Украины за последние годы усилились позиции: software development, кибербезопасность, финтех, облачные решения, data engineering, AI-инструменты, defense tech и продукты для бизнеса.

Есть ещё один ориентир. По данным WITS/World Bank, сервисный импорт Израиля в 2023 году составлял около $46,87 млрд, а категория computer, communications and other services занимала около 59% коммерческого импорта услуг. Это означает, что широкая группа компьютерных, коммуникационных и смежных сервисов в израильском импорте измеряется десятками миллиардов долларов.

На этом фоне украинские IT-услуги не доминируют, но уже занимают видимое место.

Что это означает для Украины

Для Украины IT остаётся одним из ключевых источников валютной выручки. В мае 2026 года доля компьютерных услуг в общем экспорте услуг составила 39,4%. Общая экспортная выручка всех услуг Украины за май достигла $1,421 млрд, то есть IT продолжает занимать очень крупную часть сервисного экспорта страны.

Но есть и тревожный сигнал.

Украинский IT больше не растёт “сам по себе”, как это было в наиболее быстрые годы. Рынок стал жёстче, заказчики осторожнее, конкуренция выше. Война создаёт дополнительные риски: вопросы непрерывности работы, безопасности данных, доступности специалистов, страхования контрактов и устойчивости инфраструктуры.

Поэтому выход и удержание таких рынков, как Израиль, имеют стратегическое значение.

Израиль — это не только деньги. Это доступ к технологической среде, где ценят скорость, гибкость, инженерную дисциплину и способность работать с задачами высокой сложности. Для украинских компаний это возможность закрепляться в нишах, которые дают более высокую добавленную стоимость, а не конкурировать только как “дешёвый аутсорсинг”.

Вывод

Израиль не является крупнейшим покупателем украинского IT. Главный рынок по-прежнему США, которые в мае закупили украинских компьютерных услуг на $208 млн.

Но Израиль уже входит в группу заметных направлений. $19 млн за месяц и место в топ-10 — это показатель доверия к украинским разработчикам на одном из самых требовательных технологических рынков мира.

Для Украины это экономическая поддержка, валютная выручка и подтверждение конкурентоспособности IT-сектора.

Для Израиля — доступ к сильным украинским инженерным командам, которые продолжают работать, поставлять услуги и развивать международные проекты даже в условиях войны.

Именно поэтому эта статистика важнее, чем кажется на первый взгляд: она показывает, что украинско-израильская технологическая связь существует не только в заявлениях, конференциях и дипломатических формулировках, а в реальных контрактах, деньгах и работе компаний.

…
Трамп и аш-Шараа в Анкаре: США выводят новую Сирию из изоляции, а Израиль ждёт развязка по Ливану - 09.07.2026 - Новости Израиля

Израиль входит в топ-10 направлений украинского IT-экспорта - 08.07.2026 - Новости Израиля

Не только «Галичина»: русские национальные формирования на службе Третьего рейха и неудобная память о Второй мировой - 08.07.2026 - Новости Израиля

Российская пропаганда десятилетиями использует Вторую мировую войну как политическое оружие.

Когда ей нужно атаковать Украину, она снова и снова вспоминает дивизию СС «Галичина», батальоны «Нахтигаль» и «Роланд», украинский национализм, отдельные эпизоды коллаборационизма и преступления военного времени.

Но как только речь заходит о русских формированиях, служивших Третьему рейху, тон резко меняется.

Там уже не говорят о «русском следе».

Там говорят о «предателях», «власовцах», «отщепенцах», «антисоветчиках», будто эти люди существовали вне русской истории, вне русского общества и вне советской реальности.

На самом деле на стороне нацистской Германии существовали многочисленные русские, казачьи и шире советские коллаборационистские структуры: РОА Власова, РОНА Каминского, Русский корпус в Сербии, казачьи соединения, русские подразделения в немецкой службе, вспомогательная полиция, хиви и восточные батальоны.

Но эта тема требует не лозунгов, а точности.

Потому что не все советские коллаборационисты были этническими русскими.

И не все русские коллаборационисты могут быть спрятаны в общей фразе «советские граждане».

Почему эта тема важна сегодня

Разговор о русских формированиях на службе Третьего рейха — это не попытка снять ответственность с других народов.

Украинский, белорусский, балтийский, кавказский и иной коллаборационизм существовал.

Это часть трагической и сложной истории Второй мировой войны.

Но русский коллаборационизм тоже существовал.

Более того, он был не маргинальной легендой, а заметным историческим явлением: от власовского движения до Локотской автономии, от белоэмигрантских частей на Балканах до казачьих соединений, от отдельных русских подразделений до широкой массы советских военнопленных и перебежчиков, оказавшихся в немецкой системе.

Историк Марк Эделе в книге Stalin’s Defectors: How Red Army Soldiers became Hitler’s Collaborators, 1941–1945 подчёркивает, что среди советских военнопленных доля перебежчиков была необычно высокой по сравнению с другими армиями союзников, но одновременно предупреждает: желание выжить, недовольство сталинским режимом и готовность реально воевать за Гитлера — это разные вещи.

Именно это важно для честной памяти.

История не становится правдой, если из неё вырезать неудобные русские страницы.

РОА Власова: главный символ русского коллаборационизма

Самое известное русское формирование на службе Третьего рейха — Русская освободительная армия (РОА), связанная с именем генерала Андрея Власова.

Власов родился в 1901 году, был советским генералом, участвовал в битве за Москву и обороне Ленинграда, попал в немецкий плен и затем перешёл на сторону Третьего рейха. Институт европейских, российских и евразийских исследований Университета Джорджа Вашингтона описывает Власова как советского генерала, который после пленения создал при поддержке нацистской пропаганды Russian Liberation Committee, а затем связанную с ним Russian Liberation Army. Там же подчёркивается, что на раннем этапе речь шла о структуре из нескольких сотен офицеров и нескольких тысяч солдат, перешедших от СССР на немецкую сторону.

Это важная деталь.

В массовой памяти РОА часто представляется как сразу огромная армия.

На деле власовское движение развивалось постепенно, а реальные крупные соединения появились очень поздно — уже в финальной фазе войны.

В конце 1944 года был создан КОНР — Комитет освобождения народов России. Это был политический зонтик, под который пытались собрать разные антисоветские силы.

Поэтому нельзя считать РОА, КОНР, 600-ю дивизию, 650-ю дивизию, авиационные части и другие связанные подразделения как полностью независимые массы людей.

Здесь легко возникает двойной счёт.

В широком позднем подсчёте численность структур, связанных с РОА / Вооружёнными силами КОНР, часто оценивается примерно в 120–130 тысяч человек. Но эта цифра требует пояснения: она относится не к ранней РОА как реальной боевой армии, а к более поздней и широкой власовской рамке.

Судьба самого Власова известна.

Он был арестован советскими войсками в Чехословакии, осуждён за измену и казнён советскими властями в 1946 году. В 2015 году российские архивные учреждения выпустили три тома документов по «делу Власова», собранных из архивов России, Беларуси, Германии и США.

РОНА Каминского: Локоть, карательные операции и Варшава

Второй крупный пример — РОНА, или Русская освободительная народная армия Бронислава Каминского.

Эта структура выросла из Локотского района, который оказался под немецкой властью в октябре 1941 года. В регионе была создана коллаборационистская администрация, известная как Локотская автономия или Брянско-Локотская республика. После гибели Константина Воскобойника в январе 1942 года Каминский стал её руководителем.

На базе местной милиции он создал вооружённую бригаду. По данным Warsaw Uprising, её численность достигала примерно 10–15 тысяч человек. В середине 1942 года около 85% состава были местными жителями, в основном русскими добровольцами; остальные происходили из дезертиров Красной армии и советских военнопленных.

РОНА участвовала в антипартизанских операциях в Орловском регионе в мае 1943 года, затем в Беларуси в апреле–мае 1944 года, а позднее была переброшена в Польшу. В июле 1944 года РОНА была реорганизована в бригаду Waffen-SS.

Самый мрачный эпизод её истории — участие в подавлении Варшавского восстания 1944 года.

В начале августа 1944 года около 1700 бойцов РОНА под командованием майора Юрия Фролова были отправлены в группу СС-генерала Хайнца Райнефарта. Они действовали в районах Охота и Воля с 3 по 27 августа 1944 года, а затем в Кампиносской пуще с 27 августа по 4 сентября 1944 года. Во время боёв РОНА потеряла около 400 человек — примерно 40% отправленного контингента.

После Варшавы Каминский был арестован и казнён немцами. В ноябре 1944 года РОНА была фактически расформирована, а оставшиеся 3000–4000 бойцов отправлены в Мюнзинген для включения в формировавшуюся армию Власова.

Это ещё один пример того, почему цифры нельзя складывать автоматически.

РОНА и поздняя 29-я гренадерская дивизия СС RONA — не две полностью отдельные армии, а связанные этапы одной структуры.

Русский корпус в Сербии: белая эмиграция против СССР

Отдельно стоит Русский корпус в Сербии.

Это формирование не было частью РОА в первоначальном смысле. Оно возникло в оккупированной Югославии и состояло прежде всего из русских белых эмигрантов, которые воспринимали войну Германии против СССР как продолжение своей борьбы с большевизмом.

Американская военная работа German Antiguerrilla Operations in the Balkans (1941–1944) указывает, что в 1941 году в Сербии был сформирован Russian Guard Corps под командованием генерала Штейфона. Он имел три полка и около 4000 человек, был включён в Вермахт и состоял в основном из антисоветских эмигрантов, служивших ещё в армиях царской России. Немцы использовали корпус главным образом для охраны, в том числе для защиты железнодорожной линии Белград — Ниш.

Позднейшие оценки дают более высокие цифры: примерно до 11 197 человек в максимальной численности и около 17 090 прошедших через корпус за всё время его существования.

Здесь нет противоречия.

Просто это разные способы подсчёта: текущая численность, пиковая численность и суммарное число людей, которые прошли через формирование за годы войны.

Русский корпус показывает, что русский коллаборационизм был не только советским.

Он был и эмигрантским.

Казачьи формирования: важная, но сложная категория

Казачьи формирования занимают особое место.

На немецкой службе действительно существовали донские, кубанские, терские и другие казачьи части. Но их нельзя автоматически и полностью записывать в «этнические русские».

Часть казаков считала себя русскими.

Часть воспринимала казачество как отдельную историческую общность.

Часть была связана с белоэмигрантской традицией, часть — с советскими военнопленными, часть — с антисоветскими настроениями после политики раскулачивания, расказачивания и репрессий.

Американский исследователь Самуэль Ньюленд в работе Cossacks in the German Army, 1941–1945 приводит несколько важных чисел.

Весной 1944 года в Новогрудском самоуправляемом районе находилось около 25 тысяч казаков.

Когда эти группы перебрасывали в Северную Италию в июле 1944 года, состав был смешанным: 9000 казачьих солдат, 6000 старших казаков, 4000 гражданских, 3000 детей, а также 2000 кавказских солдат и 2000 кавказских гражданских.

Это принципиально важно.

Если считать только бойцов — одна цифра.

Если считать вместе с семьями, обозом, стариками и детьми — другая.

Если затем ещё отдельно прибавить XV казачий корпус, Донское войско, Кубанское войско и Казачий стан, легко получить завышение.

Для XV казачьего кавалерийского корпуса СС часто приводится оценка около 50 тысяч человек. Ньюленд пишет, что корпус насчитывал примерно 50 000 человек, но подчёркивает: это число не представляло всех казаков вообще.

Поэтому корректная формула такая: казачьи формирования были крупной частью антисоветского коллаборационистского поля, но их численность нельзя механически добавлять к «этническим русским» без пояснений.

Хиви, шуцманшафт и восточные батальоны: большая серая зона

Самая сложная часть подсчётов — это не РОА и не РОНА, а широкие категории немецкой службы, куда входили бывшие советские граждане.

Прежде всего речь о Hilfswillige, или хиви.

Это не этническое формирование и не отдельная русская дивизия.

Хиви могли быть переводчиками, возчиками, кухонными работниками, охранниками, лагерными помощниками, носильщиками, информаторами, вспомогательным персоналом при частях Вермахта или СС.

USHMM отмечает, что из-за немецких потерь и нехватки кадров власти Третьего рейха начали вербовать коллаборационистов среди советских военнопленных. Одни шли на сотрудничество ради выживания, другие — из поддержки нацистского движения, третьи — из противостояния советской власти. По оценке USHMM, сотни тысяч советских военнопленных сотрудничали с немцами в той или иной форме — часто как информаторы, переводчики или лагерная охрана.

Сюда же относится Schutzmannschaft — вспомогательная полиция на оккупированных территориях.

В исследовательских обзорах по теме подчёркивается: это была многонациональная категория, а не «русская армия». В ней могли служить русские, украинцы, белорусы, литовцы, латыши, эстонцы, татары, кавказцы и представители других групп. Поэтому огромные цифры вспомогательной полиции и хиви нельзя автоматически превращать в число этнических русских.

То же касается остбатальонов — восточных батальонов.

Они тоже были многонациональными.

В них служили бывшие советские граждане разных народов, и только часть из них была русскими.

Сколько было русских на службе Третьего рейха

Одного точного числа нет.

И не может быть, если не объяснить методику.

Историки и исследователи считают разные вещи:

• кто-то считает только боевые части;
• кто-то добавляет полицию;
• кто-то включает всех хиви;
• кто-то считает всех прошедших через формирования за годы войны;
• кто-то берёт пиковую численность;
• кто-то говорит об этнических русских;
• кто-то — обо всех бывших советских гражданах.

В старых широких оценках встречается диапазон 600 тысяч — 1,4 млн бывших советских граждан, включённых в немецкую военную и вспомогательную систему. Но такие оценки относятся именно к советским гражданам и широким категориям службы, а не к этническим русским как отдельной группе. RAND-исследование Алекса Алексиева посвящено советским национальностям в германской военной стратегии и рассматривает очень широкий круг военного сотрудничества с Германией.

Есть и более осторожные подходы.

Марк Эделе показывает, что массовые сдачи, перебежки и сотрудничество нельзя объяснять одним мотивом. Многие стремились выжить, многие ненавидели сталинский режим, но это не значит, что большинство хотело воевать за Гитлера.

Украинский историк Андрей Боляновский в публичном изложении своих исследований говорил о более чем 400 тысячах русских, воевавших в вооружённых силах Германии, и минимум о полумиллионе русских, прошедших через разные вооружённые формирования Третьего рейха. Это высокая оценка, но она всё равно осторожнее, чем лозунг о «более миллионе этнических русских».

Поэтому самая точная формула выглядит так:

речь идёт о сотнях тысяч русских и других советских граждан, которые в разной форме служили военным, полицейским и вспомогательным структурам Третьего рейха.  

Основные структуры и оценки численности

Структура	Что это было	Осторожная оценка	Что важно понимать
РОА / ЗС КОНР	Власовское движение и поздние вооружённые силы под политическим зонтиком КОНР	от нескольких тысяч в раннем узком смысле до примерно 120–130 тыс. в позднем широком счёте	Нельзя отдельно складывать РОА, КОНР и её же дивизии
КОНР	Политический комитет, созданный в конце 1944 года	отдельной боевой численности нет	Это не самостоятельная армия сверх РОА
РОНА Каминского	Русская коллаборационистская бригада из Локотского района	около 10–15 тыс.; в Варшаве — 1700 бойцов	РОНА и 29-я дивизия СС RONA — связанные этапы одной структуры
Русский корпус в Сербии	Белоэмигрантское формирование в Вермахте	около 4000 в 1941 году; до 11 197 максимум; около 17 090 прошли через корпус	Разные цифры отражают разные методы подсчёта
XV казачий кавалерийский корпус СС	Большое казачье соединение финального периода войны	около 50 тыс.	Это не все казаки во всех структурах
Казачий стан	Казачья мобильная общность с военными и гражданскими	25 тыс. в Новогрудке; при переброске в Италию — 9000 солдат плюс гражданские и семьи	Нельзя считать гражданский обоз как боевую численность
Schutzmannschaft	Вспомогательная полиция на оккупированном Востоке	десятки и сотни тысяч в разных периодах	Многонациональная категория, не только русские
Hiwis / хиви	Вспомогательные служащие Вермахта, СС, лагерей и тыла	сотни тысяч советских граждан	Это служебная, а не этническая категория
Остбатальоны	Восточные батальоны в немецкой системе	разные оценки по частям и периодам	Включали представителей многих народов СССР

Что подтверждено, что спорно, что некорректно

Категория	Оценка
Подтверждено	На стороне Третьего рейха существовали русские, казачьи и советские коллаборационистские формирования
Подтверждено	РОА, РОНА, Русский корпус в Сербии и казачьи части были реальными структурами немецкой военной системы
Подтверждено	Среди советских военнопленных были сотни тысяч людей, сотрудничавших с немцами в разных формах
Спорно	Точная суммарная численность именно этнических русских
Спорно	Сколько людей считать бойцами, а сколько вспомогательным персоналом
Некорректно	Складывать РОА, КОНР, её дивизии и присоединённые части как независимые единицы
Некорректно	Считать РОНА и 29-ю дивизию СС RONA как две отдельные армии
Некорректно	Записывать всех хиви, шуцманшафт и остбатальоны в «этнические русские»
Некорректно	Утверждать «более миллиона этнических русских» без ясной методики

Почему российская пропаганда об этом молчит

Советская послевоенная память строилась вокруг образа единого народа-победителя.

В этом образе не было места миллионам советских военнопленных, сложным историям оккупации, антисоветским настроениям, локальным коллаборационистским администрациям и тем более русским формированиям на службе Германии.

После распада СССР российская государственная память пошла ещё дальше.

Она превратила победу во Второй мировой войне в политическую религию.

И в этой религии русский народ может быть только победителем, освободителем и жертвой.

Но не участником коллаборационизма.

Поэтому украинский коллаборационизм в российской пропаганде всегда подчёркивается как «национальный».

А русский — растворяется в словах «предатели» и «власовцы».

Для НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency эта тема важна не как архивная полемика, а как часть современной информационной войны. Израильская аудитория хорошо понимает, что память о Второй мировой войне и Холокосте нельзя превращать в инструмент выборочной политической мести.

Если говорить о коллаборационизме — значит говорить обо всех.

Если помнить преступления — значит помнить не только чужие.

Если требовать исторической честности — значит не прятать русские страницы Второй мировой войны.

Вывод

Русские формирования на службе Третьего рейха — исторический факт.

РОА Власова, РОНА Каминского, Русский корпус в Сербии, казачьи части, отдельные русские структуры в немецкой системе, хиви, вспомогательная полиция и восточные батальоны показывают: советская история войны была намного сложнее, чем официальный миф о едином народе-победителе.

Но цифры требуют осторожности.

Нельзя превращать всех советских коллаборационистов в этнических русских.

Нельзя складывать структуры, которые входили одна в другую.

Нельзя считать политический комитет отдельной армией.

Нельзя выдавать хиви и шуцманшафт за чисто русские формирования.

Самая честная формула такая:

на стороне Третьего рейха служили многочисленные русские, казачьи и другие советские коллаборационистские формирования; речь шла о сотнях тысяч людей в разных категориях службы, но точная численность именно этнических русских остаётся предметом спора и зависит от методики подсчёта.

История Второй мировой войны не становится честнее, если из неё вырезать неудобные факты.

И если российская пропаганда требует помнить о чужом коллаборационизме, ей придётся признать собственный.

…
Трамп и аш-Шараа в Анкаре: США выводят новую Сирию из изоляции, а Израиль ждёт развязка по Ливану - 09.07.2026 - Новости Израиля

Израиль входит в топ-10 направлений украинского IT-экспорта - 08.07.2026 - Новости Израиля

Не только «Галичина»: русские национальные формирования на службе Третьего рейха и неудобная память о Второй мировой - 08.07.2026 - Новости Израиля

Нет, это не Кирьят-Шмона после очередной атаки Хизбаллы с ливанского направления. Это не израильский приграничный город, где люди знают, что такое тревоги, эвакуация, пустые улицы, закрытые школы, страх перед дронами и ожидание новой ракеты. На видео — украинское село Вищетарасівка в Никопольском районе Днепропетровской области, примерно в десяти километрах от оккупированной российскими террористами Запорожской атомной станции.

Для израильтянина эта картина болезненно узнаваема: разбитые дома, опасная дорога, невозможность нормально вызвать помощь и ощущение, что мир быстро привыкает к чужой боли. Но если на севере Израиля гражданских годами держит под угрозой Хизбалла, то в Вищетарасівке людей ежедневно добивают российские террористы — артиллерией, «Градами» и FPV-дронами. В селе нет стабильной воды, света и связи, туда не всегда могут приехать медики, полиция и спасатели, а около 600 жителей продолжают выживать фактически на расстоянии выстрела от врага.

Вищетарасівка когда-то была обычным украинским селом, куда ехали за овощами, клубникой и абрикосами. Теперь это место, где люди живут без воды, света и связи, тушат пожары сами, а тело погибшей женщины пришлось вывозить на обычной тачке 12 километров.

История одного украинского села, которое осталось без воды, света, связи и помощи — у самого края российской войны

В Украине есть места, где война давно перестала быть новостью и стала ежедневным бытом.

Там люди не обсуждают фронт как линию на карте, потому что фронт слышен у них над домом, виден в разбитых крышах и чувствуется в каждой поездке за водой, продуктами или лекарствами. Там обычная дорога в районный центр превращается в риск для жизни, магазин становится военной целью, а после пожара люди не ждут пожарных — потому что знают, что пожарные, скорее всего, не смогут приехать.

Одно из таких мест — Вищетарасівка в Никопольском районе Днепропетровской области. Вот —  оно на Гугл карте.

ТСН 8 июля 2026 показала это село в сюжете о гуманитарной катастрофе, которая разворачивается фактически на глазах, но остается почти невидимой для внешнего мира. Вищетарасівка расположена примерно в десяти километрах от оккупированной Запорожской атомной электростанции в Энергодаре. Сюда, по словам местных жителей и журналистов ТСН, ежедневно долетают российские удары со стороны оккупированной территории.

Село живет без нормальной воды, без стабильного электричества, без мобильной связи, без медиков, без полиции и без возможности рассчитывать на пожарных после обстрелов.

И при этом там остаются около 600 человек.

Село напротив оккупированной ЗАЭС

На въезде в Вищетарасівку сразу видно, откуда пришла беда. Оккупированная Запорожская АЭС, крупнейшая атомная станция Европы, находится буквально «как на ладони» — примерно в десятке километров. После того как российские войска засели там еще в 2022 году, село напротив стало одной из гражданских целей на Никопольщине.

Сначала по Вищетарасівке били артиллерией и «Градами», затем к этому добавились FPV-дроны. Для жителей это изменило саму логику повседневной жизни: опасным стало не только находиться дома во время обстрела, но и выходить на улицу, ехать за продуктами, передвигаться на велосипеде или мотоцикле, пытаться добраться до районного центра.

В сюжете ТСН местная жительница говорит, что для того, чтобы выехать в районный центр, людям нужно пройти около 15 километров под дронами, которые летают и убивают людей. В мирной жизни 15 километров — это небольшое расстояние. В прифронтовом селе под FPV-дронами это уже маршрут, на котором человек не знает, вернется ли обратно.

Один из ударов уничтожил магазин — почти последний в селе, где еще можно было купить продукты. Рядом раньше работал рынок, где продавали овощи и другую продукцию местных хозяйств. Теперь, по словам жителей, этого уже нет. Для города потеря магазина может быть неудобством, но для такого села это удар по всей системе выживания, потому что магазин в сельской жизни — это не только продукты, а еще и место связи между людьми, обмена новостями и организации помощи.

До полномасштабной войны Вищетарасівка и Никопольщина в целом славились овощами и фруктами. Сюда ехали за сочной клубникой, абрикосами, домашней продукцией, за тем, что выращивалось на местной земле. Но после российского подрыва Каховской ГЭС вода из региона ушла, и выращивать овощи стало крайне тяжело. То, что раньше было основой сельской жизни, стало почти невозможным.

Вода на вес золота

Вода сегодня — один из главных символов катастрофы в Вищетарасівке.

После разрушения Каховской ГЭС люди фактически начали делить воду «по каплям». В сюжете жители рассказывают, что берут воду из колодцев у соседей, ездят к знакомым, пользуются скважинами, делятся друг с другом тем, что осталось. Это не нормальная система водоснабжения, а режим выживания, когда каждая семья зависит от соседей, случайной возможности набрать воду и того, не уничтожит ли следующий удар очередной источник.

Большой надеждой для села стала станция очистки воды, которую передали партнеры из Дании. Благодаря ей местные жители получили доступ к качественной питьевой воде, и в условиях разрушенной инфраструктуры это было не просто удобством, а фактически спасением.

Но эта помощь продержалась только до очередного российского обстрела.

По данным ТСН, станция находилась в здании старой больницы, где выдавали питьевую воду. После удара здание оказалось разбито, крыша повреждена, внутри загорелось и было уничтожено оборудование. Машина, которая подвозила воду в село, также разбита, поэтому подвоз воды на момент сюжета приостановлен.

В результате в селе остались только колодцы. Люди используют их для гигиены, приготовления еды и просто для того, чтобы напиться. Но колодец не может заменить полноценное водоснабжение, особенно когда после каждого российского удара могут загореться дома, сараи, улицы и хозяйственные постройки.

Именно здесь гуманитарная проблема превращается в смертельную угрозу.

Когда нет воды, нечем тушить пожары. Когда нечем тушить пожары, каждый новый удар может уничтожить целую улицу. Когда пожарные не могут заехать из-за дронов и обстрелов, люди остаются один на один с огнем.

В сюжете ТСН местные говорят, что пытаются тушить своими силами: что смогли — то сделали, сколько воды было — столько и использовали. Но этих сил явно недостаточно, потому что речь идет не о случайном бытовом пожаре, а о последствиях регулярных ударов по населенному пункту.

Когда не приезжают медики, полиция и ДСНС

Самая тяжелая часть истории Вищетарасівки в том, что село оказалось фактически отрезанным от экстренной помощи. По словам участников сюжета, сюда не приезжают медики, полиция и пожарные. Причина понятна — безопасность, постоянные удары, дроны, риск повторного поражения. Но для людей, которые остаются в селе, это объяснение не решает главной проблемы: после обстрела им все равно нужна помощь.

Подразделения ДСНС не имеют возможности заехать на пожары, которые, по словам местных представителей, с начала июня возникают в селе почти каждый день из-за ударов беспилотников. При этом в Вищетарасівке осталось много пожилых людей, и именно они находятся в самой опасной ситуации. Если загорается дом, старый человек может просто не успеть выйти, не суметь потушить огонь и не дождаться профессиональной помощи.

В сюжете звучит страшная фраза: может произойти непоправимое, когда человек пожилого возраста может сгореть живьем.

Это не преувеличение. Это реальный риск в селе, где нет нормальной воды, нет связи, нет стабильного света, а пожарные не могут безопасно приехать.

Мобильная связь в Вищетарасівке исчезла больше двух лет назад. Электричества нет с мая. Для современного человека это трудно представить: после удара нельзя просто позвонить в скорую, отправить геолокацию, написать родственникам, вызвать полицию или получить официальное предупреждение. Люди живут в информационной темноте, где многое зависит от соседей, личной храбрости и случайности.

Одна из жительниц прямо говорит: «Мы никому не нужны». По ее словам, глава громады будто забыл, что такое село существует, а оставшаяся «жменька» людей сама делает все: ремонтирует газ, свет, тянет воду, чинит крыши.

Это очень важная часть истории. Российские террористы разрушают село обстрелами, но гуманитарная катастрофа усиливается там, где люди не чувствуют достаточной поддержки местной и областной власти. В прифронтовых условиях нельзя просто сказать людям «эвакуируйтесь» и считать вопрос закрытым, потому что среди оставшихся много пожилых, одиноких, больных и тех, кому действительно некуда ехать.

НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency пишет об Украине именно через такие истории, потому что они показывают не абстрактную «ситуацию на фронте», а конкретную цену войны для гражданских. Для израильского читателя это особенно понятно: когда дроны и обстрелы меняют повседневную жизнь, когда экстренные службы не могут работать свободно, когда люди в приграничных и прифронтовых районах становятся заложниками угрозы, речь идет не только о военной карте, а о праве человека на базовую безопасность.

Тело погибшей везли на тачке 12 километров

Самая страшная деталь сюжета — история о погибших и раненых, которых не удается нормально доставить к медикам или вывезти после смерти.

Местные жители рассказывают, что тяжелее всего — доправлять раненых до больницы. Один из жителей умер, потому что его не смогли вовремя передать профессиональным медикам. Тело еще одной погибшей женщины, по словам людей, никто не забирал больше трех суток.

А последняя история стала для села шоком: тело погибшей женщины пришлось вывозить на обычной тачке 12 километров.

Эта деталь звучит почти невозможной для XXI века, но именно она объясняет масштаб катастрофы лучше любых общих формулировок. Война здесь лишает человека не только безопасности при жизни, но и достоинства после смерти. Если тело погибшего приходится везти на тачке много километров, потому что никто не может приехать обычным способом, значит, разрушена не только инфраструктура, но и сама система человеческой помощи.

Это уже не просто «прифронтовая сложность». Это состояние, в котором гражданское село живет рядом с постоянной угрозой и не имеет гарантированного доступа к базовым службам: врачам, полиции, спасателям, транспорту, связи и воде.

Именно такие истории должны слышать за пределами Украины. Потому что в сухих сводках часто говорится об ударах, повреждениях, населенных пунктах и последствиях. Но за словом «последствия» иногда стоит тело женщины, которое везут на тачке 12 километров.

Эвакуация, которая пришла слишком поздно для многих

По данным сюжета, несмотря на тяжелую ситуацию, эвакуацию семей с детьми в Вищетарасівке объявили только в мае. Но даже после этого в селе остаются пожилые люди, которые держатся за родные дома и не имеют, куда выехать.

Для человека, который всю жизнь прожил в одном селе, эвакуация — это не просто перемещение из опасного места в безопасное. Это потеря дома, земли, хозяйства, соседей, привычного круга жизни, могил родных и последнего ощущения контроля над собственной судьбой. Транзитные центры, как говорят местные, дают только временное размещение, а людям нужно понимать, где они будут жить дальше, на что покупать еду, как получать лекарства и кто поможет, если они немощные или одинокие.

Поэтому многие остаются. Не потому, что не понимают опасности, а потому, что выбор между разрушенным домом и неизвестностью часто не выглядит настоящим выбором.

Жители просят местную и областную власть хотя бы о самом базовом: привозить продукты и сопровождать медиков, чтобы те могли заезжать в село. В пример они приводят соседнее село Біленьке в Запорожской области, которое также активно обстреливается российскими войсками с противоположного берега. По словам жителей, там местная и областная власть пытается организовывать сопровождение служб, которые могут заехать в село, а также подвозит продукты.

Вищетарасівка просит не невозможного. Люди не говорят о восстановлении нормальной жизни завтра утром. Они просят о пище, воде, медиках, сопровождении служб и минимальной системе помощи для тех, кто еще остается на расстоянии выстрела от врага.

Почему история Вищетарасівки важна для Израиля

Нет, Вищетарасівка — это не Кирьят-Шмона, не Метулла и не один из израильских населенных пунктов у границы с Ливаном, которые живут под угрозой Хизбаллы. Но израильтянину не нужно долго объяснять, что значит дом, по которому может прилететь в любой момент; что значит пустая улица, страх перед дроном, дорога, на которую выезжают только потому, что иначе нельзя, и тревожное ощущение, что нормальная жизнь вдруг стала жизнью по правилам выживания.

Именно поэтому история украинского села Вищетарасівка не должна звучать для Израиля как далекая трагедия из чужой войны. На севере Израиля гражданских годами держит под угрозой Хизбалла. В Никопольском районе Днепропетровской области людей ежедневно терроризируют российские террористы — артиллерией, «Градами», FPV-дронами и ударами со стороны оккупированной территории рядом с Запорожской атомной станцией. Разные страны, разные фронты, разные обстоятельства — но логика террора против гражданских узнаваема.

Вищетарасівка показывает еще один уровень войны: когда населенный пункт не просто обстреливают, а постепенно лишают всего, что удерживает людей в человеческих условиях. Нет воды — значит, нельзя нормально пить, готовить, мыться и тушить пожары после прилетов. Нет связи — значит, нельзя вызвать скорую, полицию, спасателей или хотя бы сообщить родственникам, что ты жив. Нет электричества — значит, люди остаются в темноте, без нормального доступа к информации, лекарствам, зарядке телефонов и элементарному бытовому теплу. Нет медиков — значит, ранение может стать смертельным не только из-за тяжести, но и потому, что человека невозможно вовремя довезти до больницы.

Российская война против Украины — это не только ракеты по Киеву, Харькову, Одессе или Днепру. Это еще и такие села, где каждый день идет медленное уничтожение гражданской жизни. Вищетарасівка не является военной базой, не является политическим центром и не имеет никакого честного смысла как «цель». Ее единственная «вина» в глазах российских террористов — в том, что там остаются украинские гражданские, которые продолжают жить напротив оккупированной территории.

Когда российские удары уничтожают магазин, рынок, станцию очистки воды, машину для подвоза воды, крыши домов и саму возможность вызвать помощь, это нельзя списывать на «случайные последствия войны». Это разрушение среды, в которой гражданские могут выживать. И для Израиля, который сам знает цену террору против мирных жителей, история Вищетарасівки должна звучать прямо: террор остается террором, независимо от того, летит ли ракета с ливанского направления или FPV-дрон со стороны оккупированной российскими войсками территории.

История одного села — обвинение против всей российской войны

Вищетарасівка — это история одного украинского села, которое раньше жило овощами, фруктами, рынком, водой и обычной сельской работой. Теперь оно живет колодцами, разбитыми крышами, дронами, отсутствием связи, пожарами после обстрелов и ожиданием помощи, которая не всегда приходит.

В этом селе остаются около 600 жителей.

Они живут рядом с оккупированной атомной станцией, откуда пришла угроза для всего района. Они знают, что после очередного удара могут снова загореться дома, а тушить будет нечем. Они знают, что если кому-то станет плохо, медикам будет трудно попасть в село. Они знают, что дорога в районный центр — это не просто дорога, а путь под дронами.

И они знают, что мир часто устает от таких историй.

Но именно такие истории нельзя пропускать. Потому что если о Вищетарасівке не говорить, она станет просто еще одной точкой на карте войны. А на самом деле это живое село, где люди все еще держатся, помогают друг другу, чинят крыши, ищут воду, вывозят раненых и просят о помощи.

Когда тело погибшей женщины везут на тачке 12 километров, это уже не локальная трагедия. Это обвинение против российской агрессии, против ударов по гражданским, против использования оккупированных территорий и близости атомного объекта как инструмента давления, против равнодушия к тем, кто остается в прифронтовых селах без воды, света, связи и помощи.

Вищетарасівка сегодня напоминает миру простую вещь: война измеряется не только километрами фронта, количеством ракет и политическими заявлениями.

Она измеряется тем, может ли человек открыть кран.

Может ли вызвать скорую.

Может ли купить хлеб.

Может ли потушить собственный дом.

Может ли похоронить погибшего по-человечески.

В Вищетарасівке на все эти вопросы ответ становится все тяжелее.

И именно поэтому об этом селе нужно говорить.

Если вам важно видеть израильско-украинскую повестку без российской оптики — добавьте НАновости в Google.
https://www.google.com/preferences/source?q=news.nikk.co.il

…
Трамп и аш-Шараа в Анкаре: США выводят новую Сирию из изоляции, а Израиль ждёт развязка по Ливану - 09.07.2026 - Новости Израиля

Израиль входит в топ-10 направлений украинского IT-экспорта - 08.07.2026 - Новости Израиля

Не только «Галичина»: русские национальные формирования на службе Третьего рейха и неудобная память о Второй мировой - 08.07.2026 - Новости Израиля

28 июня в Дакке тысячи людей смотрели матч чемпионата мира по футболу 2026 года между Аргентиной и Иорданией не как нейтральные зрители.

Они кричали, спорили, радовались, переживали за каждый рывок и каждый удар.

Многие были в бело-голубых футболках сборной Аргентины. Но это были не аргентинцы. Это были болельщики из Бангладеш — страны, где футбол любят массово, громко и по-настоящему, но собственной команды на чемпионате мира до сих пор нет.

Когда Лионель Месси забил свой первый гол на турнире, отправив мяч мимо вратаря Алжира, в фан-зонах Дакки началась почти национальная радость. Только национальной сборной, за которую можно было бы так болеть, у Бангладеш на мундиале не оказалось.

Похожая картина видна в Индии и Индонезии. Люди собираются у экранов, болеют за Аргентину, Бразилию, Францию, Марокко или другие команды, но делают это потому, что их собственные сборные годами остаются за пределами главного футбольного турнира планеты.

И вот здесь появляется вопрос, который важен не только для спорта — пишет bbc 5 июля 2026.

Почему восемь из десяти самых густонаселенных стран мира не представлены на чемпионате мира 2026 года?

Большое население не гарантирует большой футбол

На первый взгляд кажется, что страна с огромным населением должна автоматически иметь сильную сборную.

Больше людей — больше детей во дворах, больше потенциальных талантов, больше конкуренция, шире выбор для тренеров. В теории это звучит логично. На практике футбол устроен гораздо сложнее.

Из десяти самых населенных стран мира на нынешнем чемпионате играют только две — США и Бразилия. Россия и Нигерия в прошлом неоднократно выходили на чемпионаты мира, но в этом турнире их нет. Китай и Индонезия появлялись на мундиале лишь по одному разу.

Индия, Бангладеш, Эфиопия и Пакистан пока остаются странами огромного футбольного интереса, но без реального присутствия на главной сцене.

У Индии была особая история: формально страна квалифицировалась на чемпионат мира 1950 года в Бразилии, но снялась менее чем за месяц до старта. С тех пор самая густонаселенная страна мира так и не вернулась к этой возможности.

Бангладешская актриса, писательница и футбольная болельщица Одите Карим формулирует проблему жестко: для страны, где миллионы людей любят футбол, такое отставание выглядит неприемлемым.

И она права.

Футбол в таких странах есть. Болельщики есть. Страсть есть. Но между любовью к игре и сборной, способной пройти квалификацию на чемпионат мира, лежит огромная дистанция.

Деньги, инфраструктура и система

Британский экономист Стефан Шимански, соавтор книги Soccernomics, объясняет футбол через логику национальной экономики.

Чтобы экономика росла, нужны люди. Но одних людей недостаточно. Нужны капитал, инфраструктура, институты, управление и способность превращать потенциал в результат.

В футболе это означает качественные поля, детские академии, тренеров, систему отбора, медицинское сопровождение, регулярные соревнования, прозрачное управление федерациями и понятный путь от детского футбола до профессионального клуба.

Если этого нет, миллионы мальчишек и девчонок могут любить футбол, но страна все равно не получит сильную сборную.

Шимански также указывает на важность богатства. В его анализе успешные футбольные страны чаще всего имеют достаточно высокий средний доход, который позволяет вкладываться в спорт системно, а не случайными рывками.

Но есть исключения.

Бразилия и Аргентина не являются самыми богатыми странами мира, однако вместе они завоевали восемь титулов чемпионов мира. Это показывает, что деньги важны, но не решают все.

Есть еще один фактор — футбольная память.

Почему старые футбольные державы все еще впереди

Все страны, которые когда-либо выигрывали чемпионат мира, были сильны в футболе уже очень давно.

Аргентина, Бразилия, Англия, Франция, Германия, Италия, Испания и Уругвай не появились в мировом футболе вчера. Их сборные, клубы, школы и болельщицкая культура формировались десятилетиями, а иногда больше века.

Уругвай — особенно показательный пример.

В стране живет около 3,5 млн человек, но она дважды становилась чемпионом мира — в 1930 и 1950 годах. Секрет не в размере населения, а в раннем старте, футбольной культуре и плотной международной конкуренции. Первый матч сборная Уругвая сыграла еще в 1902 году против Аргентины.

Для многих стран Африки и Южной Азии история была другой. Они позже получили независимость, позже начали строить собственные спортивные институты и чаще сталкивались с проблемами, которые не имеют прямого отношения к игре: политическая нестабильность, слабое финансирование, нехватка стадионов, неэффективные федерации.

И все же догонять возможно.

Марокко на чемпионате мира 2022 года стало первой африканской сборной, вышедшей в полуфинал. Южная Корея, принимавшая турнир вместе с Японией в 2002 году, остается единственной азиатской командой, которая доходила до четверки сильнейших.

Эти примеры важны и для израильского читателя.

Израиль тоже хорошо знает, что футбол — это не только талант на поле. Это долгий вопрос управления, детских школ, клубной среды, инфраструктуры, тренеров, федераций и правильной конкуренции. Поэтому, когда НАновости —Новости Израиля | Nikk.Agency пишет о мировом футболе через международную повестку, речь идет не просто о спорте, а о том, как государства превращают человеческий потенциал в реальную силу.

Эфиопия: страна с историей, но без стадионов нужного уровня

Эфиопия ни разу не играла на чемпионате мира.

Ее главный футбольный успех остался в далеком прошлом — победа на Кубке африканских наций в 1962 году. Ближе всего к мундиалю сборная была в квалификации к чемпионату мира 2014 года, когда дошла до решающего раунда, но уступила Нигерии.

Сегодня проблемы эфиопского футбола выглядят не абстрактно, а очень конкретно.

Местные СМИ пишут о нехватке инвестиций и стадионов. Исполнительный директор Эфиопской премьер-лиги Кифле Сейфе заявил, что в нынешнем сезоне более 380 матчей провели всего на трех сертифицированных стадионах.

Для национальной сборной это тоже стало ударом. Домашние матчи отбора ей пришлось проводить в Марокко.

Трудно строить сильную футбольную страну, когда даже домашнее поле становится роскошью.

Южная Азия: футбол против крикета или против слабой системы?

В Индии, Пакистане и Бангладеш часто говорят, что развитию футбола мешает крикет.

Аргумент понятен. Индия — одна из сильнейших крикетных держав мира, а Indian Premier League считается самой богатой крикетной лигой на планете. Деньги, медиа, внимание родителей и спортивные амбиции среднего класса уходят туда.

Бывший игрок сборной Индии Шьям Тхапа говорит, что успех крикета влияет на выбор семей. Родители чаще ведут детей в крикет, потому что видят там карьеру, статус и заработок.

Но Одите Карим не считает это главным объяснением.

Она напоминает об Австралии и Новой Зеландии. Обе страны сильны в крикете, но это не мешает им регулярно выходить на чемпионаты мира по футболу.

Значит, дело не только в конкуренции видов спорта.

Проблема глубже: нет системы подготовки, нет устойчивой структуры, нет достаточного качества управления. Когда футбол существует как массовая любовь, но не как профессиональная лестница, страна получает миллионы болельщиков — и очень мало игроков международного уровня.

Китай, Индонезия, Пакистан: разные причины одного провала

Китай — самый загадочный случай.

Страна десятилетиями демонстрирует выдающиеся результаты на Олимпийских играх, умеет строить спортивную вертикаль и концентрировать ресурсы. Но в мужском футболе Китай так и не стал мировой силой.

На чемпионате мира сборная Китая играла только один раз — в 2002 году. Тогда команда проиграла все матчи группового этапа и не забила ни одного мяча.

Эксперт по китайскому футболу Марк Дрейер считает, что теоретически Китай способен воспитывать игроков мирового уровня. Но, по его словам, главная проблема — чрезмерный государственный контроль и решения, которые спускаются сверху вниз.

Футболом должны управлять футбольные специалисты. Когда на первый план выходит политическое вмешательство, система начинает работать не на развитие игры, а на выполнение административных ожиданий.

В 2010-х Китай активно инвестировал в футбол. Клубы Суперлиги приглашали известных игроков из Европы и Южной Америки, рассчитывая поднять уровень чемпионата. Но громкие покупки не стали заменой долгой работе с детьми, тренерами и клубной культурой.

Индонезия тоже участвовала в чемпионате мира только однажды — в 1938 году, когда выступала под названием Голландская Ост-Индия, еще в колониальный период.

В квалификации к ЧМ-2026 Индонезия добилась прогресса и дошла до финального раунда отбора. Но этот успех во многом связан не с массовым развитием местных игроков, а с привлечением футболистов европейского происхождения с индонезийскими корнями.

Иногда в стартовом составе сборной выходили восемь или девять игроков, родившихся в Европе.

Это может дать быстрый результат, но не всегда отвечает на главный вопрос: растет ли собственная футбольная система внутри страны?

Пакистан и Бангладеш завершили борьбу уже на групповом этапе азиатского отбора, не выиграв ни одного из шести матчей.

У Пакистана была еще одна проблема. С 2017 по 2025 год ФИФА трижды отстраняла страну от международных соревнований из-за внутренних политических конфликтов в национальной футбольной федерации.

Для сборной это почти приговор.

Когда федерация нестабильна, календарь рвется, игроки теряют международную практику, тренеры не могут строить долгосрочный проект, а болельщики снова получают только чужие флаги на больших турнирах.

Почему болельщики все равно выбирают праздник

Для миллионов людей в Бангладеш, Индии, Индонезии, Пакистане и Эфиопии чемпионат мира остается праздником, даже если их сборных там нет.

Они находят себе команды, выбирают кумиров, спорят о Месси, Роналду, Бразилии, Аргентине, Марокко, Франции или Испании. Иногда чужая сборная становится почти своей, потому что эмоции требуют выхода.

В этом есть грусть, но есть и сила футбола.

Чемпионат мира давно перестал быть турниром только для стран-участниц. Его смотрят и проживают даже там, где национальная команда пока не смогла пробиться на поле.

Одите Карим говорит об этом честно: она не видит реальных шансов, что Бангладеш сыграет на чемпионате мира при ее жизни. Но болельщики все равно хотят прочувствовать каждую минуту радости, которую дает турнир.

Именно в этом парадокс современного футбола.

Самые населенные страны мира могут не иметь сборной на мундиале, но их улицы, фан-зоны и экраны все равно становятся частью чемпионата мира.

Потому что футбол выигрывают не только те, у кого больше населения.

Его выигрывают те, кто умеет строить систему, терпеливо развивать игроков, защищать спортивные институты от хаоса и превращать любовь миллионов в результат на поле.

Если вам важно видеть израильско-украинскую повестку без российской оптики — добавьте НАновости в Google.

https://www.google.com/preferences/source?q=news.nikk.co.il

…
Трамп и аш-Шараа в Анкаре: США выводят новую Сирию из изоляции, а Израиль ждёт развязка по Ливану - 09.07.2026 - Новости Израиля

Израиль входит в топ-10 направлений украинского IT-экспорта - 08.07.2026 - Новости Израиля

Не только «Галичина»: русские национальные формирования на службе Третьего рейха и неудобная память о Второй мировой - 08.07.2026 - Новости Израиля

С 9 по 19 июля 2026 года в Иерусалиме проходит 43-й Jerusalem Film Festival — один из главных кинофорумов Израиля и важная площадка для международного авторского кино.

В этом году украинское присутствие на фестивале выглядит особенно заметным: в программе представлены фильмы Валентина Васяновича и Дмитрия Сухолиткого-Собчука, а режиссер Сергей Лозница вошел в фестивальную повестку как один из ключевых международных гостей и президент жюри израильского конкурса.

Фестиваль проходит на площадках Jerusalem Cinematheque и Lev Smadar, а его открытие назначено на 9 июля в Sultan’s Pool.

Украинская тема в Иерусалиме

Для израильской аудитории украинское кино сегодня — это уже не только рассказы о войне.

Это разговор о стране, которая переживает полномасштабное вторжение, но продолжает создавать сложное, авторское и международно признанное кино.

В программе 43-го Jerusalem Film Festival представлены две разные украинские картины.

Одна — игровая драма-антиутопия о послевоенной Украине и внутреннем выборе человека, который остается.

Другая — документальное наблюдение за закрытой религиозной общиной на берегу Днестра, в чью жизнь постепенно входит война.

Обе ленты говорят о разном, но в центре обеих — вопрос связи человека с домом, землей, памятью и будущим.

Именно поэтому для НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency эта программа важна не только как культурное событие, но и как часть израильско-украинского диалога.

«За Перемогу! / To the Victory!» — Валентин Васянович

Главная игровая украинская картина фестивальной программы — «За Перемогу! / To the Victory!» режиссера Валентина Васяновича.

На сайте Jerusalem Film Festival фильм представлен в секции International Competition. Это картина производства Украины и Литвы, 2025 года, продолжительностью 105 минут. Язык фильма — украинский, субтитры — иврит и английский.

Сюжет фильма разворачивается в послевоенной Украине.

Главный герой — режиссер, который остается в стране, пока его жена и дочь начинают новую жизнь в Вене. Он оказывается между надеждой и неопределенностью, пытаясь понять, что означает остаться, когда прежняя жизнь уже разрушена, а новая еще не началась.

Это описание звучит почти как продолжение реальности, в которой живет Украина после 2022 года.

Но Васянович не делает прямой репортаж о войне. Он работает с состоянием после катастрофы: с пустотой, тишиной, творческим тупиком, семейной дистанцией и болезненным вопросом — можно ли строить будущее в месте, которое пережило разрушение.

Васянович выступает не только режиссером и сценаристом фильма, но также одним из продюсеров, операторов и монтажеров картины. В официальных данных фестиваля среди продюсеров указаны Volodymyr Yatsenko, Valentyn Vasyanovych, Anna Yatsenko, Marija Razgute, Iya Myslytska.

Это важное уточнение, потому что в украинских анонсах часто отдельно выделяют Владимира и Анну Яценко, известных по работе над фильмом «Ти — Космос», но полный продюсерский состав шире.

«За Перемогу!» уже имеет серьезное международное признание: фильм получил Platform Award на 50-м Toronto International Film Festival в 2025 году. TIFF официально объявил победителем Platform Award именно картину To The Victory! Валентина Васяновича.

Для Васяновича это продолжение сильной фестивальной траектории.

Его фильм «Атлантида» получил приз в программе Orizzonti Венецианского кинофестиваля, а «Відблиск / Reflection» был представлен в конкурсе 78-го Venice Film Festival. Венецианская биеннале отдельно отмечала украинский фильм Reflection как работу Васяновича, показанную в основной конкурсной программе 2021 года.

Показы «За Перемогу!» на Jerusalem Film Festival:

10 июля 2026, пятница — 10:00, Cinematheque 3

13 июля 2026, понедельник — 15:30, Cinematheque 1

15 июля 2026, среда — 21:45, Cinematheque 2

Билеты — https://jff.org.il/en/movie/94294

Расписание подтверждено официальной страницей фильма на сайте фестиваля.

«Тиха повінь / Silent Flood» — Дмитрий Сухолиткий-Собчук

Вторая украинская картина в программе — «Тиха повінь / Silent Flood» режиссера Дмитрия Сухолиткого-Собчука.

Это документальный фильм производства Украины и Германии, 2025 года, продолжительностью 90 минут. Язык фильма — украинский, субтитры — иврит и английский. На Jerusalem Film Festival картина представлена в секции The Chantal Akerman Prize for experimental documentary — конкурсе экспериментального документального кино.

Фильм рассказывает о пацифистской религиозной общине на берегу Днестра в Западной Украине.

Эта община живет почти вне современного мира: без привычной городской инфраструктуры, без постоянной связи с внешней реальностью, в собственном ритме и по собственным правилам.

Их жизнь нарушают прежде всего природные бедствия — регулярные наводнения.

Но затем приходит война.

И именно война заставляет закрытый мир искать контакт с внешним пространством, в которое он раньше почти не хотел входить. Официальное описание фестиваля подчеркивает, что мирная жизнь общины постепенно оказывается под давлением регулярных паводков и неожиданной войны.

В этом смысле «Тиха повінь» — не обычный фильм о войне.

Это кино о том, как война достигает даже тех, кто пытался жить вне политики, вне технологий и вне большого исторического шума.

Сухолиткий-Собчук известен израильским и международным зрителям прежде всего как режиссер игрового фильма «Памфир», который был представлен в программе Directors’ Fortnight Каннского кинофестиваля в 2022 году.

Но «Тиха повінь» — это другой тип высказывания.

Здесь важны не сюжетные повороты, а наблюдение, ритм, пространство, тишина и постепенное изменение внутреннего мира людей, которые сталкиваются с большой историей, даже если сами не стремились стать ее частью.

Фильм уже получил международные награды.

На IDFA 2025 картина получила IDFA Award for Best Cinematography в международном конкурсе. Профессиональная страница IDFA указывает, что награда за лучшую операторскую работу в International Competition была присуждена именно фильму Silent Flood Дмитрия Сухолиткого-Собчука.

Кроме того, на Krakow Film Festival режиссер получил Silver Horn за фильм высокой художественной ценности. Business Doc Europe приводит решение жюри, где отмечается художественная строгость фильма и его вера в человека даже в самые темные моменты войны.

Показы «Тихой повені» на Jerusalem Film Festival:

14 июля 2026, вторник — 13:00, Cinematheque 2

15 июля 2026, среда — 10:30, Cinematheque 1

17 июля 2026, пятница — 17:00, Cinematheque 4

Билеты — https://jff.org.il/he/movie/94192

Расписание подтверждено официальной страницей фильма на сайте фестиваля.

Сергей Лозница как отдельный украинский акцент фестиваля

Украинское присутствие на 43-м Jerusalem Film Festival не ограничивается двумя фильмами.

Одним из наиболее заметных международных гостей фестиваля станет Сергей Лозница.

The Jerusalem Post пишет, что Лозница будет почетным гостем фестиваля, получит специальное признание на церемонии открытия в Sultan’s Pool 9 июля и станет президентом жюри израильского конкурса.

Мы уже писали — Украинский режиссер возглавит жюри конкурса израильского кино 43-го Иерусалимского кинофестиваля

Официальная страница жюри Jerusalem Film Festival также указывает Сергея Лозницу как President израильского конкурса. Там отмечается, что он является сценаристом, режиссером и продюсером, снявшим пять игровых фильмов и двадцать восемь документальных работ, среди которых My Joy, In the Fog, Donbass, State Funeral, Babi Yar. Context и Two Prosecutors.

Это важный момент для понимания общей рамки фестиваля.

В Иерусалиме украинское кино в 2026 году представлено не как случайная национальная вставка, а как часть большого европейского и международного разговора о войне, памяти, ответственности и человеческом выборе.

Почему это важно для израильской аудитории

Для Израиля украинское кино сегодня звучит особенно близко.

Израильская аудитория хорошо понимает, что такое жизнь рядом с войной, что такое утрата безопасности, что такое эвакуация семей, разрыв между домом и временным убежищем, а также постоянное чувство, что личная жизнь больше не отделена от большой истории.

Именно поэтому фильмы Васяновича и Сухолиткого-Собчука могут быть понятны не только украинцам в Израиле.

«За Перемогу!» говорит о человеке, который остается в стране после войны и пытается понять, как жить дальше.

«Тиха повінь» показывает людей, которые хотели быть вне современного мира, но война все равно пришла к ним.

Эти две истории разные по форме, но близкие по нерву.

Одна — о послевоенной пустоте.

Другая — о тихом столкновении закрытого мира с катастрофой.

Вместе они показывают Украину не через лозунг, а через человека, пространство, выбор и тишину.

Украинское кино как свидетельство

На 43-м Jerusalem Film Festival украинское кино появляется в очень точной момент.

Война еще продолжается.

Миллионы украинцев остаются разбросанными между фронтом, тылом, эвакуацией и эмиграцией.

Но украинские режиссеры продолжают снимать фильмы, которые получают признание в Торонто, Амстердаме, Кракове, Каннах, Венеции и теперь снова звучат в Иерусалиме.

Это не просто культурная новость.

Это свидетельство того, что украинский голос остается в международном пространстве — не как фон к политическим заявлениям, а как самостоятельное художественное высказывание.

Иерусалимский фестиваль дает этому голосу важную площадку.

Для зрителей в Израиле это возможность увидеть Украину не только в новостной ленте, а на большом экране — через авторское кино, где война присутствует не только как событие, но и как след в человеческой жизни.

Украинское кино на 43-м Jerusalem Film Festival — это история о присутствии.

О присутствии страны, которая продолжает говорить.

О присутствии режиссеров, которые не превращают травму в плакат.

И о присутствии зрителя, который готов не просто смотреть, а понимать.

Больше про мероприятия в Израие — на нашем сайте — sTDe | NAnews — афиша мероприятий Израиля.

Если вам важно видеть израильско-украинскую повестку без российской оптики — добавьте НАновости в Google.
https://www.google.com/preferences/source?q=news.nikk.co.il

…
Трамп и аш-Шараа в Анкаре: США выводят новую Сирию из изоляции, а Израиль ждёт развязка по Ливану - 09.07.2026 - Новости Израиля

Израиль входит в топ-10 направлений украинского IT-экспорта - 08.07.2026 - Новости Израиля

Не только «Галичина»: русские национальные формирования на службе Третьего рейха и неудобная память о Второй мировой - 08.07.2026 - Новости Израиля

Служба занятости Израиля опубликовала новый доклад о состоянии занятости в израильском хайтеке и впервые так прямо связала происходящее в отрасли с массовым внедрением искусственного интеллекта.

Это свежий доклад, опубликованный 7 июля 2026 года, о влиянии AI на занятость в израильском хайтеке.

Доклад охватывает период 2019–2026 годов и показывает не просто временное охлаждение рынка, а глубокое изменение структуры спроса на работников.

Главный вывод звучит тревожно: доля соискателей из хайтека среди всех зарегистрированных в Службе занятости почти утроилась.
Если в начале 2022 года, до запуска ChatGPT в ноябре того же года, они составляли около 4% всех ищущих работу, то после начала массового распространения генеративного AI их доля поднялась примерно до 9%, а сейчас достигает около 11%.

Хайтек уже не выглядит как рынок, который просто «пережидает»

В мае 2026 года в Израиле было зарегистрировано около 16,3 тысячи соискателей из хайтек-сектора.

Для сравнения: в 2019 году средний месячный показатель составлял около 7,7 тысячи человек. То есть число работников хайтека, ищущих работу, фактически выросло более чем в два раза.

Служба занятости подчеркивает: в Израиле и раньше были периоды резкого роста безработицы, например во время пандемии коронавируса или военных кризисов. Но нынешняя картина отличается тем, что рост числа соискателей в хайтеке стал устойчивым и структурным.

Речь идет не о коротком шоке, а о новом состоянии рынка.

При этом сам хайтек не рухнул.
В 2025 году в отрасли работали около 404 тысяч человек. Это больше, чем в 2024 году, когда показатель составлял около 391 тысячи, и больше, чем в 2023 году, когда в отрасли было около 396 тысяч работников. Но Служба занятости указывает: если бы прежняя траектория роста продолжалась, к концу 2025 года число занятых в хайтеке могло бы быть около 461 тысячи.

То есть проблема не в полном обвале отрасли.

Проблема в том, что прежний темп найма остановился.

Израильский хайтек продолжает оставаться важнейшей частью экономики, но он уже не всасывает работников так, как это было в годы быстрого роста.

Удар пришел не только по джуниорам

Еще недавно кризис занятости в хайтеке чаще всего объясняли сложностями начинающих специалистов.

Рынок стал жестче, компании меньше брали сотрудников без опыта, а выпускники курсов и университетов сталкивались с закрытыми дверями.

Новый доклад показывает, что эта картина уже неполная.

Да, работники с опытом до четырех лет все еще составляют значительную часть ищущих работу в хайтеке — около 60%. Но их доля снижается. В 2023 году специалисты с опытом до четырех лет составляли около 74% всех соискателей из хайтека.

Еще заметнее изменение среди самых начинающих: работники с опытом до двух лет составляли около 49% в 2023 году, а сейчас — примерно 31%.

Одновременно резко выросла доля более опытных сотрудников.

С 2023 года число соискателей из хайтека с опытом 5–8 лет выросло примерно на 138%.

А среди работников с опытом более восьми лет рост составил около 181%.

Для сравнения: среди сотрудников с опытом 0–4 года рост составил около 43%.

Это один из самых важных выводов доклада.

Кризис больше нельзя описывать только как проблему молодых специалистов, которым не дают первую работу. Он уже затронул людей с большим опытом, с реальными навыками, с годами работы в отрасли.

Для Израиля это особенно чувствительно.

Хайтек долго считался сектором, где опыт, английский, технические знания и высокая производительность почти гарантируют устойчивое место на рынке труда. Теперь даже эта гарантия выглядит слабее.

Почему именно software оказался в центре удара

Служба занятости отдельно анализирует профессиональную структуру соискателей.

С 2021 года доля работников программных профессий среди всех ищущих работу в хайтеке постоянно растет. В мае 2026 года около 7,9 тысячи из 16,3 тысячи зарегистрированных соискателей из хайтека были связаны с software-профессиями. Это примерно половина всей группы.

В разбивке по профессиям за май 2026 года картина выглядит так:

Разработка программного обеспечения — 7 951 человек, около 48,65% всех соискателей из хайтека.

Инженерия и науки — 3 125 человек, около 19,12%.

Менеджмент, продажи и дизайн — 1 697 человек, около 10,38%.

Данные и сети — 1 344 человека, около 8,22%.

IT-инфраструктура и поддержка — 1 279 человек, около 7,83%.

Электрика, электроника и коммуникации — 947 человек, около 5,79%.

Именно программные профессии оказались наиболее связаны с ростом AI.

Служба занятости осторожно формулирует вывод: рост числа соискателей начался еще до массового входа искусственного интеллекта на рынок труда, но между расширением использования AI и увеличением числа ищущих работу в software-сегменте наблюдается сильная корреляция.

С 2022 по 2026 год число соискателей среди работников software-профессий с высокой профессиональной экспозицией к AI выросло примерно на 18%.

В других хайтек-профессиях, которые тоже считаются высоко подверженными влиянию AI, рост составил только около 3%.

Иными словами, AI не просто «помогает программистам писать код быстрее».

Он меняет саму экономику найма.

Если один сотрудник с новыми инструментами может делать больше, компаниям нужно меньше людей для тех же задач. Это не отменяет спрос на сильных специалистов, но делает рынок более избирательным и менее терпимым к среднему уровню.

НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency обращают внимание: для израильской аудитории это не только экономическая новость, но и социальный сигнал. Хайтек был одним из главных каналов upward mobility — пути к высоким зарплатам, стабильности и интеграции в сильный сектор экономики. Если этот канал сужается, последствия почувствуют не только разработчики, но и семьи, университеты, курсы переквалификации, города вокруг технопарков и вся налоговая система Израиля.

Прогноз до конца 2026 года

Служба занятости ожидает, что число соискателей из хайтека продолжит расти в течение 2026 года, хотя темп роста может быть постепенным.

Согласно прогнозной модели, в июне 2026 года центральный прогноз составляет около 16 187 соискателей.

К августу, из-за сезонных факторов, показатель может подняться примерно до 19,7 тысячи, а верхняя граница прогноза оценивается примерно в 25,3 тысячи.

К декабрю 2026 года центральный прогноз составляет около 16 750 соискателей, при верхней границе около 25 532.

Это означает, что рынок может стабилизироваться, но не обязательно вернуться к прежней модели.

Скорее Израиль входит в новую фазу: хайтек остается сильным, но становится менее массовым работодателем для тех, чьи навыки быстро автоматизируются или стандартизируются.

Что говорит Служба занятости

Генеральный директор Службы занятости Израиля Инбаль Машаш заявила, что доклад ясно показывает: рынок труда в хайтеке находится в процессе глубокого изменения.

По ее словам, искусственный интеллект вместе с экономическими и структурными изменениями в отрасли меняет спрос на навыки и модели занятости. Служба занятости уже видит, что изменения касаются не только начинающих работников, но и опытных специалистов.

Машаш подчеркнула, что в эпоху AI способность работников адаптировать свои навыки к новой реальности становится одним из ключевых двигателей роста экономики.

Служба занятости заявляет, что развивает программы, которые должны помочь работникам сделать профессиональный скачок и вернуться в точки роста израильской экономики. Один из подходов — интеграция соискателей из хайтека в технологические должности в нетехнологических отраслях.

Это важный момент.

Израильской экономике могут быть нужны не только разработчики внутри стартапов, но и технологические специалисты в медицине, образовании, промышленности, логистике, оборонной сфере, муниципальном управлении и финансовом секторе.

Если эти переходы будут работать, часть кризиса можно превратить в обновление экономики.

Если нет — Израиль получит новую группу высококвалифицированных людей, которые слишком дороги для старого рынка и слишком уязвимы для нового.

Почему это важно для Израиля

Хайтек — не обычная отрасль для Израиля.

Он дает стране экспорт, налоги, международный капитал, технологическую репутацию и рабочие места с высокой зарплатой.

Но новый доклад показывает: даже в самой сильной отрасли Израиля идет болезненная перестройка.

AI не выглядит как фантастическая угроза из будущего. Он уже влияет на реальные карьеры, реальные семьи и реальные зарплаты.

Особенно тревожно, что под давление попадают опытные специалисты. Это означает, что проблема не сводится к «плохой подготовке джуниоров» или избытку выпускников курсов. Рынок пересматривает ценность целых наборов навыков.

Для государства это вопрос не только занятости, но и стратегии.

Если Израиль хочет сохранить статус Startup Nation, ему придется быстрее перестраивать систему профессионального обучения, поддерживать переквалификацию, развивать прикладное использование AI и помогать специалистам переходить между секторами.

Иначе страна рискует получить парадокс: сильный хайтек на макроуровне и растущую нестабильность среди людей, которые этот хайтек строили.

Первоисточник: Служба занятости Израиля
https://www.taasuka.gov.il/infoandpublications/pressreleases/pressrelease070726/

Если вам важно видеть израильско-украинскую повестку без российской оптики — добавьте НАновости в Google.
https://www.google.com/preferences/source?q=news.nikk.co.il

…
Трамп и аш-Шараа в Анкаре: США выводят новую Сирию из изоляции, а Израиль ждёт развязка по Ливану - 09.07.2026 - Новости Израиля

Израиль входит в топ-10 направлений украинского IT-экспорта - 08.07.2026 - Новости Израиля

Не только «Галичина»: русские национальные формирования на службе Третьего рейха и неудобная память о Второй мировой - 08.07.2026 - Новости Израиля

Работа над созданием Специального трибунала по преступлению российской агрессии против Украины идет с 2022 года. Это не быстрый процесс и не телевизионный жест, а тяжелая политико-правовая конструкция, где каждое решение должно выдержать давление времени, дипломатии и будущих атак кремлевской пропаганды.

По оценке адвоката Юрия Белоуса, который занимается сбором доказательств военных преступлений россии против Украины и представляет жертв этих преступлений в судах, нынешний подготовительный этап может завершиться к началу 2027 года. После этого должна начаться практическая часть: подбор судей, прокуроров и персонала будущего трибунала.

Для Украины это вопрос не только наказания конкретных людей.

Это попытка вернуть международному праву смысл после того, как россия фактически взяла его в заложники, пользуясь статусом постоянного члена Совета безопасности ООН и блокируя решения, связанные с собственной агрессией.

Почему именно Гаага

Выбор Гааги выглядит символично и практически одновременно.

Белоус называет Гаагу «столицей международного права» и подчеркивает, что Нидерланды предоставляют безопасное и профессионально подготовленное пространство для такой работы. Там уже сосредоточены международные суды, юридические институции и опыт, без которого подобный процесс невозможно запустить всерьез.

Для израильской аудитории в этом есть важный сигнал. Международное право может казаться далеким, пока речь идет о чужой войне, но в реальности его ослабление всегда возвращается в региональные кризисы — на Ближний Восток, в Европу, в споры о безопасности, самообороне и ответственности государств.

Если агрессия против Украины останется без отдельного суда, это будет не украинская проблема. Это будет приглашение для других режимов проверять границы дозволенного.

Как россия будет атаковать трибунал

Кремль, по словам Белоуса, уже готовит информационные атаки против будущего спецтрибунала. Главная линия будет привычной: россия снова попробует представить себя не агрессором, а «жертвой избирательного международного права».

Это не новая схема.

Сначала москва разрушает правила, затем заявляет, что правила работают несправедливо. Сначала нападает, затем требует обсуждать не преступление агрессии, а «двойные стандарты». Сначала убивает гражданских, затем переводит разговор на США, Израиль, Иран, Ирак, Африку и любые другие темы, которые помогут размыть фокус.

Израиль в российской пропагандистской рамке

Особенно важно, что Белоус прямо предупреждает: россия будет использовать и тему Израиля. В российской риторике могут появиться попытки ставить рядом спецтрибунал по агрессии против Украины и дела Международного уголовного суда, связанные с действиями Израиля.

Для Израиля это чувствительная точка.

Кремлю не нужно честное юридическое сравнение. Ему нужна информационная путаница, где все конфликты смешиваются в один шум, а зрителю говорят: «все одинаковые», «никто не имеет права судить россию», «Гаага политизирована». Такая подмена выгодна не праву, а тем, кто хочет уйти от ответственности.

Именно поэтому израильскому обществу важно отличать разные правовые механизмы, разные преступления и разные юрисдикции. Спецтрибунал по российской агрессии — это вопрос нападения одного государства на другое. Это не замена Международному уголовному суду и не спор о новостной повестке дня.

НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency рассматривает эту тему не как далекую европейскую юридическую историю, а как часть широкой израильско-украинской повестки: когда международное право ломают в Украине, последствия неизбежно чувствуют и в Израиле.

Ордеры, коалиция и борьба за легитимность

По данным FREEДОМ, 36 государств вошли в организационный комитет спецтрибунала. Это означает, что страны-участницы признают будущий механизм легитимным и смогут арестовывать на своей территории лиц, в отношении которых будут выданы ордеры.

Здесь нет магии.

Международное право работает через сотрудничество государств. Если страна готова признавать ордер, задерживать подозреваемого и передавать его суду, механизм получает силу. Если нет — начинается политическая борьба, дипломатическое давление и информационная война.

И россия будет бить именно туда.

Кремль, как считает Белоус, будет дискредитировать не только саму идею трибунала, но и отдельных судей, прокуроров, представителей команды. Для этого могут использоваться соцсети, провоенные блогеры с миллионными аудиториями и разные версии одного и того же тезиса, адаптированные под разные регионы мира.

Разные страны — разные манипуляции

Для Африки россия может говорить, что международные суды якобы чаще преследуют лидеров африканских государств. Для стран с сильными антиамериканскими настроениями — вспоминать войну в Ираке. Для Ближнего Востока — тянуть в одну рамку Иран, Израиль, США и Украину.

Цель проста: не объяснить, а запутать.

Чем больше шума вокруг Гааги, тем легче кремлю убеждать собственную аудиторию и часть внешнего мира, что суда «не существует», что это «политический проект», что «все виноваты». Но именно поэтому спецтрибунал важен: он должен вернуть разговор к главному факту — россия начала агрессивную войну против Украины.

Для Израиля в этом есть еще один практический вывод. Российская пропаганда давно работает не только против Украины. Она входит в ближневосточную повестку, использует местные боли, подхватывает темы Израиля и превращает их в инструмент защиты москвы. Поэтому вопрос спецтрибунала — это не только вопрос Гааги. Это вопрос того, кто будет задавать правила в мире после войны: право или сила.

Если вам важно видеть израильско-украинскую повестку без российской оптики — добавьте НАновости в Google.
https://www.google.com/preferences/source?q=news.nikk.co.il

…
Трамп и аш-Шараа в Анкаре: США выводят новую Сирию из изоляции, а Израиль ждёт развязка по Ливану - 09.07.2026 - Новости Израиля

Израиль входит в топ-10 направлений украинского IT-экспорта - 08.07.2026 - Новости Израиля

Не только «Галичина»: русские национальные формирования на службе Третьего рейха и неудобная память о Второй мировой - 08.07.2026 - Новости Израиля

Речь идет прежде всего о кормовой кукурузе и импорте: Израиль почти не выращивает ее в промышленных объемах, поэтому украинские 934 тыс. тонн могут составлять около 79% израильского кукурузного импорта.

Израиль вошел в пятерку крупнейших покупателей украинской кукурузы по итогам 2025/2026 маркетингового года.

Это не просто аграрная статистика.

Для Израиля эта цифра напрямую связана с кормами, птицей, яйцами, молочной отраслью, ценами на базовые продукты и продовольственной устойчивостью страны.

По данным, которые приводит Fixygen со ссылкой на Украинскую зерновую ассоциацию, Украина за сезон экспортировала 21 млн тонн кукурузы. Крупнейшим покупателем стала Турция — 6,5 млн тонн. Далее идут Италия — 3,8 млн тонн, Испания — 1,9 млн тонн, Нидерланды — 1,7 млн тонн и Израиль — 934 тыс. тонн. Общий экспорт зерновых и масличных культур из Украины в 2025/2026 маркетинговом году составил 41,1 млн тонн, что на 12% меньше, чем в предыдущем сезоне.

Почему почти миллион тонн — это много для Израиля

На фоне Турции, которая закупила 6,5 млн тонн украинской кукурузы, израильские 934 тыс. тонн могут показаться скромной цифрой.

Но для Израиля масштаб другой.

Израиль — небольшая страна с ограниченными земельными и водными ресурсами.

Он не может закрыть внутренние потребности в кормовом зерне собственным производством.

По оценке FAS USDA — международной аграрной службы Министерства сельского хозяйства США — Израиль почти полностью зависит от импорта кукурузы для кормовой и крахмальной промышленности.

USDA в отчете по Израилю прямо указывает, что страна является незначительным производителем кукурузы из-за водных ограничений, выращивает в основном сладкую кукурузу и попкорн, а для кормовой и крахмальной промышленности полностью зависит от импорта. В том же отчете прогноз по импорту кукурузы Израилем на 2025/2026 маркетинговый год — 1,18 млн тонн.

Если сопоставить эту цифру с украинскими поставками в 934 тыс. тонн, получается примерно 79,15%.

То есть Украина может покрывать около 79% израильского импорта кукурузы в этом сезоне.

Это уже не второстепенная торговля.

Это ключевая часть израильской кормовой цепочки.

Куда в Израиле идет украинская кукуруза

Важно понимать: речь не о кукурузе в початках, которую покупают в супермаркете.

Основное использование — кормовая отрасль.

Кукуруза в Израиле идет в комбикорма, а через них — в производство курицы, яиц, молока, индейки, рыбы и другой продукции животноводства.

USDA отмечает, что кукуруза является основным товаром для израильской кормовой промышленности, а главный спрос формируют птицеводство и производство яиц. Также кукурузные корма используются для молочного сектора, индейки, рыбы и других жвачных животных.

Именно поэтому украинская кукуруза в Израиле — это не просто зерно в порту.

Это будущая курица на прилавке.

Это яйца.

Это молочные фермы.

Это часть себестоимости продуктов, которые израильтяне покупают каждый день.

Когда Украина поставляет Израилю почти миллион тонн кукурузы, она фактически участвует в поддержании внутренней продовольственной цепочки страны.

Война, логистика и устойчивость Украины

Украинский экспорт зерна продолжает работать в условиях войны, ударов по инфраструктуре и сложной логистики.

Да, общий экспорт снизился.

Но даже при этом Украина смогла вывести на внешние рынки 21 млн тонн кукурузы, а по данным UkrAgroConsult, на 1 июля 2026 года экспорт кукурузы в 2025/2026 маркетинговом году составил 21,28 млн тонн, что на 3,1% меньше, чем годом ранее.

Для Украины это показатель устойчивости.

Для Израиля — показатель того, что украинское направление остается важным и рабочим даже в условиях войны.

Кукуруза идет не только в Европу.

Она идет в Средиземноморье, на Ближний Восток, в страны, для которых стабильность поставок зерна — это вопрос цен и внутренней продовольственной безопасности.

Израиль здесь не случайный покупатель.

Он находится в регионе, где продовольственная логистика всегда зависит от моря, портов, цен на фрахт, войны, политики и риска блокировки маршрутов.

Почему эта тема стала политической

Есть еще один важный слой.

В 2026 году зерновая тема уже стала причиной напряжения между Украиной и Израилем.

Украина заявляла, что россия вывозит зерно с оккупированных украинских территорий и пытается продавать его через международные схемы. Reuters сообщал, что Киев вызвал израильского посла, передал ноту протеста и обвинял Израиль в недостаточной реакции на поставки зерна, которое Украина считает украденным. Израильская сторона отвечала, что доказательства должны быть переданы через официальные юридические каналы.

Отдельно был случай с судном Panormitis, которое, по утверждению украинской стороны, перевозило зерно из районов, оккупированных россией. Украина просила Израиль задержать судно и груз, провести проверку документов, взять пробы зерна и допросить экипаж. В итоге  судно покинуло израильские территориальные воды и не разгрузилось в Израиле.

На этом фоне легальная украинская кукуруза приобретает еще большее значение.

Есть нормальная торговля с Украиной.

Есть прозрачная поставка украинского зерна.

И есть отдельная проблема — попытки россии монетизировать оккупацию через вывоз аграрной продукции с захваченных территорий.

Для Израиля это не должно быть серой зоной.

Если страна закупает зерно из региона войны, ей важно четко понимать происхождение товара.

Израильский интерес: не только цена

Израилю выгодна украинская кукуруза.

Причины понятны: география, логистика, цена, привычные торговые маршруты и крупные объемы.

USDA отдельно отмечает, что Израиль, несмотря на желание диверсифицировать импорт, вероятно, продолжит закупать зерно и корма из Черноморского бассейна из-за цены и близости.

Но после 2022 года цена уже не может быть единственным критерием.

Покупка легальной украинской кукурузы — это нормальная экономическая связь.

Покупка зерна сомнительного происхождения — это риск для репутации, дипломатии и отношений с Украиной.

Именно здесь тема становится шире обычного аграрного отчета.

НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency рассматривает такие истории не как сухую биржевую статистику, а как часть реальной израильско-украинской повестки.

Потому что за цифрой 934 тыс. тонн стоит не только экспорт.

За ней стоят фермеры в Украине, порты, логистика, израильские птицефабрики, молочные хозяйства, кормовые заводы и конечная цена продуктов для семьи в Израиле.

Что это значит для израильского потребителя

Для обычного израильтянина украинская кукуруза может быть невидимой.

Она не лежит на полке с украинским флагом.

Она не продается как отдельный бренд.

Но она может быть внутри всей цепочки.

Через комбикорм она влияет на производство курицы.

Через птицеводство — на яйца.

Через молочные фермы — на молоко и молочные продукты.

Через кормовую отрасль — на устойчивость животноводства в условиях войны, высокой стоимости логистики и внутреннего давления на агросектор Израиля.

Поэтому почти миллион тонн украинской кукурузы — это не просто внешняя торговля.

Это часть повседневной жизни Израиля, которая обычно остается за кадром.

Главный вывод

Израиль вошел в пятерку крупнейших покупателей украинской кукурузы.

Украина поставила Израилю 934 тыс. тонн.

Если сравнить это с прогнозируемым израильским импортом кукурузы на уровне 1,18 млн тонн, получается около 79%.

То есть Украина сегодня — один из ключевых поставщиков кукурузы для Израиля.

И это делает украинско-израильскую аграрную связь намного важнее, чем кажется на первый взгляд.

В условиях войны, споров о происхождении зерна и растущего значения продовольственной безопасности Израилю важно не просто покупать зерно.

Важно покупать его прозрачно.

Важно понимать, откуда оно приходит.

И важно не забывать, что украинская кукуруза — это не только товар.

Это часть экономики страны, которая воюет, экспортирует, кормит международные рынки и остается важным партнером для Израиля.

Если вам важно видеть израильско-украинскую повестку без российской оптики — добавьте НАновости в Google.
https://www.google.com/preferences/source?q=news.nikk.co.il

…
Трамп и аш-Шараа в Анкаре: США выводят новую Сирию из изоляции, а Израиль ждёт развязка по Ливану - 09.07.2026 - Новости Израиля

Израиль входит в топ-10 направлений украинского IT-экспорта - 08.07.2026 - Новости Израиля

Не только «Галичина»: русские национальные формирования на службе Третьего рейха и неудобная память о Второй мировой - 08.07.2026 - Новости Израиля

Интервью Йосифа Зисельса для Espreso получилось не просто разговором с диссидентом, правозащитником и одним из наиболее известных представителей еврейско-украинской общественной среды.

Это разговор о том, почему Украина держится, почему ей всё ещё тяжело, и почему одной героики для долгой войны недостаточно.

Зисельс в интервью  (укр.) «В Україні 50% людей майже нічого не дають для перемоги, натомість 30% віддають все, — Йосиф Зісельс» для espreso.tv. 5 июля 2026 говорит прямо: в Украине есть примерно 30% людей, которые отдают стране время, деньги, силы, здоровье, а если нужно — и жизнь. Есть около 20% тех, кто сохраняет пророссийские взгляды или готов к капитуляции. А между ними — огромные 50%, которые, по его словам, почти ничего не дают для победы, потому что государство ещё не стало для них внутренней ценностью.

Это болезненная формула. Но именно поэтому она важна.

Не просто еврей, а украинский еврей

В интервью Зисельс начинает с темы, которая особенно важна для израильской аудитории: идентичность.

Он подчеркивает, что для него принципиально говорить не просто «еврей», а «украинский еврей». Не потому, что еврейское происхождение уходит на второй план, а потому что вокруг еврейского ядра сформировалась украинская гражданская, языковая и культурная оболочка.

Для Израиля это очень понятная тема.

Израильское общество тоже состоит из людей с разными корнями: выходцев из Украины, Марокко, Польши, Ирака, Эфиопии, России, Йемена, Франции, Аргентины. Но когда возникает вопрос существования государства, личная биография превращается в часть общей судьбы. Именно это Зисельс пытается объяснить Украине: государство становится сильным не тогда, когда у него есть флаг, гимн и армия, а тогда, когда большинство граждан чувствуют его как собственную ответственность.

В этом смысле его слова об украинских евреях звучат шире, чем просто разговор о национальной группе. Это разговор о том, как рождается новая политическая нация.

Зисельс напоминает, что советская система уничтожала не только людей, но и идентичности. Она делала евреев русскоязычными, украинцев — «советскими», память — удобной, историю — управляемой. Поэтому возвращение к украинской идентичности для него не мода и не лозунг, а долгий путь освобождения от империи.

Советский миф и память о Холокосте

Одна из самых сильных частей интервью — разговор о Второй мировой войне, советской армии и Холокосте.

Зисельс резко спорит с привычной формулой, будто Советский Союз «освободил евреев». Его логика такая: советская армия воевала с нацистской Германией, но спасение евреев как евреев никогда не было объявленной целью советской власти. Более того, сама тема Холокоста в СССР десятилетиями вытеснялась, растворялась в общей формуле о «мирных советских гражданах» и почти не признавалась как отдельная трагедия еврейского народа.

Для израильского читателя это особенно важно.

В Израиле память о Холокосте — часть национального основания. В постсоветском пространстве она долго была подменена другой памятью: не о конкретных уничтоженных общинах, не о Бабьем Яре, не о миллионах евреев Восточной Европы, а о безличной советской победе, где империя присваивала себе моральное право говорить от имени всех жертв.

Зисельс разрушает именно этот миф.

Он говорит и о современной Украине: по его оценке, уровень антисемитизма в стране сегодня один из самых низких в Европе, а путь к настоящей европейскости лежит не через показательные законы и политические жесты, а через образование, культуру, правовое государство и честный разговор о прошлом.

Это важный момент. Украина, по его словам, не станет европейской только потому, что примет правильные документы. Европейскость — это не бумага. Это привычка к свободе, ответственности, праву и достоинству.

30%, которые остановили Россию

Главная цифра интервью — 30%.

Зисельс говорит, что именно эти люди сегодня держат страну. Они воюют, волонтёрят, донатят, лечат, эвакуируют, чинят, учат, пишут, возят, собирают, помогают армии и беженцам. Они не ждут, что государство всё сделает за них, потому что сами чувствуют себя частью государства.

И здесь появляется главный парадокс.

По словам Зисельса, этих 30% оказалось достаточно, чтобы остановить Россию. Это огромный исторический результат. Но для долгой войны, для победы, для восстановления и для устойчивого будущего этого может быть мало.

НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency часто пишет об Украине именно через израильскую оптику: не как о далёкой стране на карте, а как о государстве, где вопрос выживания стал ежедневной реальностью. И поэтому сравнение Зисельса с Израилем здесь не случайно.

Он говорит, что настоящий национальный консенсус начинается тогда, когда 75–80% граждан готовы ограничивать себя и жертвовать ради своей страны. В Израиле, по его оценке, такой уровень консенсуса существует: при всех внутренних конфликтах, выборах, протестах, разногласиях и политической усталости большинство понимает, что при угрозе существованию государства нужно действовать вместе.

Украине до этого уровня ещё нужно идти.

Но важно и другое: Зисельс не унижает Украину этой оценкой. Наоборот, он говорит, что 30% — это очень много. За 35 лет независимости страна впервые получила такую долю людей, для которых Украина стала не просто местом проживания, а внутренней ценностью.

То есть это не диагноз поражения. Это диагноз взросления.

50% тишины — самая трудная часть войны

Самая неприятная часть интервью — не про пророссийские 20%.

С ними, по крайней мере, всё понятно. Если человек нарушает закон — есть Уголовный кодекс. Если он просто носит в себе старую имперскую лояльность, с этим работают образование, культура, среда, время и общественное давление.

Сложнее с другими — с теми самыми 50%.

Зисельс говорит о людях, которые могут быть хорошими специалистами, образованными, умными, успешными, внешне нормальными гражданами. Но Украина для них ещё не стала личной ценностью. Они могут жить в стране, пользоваться её возможностями, критиковать власть, обсуждать новости, но не чувствовать, что победа зависит и от них тоже.

Это не всегда предательство. Чаще — равнодушие.

А равнодушие в долгой войне становится отдельным фронтом. Не таким заметным, как линия боевого соприкосновения, но очень опасным. Потому что армия может держать фронт, волонтёры могут закрывать дыры, медики могут спасать раненых, но государство не может бесконечно выживать на усилиях меньшинства.

В Израиле это понимают особенно остро.

Здесь тоже есть споры, усталость, злость на власть, разочарование, политические расколы. Но есть базовая граница: когда вопрос касается существования страны, большинство понимает, что личный комфорт не может быть выше выживания государства.

Украине, если следовать логике Зисельса, нужно пройти именно этот путь — от эмоционального патриотизма к взрослой ответственности.

Война надолго, и это надо сказать честно

Зисельс говорит ещё одну вещь, которую политики обычно избегают произносить: война с Россией не закончится быстро в историческом смысле.

Даже если наступит перемирие, даже если будет остановка боевых действий, даже если появится дипломатическая формула, сама проблема не исчезнет. Россия была, есть и ещё долго будет соседом Украины. А российская имперская идея, по словам Зисельса, не умерла и не исчезнет сама по себе.

Это очень важное предупреждение.

Украина не может строить будущее на иллюзии, что однажды всё «вернётся как было». Не вернётся. После 2014 года уже не вернулось. После 2022 года тем более не вернётся.

Значит, нужно готовить не только армию, но и общество. Детей, школы, университеты, культуру, медиа, общины, бизнес, местное самоуправление. Нужно воспитывать не страх перед войной, а понимание ответственности за страну.

И здесь Зисельс снова звучит почти по-израильски.

Израиль строился на понимании, что безопасность — не отдельная профессия военных, а часть национального существования. Это не значит, что общество должно жить только войной. Но оно должно понимать цену свободы.

Почему это важно для Израиля

Для израильтян украинского происхождения это интервью звучит особенно лично.

Многие в Израиле хорошо знают советскую систему, русскоязычную среду, старые имперские мифы, привычку говорить о свободе, но не брать ответственность за государство. Многие видят, как российская пропаганда до сих пор работает среди выходцев из бывшего СССР, в том числе в Израиле. И поэтому слова Зисельса — не только об Украине.

Они и о нас тоже.

О том, как отличить память от пропаганды.
О том, почему еврейская история в Украине не сводится к советскому мифу.
О том, почему Украина и Израиль могут лучше понимать друг друга, чем кажется на уровне официальной дипломатии.
О том, почему национальный консенсус не появляется из лозунгов, а вырастает из культуры, образования и готовности платить цену.

Зисельс говорит неприятные вещи. Но именно неприятные вещи иногда и нужны обществу, которое хочет выжить.

Украина уже доказала, что 30% сильных, свободных и ответственных граждан могут остановить империю.

Теперь главный вопрос в другом: сможет ли она сделать так, чтобы этих людей стало не 30%, а большинство.

И вот тогда Россия столкнётся не просто с украинской армией. Она столкнётся со взрослой украинской нацией.

…
Трамп и аш-Шараа в Анкаре: США выводят новую Сирию из изоляции, а Израиль ждёт развязка по Ливану - 09.07.2026 - Новости Израиля

Израиль входит в топ-10 направлений украинского IT-экспорта - 08.07.2026 - Новости Израиля

Не только «Галичина»: русские национальные формирования на службе Третьего рейха и неудобная память о Второй мировой - 08.07.2026 - Новости Израиля