Автор: שירותי ראיית חשבון בחיפה וקריות

Картина рассказывает истории шести украинских женщин из Донбасса, Херсонщины и Киевщины, которые с 2014 года пережили сексуальное насилие и пытки во время российской агрессии против Украины.

В Тель-Авиве проходит DOCAVIV — один из главных фестивалей документального кино в Израиле. В 2026 году он проходит с 28 мая по 6 июня и собирает более сотни израильских и международных документальных фильмов, встречи с авторами, специальные показы и профессиональные события.

Среди важных украинских акцентов фестивальной программы — украинско-польский документальный фильм «Сліди» / Traces режиссерки Алисы Коваленко и сорежиссерки Марыси Никитюк.

Показ картины запланирован на 4 июня в Тель-Авивской синематеке. Для украинского комьюнити Израиля, репатриантов из Украины, израильских зрителей и всех, кто следит за темой российской войны против Украины, это не просто пункт культурной афиши. Это редкая возможность увидеть на большом экране фильм-свидетельство о преступлениях, которые часто остаются за пределами обычной новостной ленты.

DOCAVIV: что это за фестиваль и почему он важен

DOCAVIV — Тель-Авивский международный фестиваль документального кино. Это одна из ключевых площадок Израиля для документального кино, где кино становится не только искусством, но и способом говорить о войне, памяти, травме, правах человека, политике, обществе и личных историях, которые невозможно пересказать сухим языком сводок.

В 2026 году проходит 28-й фестиваль DOCAVIV. Его программа включает израильские и зарубежные документальные фильмы, международные и национальные конкурсы, короткий метр, студенческие работы, тематические секции, встречи с режиссерами и события для киноиндустрии.

Основная площадка фестиваля — Тель-Авивская синематека. Также показы и события проходят на других культурных площадках города, включая Музей искусств Тель-Авива и другие локации.

Для Израиля DOCAVIV давно стал больше, чем просто кинопрограмма. Это пространство общественного разговора. Документальное кино здесь часто работает как свидетельство времени: оно фиксирует то, что еще не стало историей, но уже требует внимания, понимания и моральной реакции.

Кто организует DOCAVIV

Фестиваль проводит ассоциация DOCAVIV — некоммерческая культурная организация, которая занимается продвижением документального кино в Израиле не только во время фестиваля, но и в течение года.

Ассоциация организует показы, образовательные инициативы, региональные проекты и программы, связанные с развитием документального кино как общественно важного жанра.

В команде DOCAVIV 2026 указаны:

• Председатель — Рами Шалмор
• Генеральный директор — Лимор Ахаронович
• Художественный директор — Михаль Вайц
• Главный продюсер — Галь Ханохи
• Руководитель программы — Анат Нетель

Фестиваль собирает режиссеров, продюсеров, героев документальных фильмов, критиков, зрителей, журналистов и представителей киноиндустрии. В этом контексте украинское участие особенно важно: российская война против Украины остается не только военной и политической темой, но и темой документального свидетельства.

«Сліди»: фильм о шести украинках, травме и сопротивлении

Фильм «Сліди» / Traces — украинско-польская документальная картина 2026 года. Ее создала режиссерка Алиса Коваленко в сотрудничестве с сорежиссеркой Марысей Никитюк.

Картина рассказывает истории шести украинских женщин из Донбасса, Херсонщины и Киевщины, которые с 2014 года пережили сексуальное насилие и пытки во время российской агрессии против Украины.

Это тяжелая и деликатная тема. Но «Сліди» не строятся только на ужасе пережитого. Фильм говорит о том, что происходит после насилия: о молчании, боли, страхе, попытке снова говорить, поддержке других пострадавших, поиске справедливости и достоинстве, которое не удалось уничтожить.

В центре фильма — Ирина Довгань, бывшая пленница, правозащитница и руководительница SEMA Ukraine. Через ее историю авторы показывают, как личная травма может стать публичным свидетельством, а свидетельство — частью борьбы за правду.

SEMA Ukraine — это украинское сообщество женщин, переживших сексуальное и гендерно обусловленное насилие, связанное с войной. Поэтому фильм важен не только как кинематографическая работа, но и как документ о сопротивлении, взаимной поддержке и попытке дать голос тем, кого преступники хотели заставить молчать.

Кто стоит за фильмом

Режиссерка и сценаристка фильма — Алиса Коваленко. Она также выступила операторкой-постановщицей. Сорежиссеркой стала Марыся Никитюк.

Продюсерки фильма — Ольга Брегман и Наталия Либет. Производство осуществлялось в копродукции Украины и Польши компаниями 2Brave Productions и Message Film. Музыку написал польский композитор Войцех Фрич. Монтажом занимались Никон Романченко и польская монтажерка Міленія Фідлер.

В фильме представлены истории шести женщин из разных регионов Украины — Донбасса, Херсонщины и Киевщины, — которые пережили сексуальное насилие и пытки с 2014 года:

Ирина Довгань — бывшая экономистка, владелица салона красоты, которая после плена в 2014 году стала правозащитницей и руководительницей организации SEMA Ukraine.

Ольга Черняк — государственная служащая районной администрации.

Татьяна Василенко и Галина Тищенко — предпринимательницы.

Нина — фермерка.

Людмила Мефодиевна Мимрикова — бывшая учительница украинского языка и литературы.

Их биографии разные. Среди них есть бывшая экономистка и владелица салона красоты, государственная служащая, предпринимательницы, фермерка, бывшая учительница украинского языка и литературы.

Но фильм объединяет их не статусом и не профессией. Он объединяет их через опыт насилия, травмы и борьбы за право быть услышанными.

Международное признание

Мировая премьера фильма «Сліди» состоялась 16 февраля 2026 года на 76-м Берлинском международном кинофестивале в программе Panorama Dokumente.

Позже фильм получил Приз зрительских симпатий Panorama Audience Award в категории документального кино. Для украинского документального кино это стало важным международным признанием.

Особенность этой награды в том, что ее определяет аудитория. То есть фильм был услышан не только экспертами и критиками, но и зрителями, которые увидели в нем не частную украинскую историю, а универсальное свидетельство о насилии, войне, достоинстве и ответственности.

В 2026 году фильм также получил специальную отметку на Millennium Docs Against Gravity. Это усилило его международный статус как одной из важных документальных работ о российской войне против Украины и ее человеческих последствиях.

Почему показ в Тель-Авиве важен для Израиля

Для израильской аудитории показ «Слідів» имеет особое значение. Израильское общество хорошо понимает, что свидетельства о насилии, плене, унижении, пытках и преступлениях против мирных людей не могут оставаться только внутренним делом одной страны.

Такие истории требуют документации. Они требуют внимания. И они требуют международной солидарности — не декларативной, а человеческой, культурной и общественной.

В Израиле тема памяти, травмы, войны, заложников, насилия и достоинства человека имеет особую чувствительность. Поэтому украинский фильм на DOCAVIV звучит здесь не как далекая история из другой страны, а как часть большого разговора о том, что происходит с обществом, когда преступления становятся инструментом войны.

Важно подчеркнуть: «Сліди» не стоит воспринимать как попытку сравнивать трагедии или соревноваться в боли. Его значение в другом. Фильм приглашает увидеть украинский опыт через человеческие судьбы и понять, почему документирование российских преступлений важно не только для Украины.

Для израильского зрителя это также возможность услышать голоса украинских женщин напрямую — не через политические заявления, не через дипломатические формулы и не через военную статистику.

НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency рассматривает такие события как часть более широкого разговора о связях между Украиной и Израилем, о роли культуры в осмыслении войны и о том, почему свидетельства жертв военных преступлений должны звучать за пределами страны, где эти преступления были совершены.

Украинское комьюнити Израиля и голос свидетельства

В Израиле живут репатрианты из Украины, украинцы, которые постоянно проживают в стране, семьи с украинскими корнями, волонтеры, активисты и люди, помогающие Украине после полномасштабного вторжения россии в 2022 году.

Для этой аудитории показ «Слідів» — не просто фестивальное событие. Это момент, когда украинская боль и украинское свидетельство входят в израильское культурное пространство.

Фильм помогает вынести тему российских преступлений за пределы новостей. Он показывает не только факт насилия, но и то, как женщины продолжают жить, говорить, поддерживать других и требовать справедливости.

Именно в этом сила документального кино. Оно не заменяет суд, расследование или политическое решение. Но оно сохраняет человеческие лица там, где официальные документы часто оставляют только формулировки.

Когда и где смотреть

Показ фильма «Сліди» / Traces на DOCAVIV состоится:

4 июня 2026 года
Тель-Авив
Тель-Авивская синематека
Зал 2
Время: 14:15

Страница фильма и билеты:
https://www.docaviv.co.il/films/traces/

Зрителям стоит учитывать, что фильм поднимает тяжелую и травматичную тему сексуального насилия и пыток во время войны. Это работа, требующая внимательного, деликатного и уважительного просмотра.

 Что такое SEMA Ukraine

SEMA Ukraine — это украинская общественная организация и сообщество женщин, переживших сексуальное и гендерно обусловленное насилие, связанное с войной россии против Украины. На своем официальном сайте организация пишет, что объединяет украинок, которые пострадали от такого насилия вследствие вооруженной агрессии россии и занимают активную гражданскую позицию.

SEMA Ukraine существует с 2019 года как часть международной сети SEMA Network, основанной международной организацией Фонд доктора Дениса Муквеге. Денис Муквеге — конголезский врач-гинеколог и лауреат Нобелевской премии мира, известный своей работой с женщинами, пережившими сексуальное насилие в условиях вооруженных конфликтов.

1 февраля 2023 года была официально зарегистрирована общественная организация «Сема Украина». Ее цель — повышать общественную осведомленность о причинах и последствиях сексуального насилия во время вооруженного конфликта, бороться с безнаказанностью и добиваться привлечения военных преступников к ответственности.

Организация помогает пострадавшим женщинам не оставаться один на один с травмой: создает безопасную платформу для общения, оказывает психологическую поддержку, помогает устанавливать контакты с профильными медицинскими, юридическими и правозащитными организациями. Также SEMA Ukraine занимается документированием свидетельств о преступлениях оккупантов и адвокацией на национальном и международном уровне.

В декабре 2024 года организации, объединяющие пострадавших от сексуального насилия, связанного с конфликтом, запустили инициативу по включению Российской Федерации в приложение к ежегодному докладу Генерального секретаря ООН о сексуальном насилии, связанном с конфликтом. Речь идет о перечне сторон, которые обоснованно подозреваются в совершении изнасилований или других форм сексуального насилия в ситуациях вооруженного конфликта.

В контексте фильма «Сліди» SEMA Ukraine важна потому, что одна из центральных героинь картины — Ирина Довгань, бывшая пленница, правозащитница и руководительница этой организации. Через ее историю фильм показывает не только травму, но и путь к публичному свидетельству, взаимной поддержке и борьбе за справедливость.

Справка

Фильм: «Сліди» / Traces
Год: 2026
Страны: Украина, Польша
Жанр: документальный фильм, докудрама
Режиссерка: Алиса Коваленко
Сорежиссерка: Марыся Никитюк
Продюсерки: Ольга Брегман, Наталия Либет
Компании: 2Brave Productions, Message Film
Язык: украинский
Тема: сексуальное насилие и пытки во время российской агрессии против Украины
Героини: Ирина Довгань, Ольга Черняк, Татьяна Василенко, Галина Тищенко, Нина, Людмила Мимрикова
Фестиваль: DOCAVIV 2026
Даты фестиваля: 28 мая — 6 июня 2026 года
Город: Тель-Авив
Показ фильма: 4 июня, Тель-Авивская синематека

Фильм «Сліди» важен не только потому, что его показывают на международном фестивале. Он важен потому, что возвращает зрителю понимание: за словами «военные преступления» стоят конкретные люди, конкретные тела, конкретная память и конкретная борьба за право на правду.

Для Тель-Авива этот показ становится не просто встречей с украинским документальным кино. Это встреча с голосами женщин, которые пережили российское насилие и не позволили этому насилию стать последним словом их истории.

Страница фильма и билеты:
https://www.docaviv.co.il/films/traces/

…
Киев снял Булгакова с пьедестала: почему это не спор о бронзе, а спор о «русском мифе» об Украине - 05.06.2026 - Новости Израиля

«Я предлагаю вам встречу» — Зеленский 4 июня 2026 написал открытое письмо путину — «Украина предлагает окончить войну в формате между нами и вами» - 05.06.2026 - Новости Израиля

Германия не прошла в Совбез ООН: как поддержка Украины и Израиля стала дипломатической ценой Берлина - 05.06.2026 - Новости Израиля

«Голодомор, Израиль, антисемитизм, УПА и евреи у власти» — откровенные ответы главного раввина Украины Моше Асмана 29 мая 2026. — https://www.youtube.com/watch?v=WCfUKRiM-0Q

«В первой части нового формата я отвечаю на вопросы, которые вы оставили в комментариях под моим постом в фб:
Почему Израиль еще не признал Голодомор геноцидом Украинского народа?
Каковы сегодня отношения между Украиной и Израилем?
Можно ли осуждать людей другой веры?
Почему так много разговоров о евреях во власти Украины?
Существовала ли потребность в законе, запрещающем антисемитизм в Украине? О Симоне Петлюре и УПА?
Почему преследования евреев происходят в разных странах мира на протяжении многих веков?
И многие другие не менее интересные вопросы!»

…
Киев снял Булгакова с пьедестала: почему это не спор о бронзе, а спор о «русском мифе» об Украине - 05.06.2026 - Новости Израиля

«Я предлагаю вам встречу» — Зеленский 4 июня 2026 написал открытое письмо путину — «Украина предлагает окончить войну в формате между нами и вами» - 05.06.2026 - Новости Израиля

Германия не прошла в Совбез ООН: как поддержка Украины и Израиля стала дипломатической ценой Берлина - 05.06.2026 - Новости Израиля

Сибига назвал новую цифру украинцев за рубежом

Около 8 миллионов украинцев сейчас вынужденно находятся за пределами страны. Эту цифру озвучил министр иностранных дел Украины Андрей Сибига во время «часа вопросов к правительству» в Верховной Раде в пятницу, 29 мая 2026 года.

По словам главы МИД, речь идет уже не просто о миграционной статистике. Для Украины это становится вопросом безопасности, демографии, восстановления экономики и будущего рынка труда. Сибига подчеркнул, что государство будет готовить шаги, которые должны стимулировать возвращение граждан домой, но ключевым условием остаются безопасность и нормальные условия жизни в самой Украине.

Эта формулировка важна: Киев фактически признает, что после большой войны вопрос возвращения людей не решится автоматически. Миллионы украинцев уже адаптировались в Европе, Израиле, Северной Америке и других странах, дети пошли в школы, взрослые вышли на работу, семьи получили новый опыт жизни за рубежом.

Почему возвращение украинцев стало стратегической задачей

Сибига сказал, что Украина обсуждает с партнерами механизмы поддержки возвращения граждан. В качестве примера он упомянул Швейцарию, где действует программа, предусматривающая помощь тем украинцам, которые решат вернуться: оплату дороги и поддержку с арендой жилья на первое время.

Но министр также указал на другую сторону проблемы. Не все страны заинтересованы в быстром отъезде украинцев, потому что они уже стали частью местных экономик. Многие работают, платят налоги, закрывают кадровые дефициты, быстро адаптируются и обладают квалификацией, которая востребована в принимающих странах.

Для израильской аудитории эта тема понятна особенно остро. Израиль хорошо знает, что такое большая диаспора, война, вынужденный переезд, связь с родной страной и сложный выбор между возвращением, интеграцией и новой жизнью. Поэтому заявление Сибиги — это не только украинская внутренняя тема, а часть более широкой дискуссии о будущем украинских общин за границей, в том числе украинского комьюнити Израиля.

Цифра 8 миллионов отличается от статистики ЕС

Здесь важно разделять разные категории. По данным Eurostat, на 31 марта 2026 года в странах Евросоюза под временной защитой находились 4,33 миллиона человек, бежавших из Украины после начала полномасштабной агрессии россии. Больше всего таких людей было в Германии — 1 274 955, в Польше — 961 405, в Чехии — 379 820.

Но заявление Сибиги шире, чем только статистика ЕС по временному статусу. В эти 8 миллионов могут входить украинцы, находящиеся не только в Евросоюзе, но и в других странах, а также люди с разными правовыми статусами: временная защита, вид на жительство, работа, учеба, семейные основания, долгосрочное пребывание.

Именно поэтому цифра выглядит выше, чем европейская статистика временной защиты. Она отражает не только беженский статус, а весь масштаб украинского присутствия за границей после 2022 года.

Что это означает для Украины, Израиля и украинской диаспоры

Для Украины возвращение людей — вопрос восстановления страны. Без миллионов граждан сложнее поднимать экономику, запускать бизнес, восстанавливать города, поддерживать армию, систему образования, медицину и пенсионную модель. Чем дольше люди остаются за рубежом, тем больше вероятность, что часть из них не вернется или будет жить между двумя странами.

В середине этой темы важно видеть и израильский контекст: НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency рассматривает такие заявления не только как украинскую политику, но и как сигнал для русскоязычной, украиноязычной и еврейской аудитории Израиля. В Израиле живут репатрианты из Украины, украинцы, которые постоянно проживают в стране, семьи, приехавшие после вторжения россии в 2022 году, а также те, кто поддерживает связь с Украиной через родственников, бизнес, волонтерство и культуру.

Для них вопрос возвращения не всегда звучит как простое «ехать или не ехать». Часто это выбор между безопасностью детей, работой, документами, пожилыми родственниками, домом в Украине и новой реальностью в Израиле или Европе.

Молодежный фактор: оттока 18–22 лет пока не называют критическим

Отдельно в украинской повестке звучит тема молодежи. Ранее министр молодежи и спорта Украины Матвей Бедный заявлял, что массового неконтролируемого оттока молодых людей 18–22 лет за границу сейчас не фиксируется. По его словам, часть молодежи выезжает для учебы, академической мобильности и личного развития, но значительная часть сохраняет связь с Украиной и возвращается.

Это важное уточнение, потому что паника вокруг молодежной миграции часто используется в политических спорах. Для государства реальная задача не в том, чтобы закрыть людям все возможности, а в том, чтобы удержать связь: образование, язык, профессиональные перспективы, участие в восстановлении страны.

Главная проблема — не цифра, а условия возвращения

Само число 8 миллионов звучит резко, но еще важнее вопрос: что Украина сможет предложить этим людям после войны или в период длительной нестабильности. Одних призывов к патриотизму будет недостаточно.

Нужны безопасность, жилье, работа, понятные правила для бизнеса, школы для детей, медицина, социальная поддержка и доверие к государству. Если эти условия будут созданы, возвращение станет реальным процессом. Если нет — значительная часть украинцев останется за рубежом, даже сохраняя эмоциональную и культурную связь с Украиной.

Для Израиля и украинского комьюнити это тоже долгосрочная тема. Украинцы за границей уже стали фактором политики, экономики, медиа, культурной дипломатии и общественной поддержки Украины. И чем дольше продолжается война, тем больше роль этих общин — не только как людей, которые когда-то уехали, но и как постоянного моста между Украиной и странами, где они сейчас живут.

…
Киев снял Булгакова с пьедестала: почему это не спор о бронзе, а спор о «русском мифе» об Украине - 05.06.2026 - Новости Израиля

«Я предлагаю вам встречу» — Зеленский 4 июня 2026 написал открытое письмо путину — «Украина предлагает окончить войну в формате между нами и вами» - 05.06.2026 - Новости Израиля

Германия не прошла в Совбез ООН: как поддержка Украины и Израиля стала дипломатической ценой Берлина - 05.06.2026 - Новости Израиля

Трамп пока не сказал последнее слово

Сделка между США и Ираном на момент публикации всё ещё не подписана. Формально решающее слово остается за Дональдом Трампом: именно он, по данным Axios, потребовал внести дополнительные правки в проект договоренностей, который его переговорщики обсуждали с иранской стороной. Главный спор касается ядерных материалов Ирана, сроков их передачи или уничтожения, а также формулировок по Ормузскому проливу.

Это важная деталь. В публичном поле уже звучит ощущение «почти готовой сделки», но юридически и политически ее пока нет. Иранские государственные медиа говорят о близости соглашения, американская сторона — о доработке текста, а региональные игроки пытаются понять, идет ли речь о реальном ограничении Тегерана или о новой дипломатической упаковке старых уступок.

По данным Axios, обсуждаемый меморандум может открыть 60-дневное окно для дальнейших переговоров по ядерной программе Ирана и санкциям. Среди первых вопросов — судьба иранского обогащенного урана и ограничения на дальнейшее обогащение.

Для Израиля это не абстрактная дипломатия. Любая формула, в которой Иран сохраняет технологическую базу, деньги, политическое лицо и пространство для маневра, будет рассматриваться в Иерусалиме не как мирная развязка, а как отсрочка следующего кризиса.

Что обсуждают вокруг возможной сделки

В переговорных кулуарах и международных СМИ всплывают сразу несколько схем. Одна из них — крупный инвестиционный фонд для послевоенного восстановления Ирана. Ynet со ссылкой на агентства пишет о возможном фонде до 300 миллиардов долларов, поэтапном снятии санкций и разморозке иранских активов как части более широкого проекта договоренностей.

Похожую сумму назвал и депутат иранского парламента Хоссейн Зохуриан: по его словам, проект меморандума предусматривает программу восстановления Ирана на 300 миллиардов долларов при условии финального соглашения, а также график отмены первичных и вторичных санкций США. Iran International отдельно уточняет, что это именно изложение иранского политика, а не подтвержденный окончательный текст сделки.

Звучит и другая идея — региональный консорциум по обогащению урана с участием Ирана и, возможно, стран Залива. Такой вариант позволяет формально говорить о международном контроле, но при этом оставляет Тегерану политический аргумент: «право на обогащение» не исчезает, а просто переносится в более сложную конструкцию. CSIS указывает, что подобный консорциум рассматривается как возможная стартовая точка, но одновременно признает: Израиль, вероятнее всего, не примет никакой уровень иранского обогащения как безопасный.

Именно здесь начинается главная проблема. Снаружи это можно представить как компромисс, а внутри региона Ближний Восток — как сигнал: Иран довел ситуацию до военного и энергетического шантажа, а затем получил не капитуляцию, а переговоры о деньгах, статусе и будущем своей ядерной программы.

Ормуз как инструмент давления

Ормузский пролив стал не просто географической точкой, а частью большой сделки. Если через этот маршрут проходит критически важный поток мировой нефти, то любая угроза судоходству автоматически превращается в рычаг давления на США, Европу, Китай, Индию и страны Залива.

Иран это понимает. Поэтому тема Ормуза оказывается рядом с темой санкций, активов и ядерной программы. Фактически Тегеран пытается продать миру не мир, а прекращение созданной им же угрозы.

Для Израиля такая логика особенно опасна. Если страна или режим получает выгоду за способность шантажировать регион ракетами, прокси-сетями, морскими маршрутами и ядерным порогом, то этот урок быстро считывают и другие игроки Ближнего Востока.

Почему это выглядит как премия за шантаж

Иран с самого начала выдвигал максималистские требования. Это старая и хорошо известная переговорная тактика Тегерана: сначала поднять цену до предела, затем превратить часть уступок другой стороны в «разумный компромисс».

Но сейчас ситуация выглядит тревожнее. Впечатление такое, что Ирану удалось убедить часть международной системы не только в необходимости разговаривать, но и в праве Тегерана требовать компенсации за собственную же эскалацию.

Reuters пишет, что главной картой Ирана на переговорах остается высокообогащенный уран. По оценке МАГАТЭ, до июньских ударов у Ирана было 440,9 кг урана, обогащенного до 60%; этого, при дальнейшем обогащении, могло бы хватить примерно на 10 ядерных боезарядов. После ударов точная судьба запасов не ясна, но глава МАГАТЭ Рафаэль Гросси говорил, что более 200 кг такого материала, вероятно, остаются в туннельном комплексе в Исфахане.

То есть предмет торга — не символический. Речь идет о материале, который уже много лет является центральной угрозой для Израиля и всего региона.

Наш взгляд: это не умиротворение, а опасная покупка тишины

США и мировое сообщество сейчас, по сути, ищут схему, которая позволит одновременно дать Ирану деньги на восстановление, сохранить переговорную рамку по ядерной программе и не довести регион до нового взрыва.

Проблема в том, что такая логика почти всегда работает против будущей безопасности. Если режим получает миллиарды, международный статус и возможность спорить о своем «праве» на ядерную программу после ракетного давления, прокси-войн и угроз Ормузу, то это уже не дипломатия с позиции силы.

Это покупка паузы.

В середине этой истории НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency видит главный вопрос для израильской аудитории: что именно будет считаться успехом? Если успех — это несколько недель тишины и красивая формула для пресс-конференции, тогда соглашение можно объявить победой. Но если успех — это реальное устранение иранской ядерной угрозы, прекращение шантажа и ослабление террористической инфраструктуры вокруг Израиля, то нынешние контуры выглядят слишком мягкими.

Почему Израиль не может смотреть на это как сторонний наблюдатель

Для Вашингтона сделка может быть способом снизить цену конфликта, стабилизировать нефтяной рынок и показать дипломатический результат. Для Европы — шанс избежать нового энергетического кризиса. Для стран Залива — возможность снять давление с морских маршрутов и вернуть предсказуемость бизнесу.

Для Израиля ставка другая. Иран — это не только ядерная программа. Это «Хезболла», исламский джихад, хуситы, шиитские милиции, ракетные цепочки, разведывательные сети и идеология уничтожения еврейского государства.

Поэтому любая сделка, которая оставляет Тегерану деньги, время и инфраструктуру влияния, будет восприниматься как риск. Не потому что Израиль против дипломатии как таковой, а потому что плохая дипломатия на Ближнем Востоке часто превращается в передышку перед следующей войной.

Главный тест — не подпись, а контроль

Настоящий вопрос не в том, подпишет ли Трамп документ. Главный вопрос — что будет на следующий день после подписи.

Кто проверит уран? Где он будет находиться? Будет ли Иран иметь право продолжать обогащение хотя бы в консорциумной форме? Как быстро снимут санкции? Кто гарантирует, что деньги не уйдут на восстановление военной машины, ракетных программ и прокси-сетей?

Если на эти вопросы не будет жестких ответов, соглашение станет не решением, а отсрочкой. Тегеран получит ресурс, Вашингтон — заголовок о дипломатическом успехе, а Израиль и регион останутся с прежней угрозой, только в более дорогой и более легитимизированной форме.

Именно поэтому нынешние предложения выглядят не как мирная архитектура, а как очень опасный сигнал: шантаж работает, если он достаточно масштабный.

…
Киев снял Булгакова с пьедестала: почему это не спор о бронзе, а спор о «русском мифе» об Украине - 05.06.2026 - Новости Израиля

«Я предлагаю вам встречу» — Зеленский 4 июня 2026 написал открытое письмо путину — «Украина предлагает окончить войну в формате между нами и вами» - 05.06.2026 - Новости Израиля

Германия не прошла в Совбез ООН: как поддержка Украины и Израиля стала дипломатической ценой Берлина - 05.06.2026 - Новости Израиля

Киевское «Динамо» оказалось перед сложным европейским сценарием: уже во втором квалификационном раунде Лиги Европы-2026/27 украинский клуб может выйти на одного из сильных соперников, включая израильский «Маккаби» Тель-Авив.

Для израильской аудитории эта история интересна не только спортивно. Возможная пара «Динамо» Киев — «Маккаби» Тель-Авив сразу выводит матч за рамки обычной квалификации: речь идет о пересечении украинского и израильского футбола, о еврокубковом статусе клубов и о внимании диаспоры, которая живет между двумя спортивными и культурными пространствами.

Почему «Динамо» оказалось в сложной позиции

Главная проблема для киевлян — статус перед жеребьевкой. «Динамо» начнет путь в Лиге Европы с первого квалификационного раунда, где клуб будет среди сеяных команд. Но если команда пройдет дальше, ее коэффициента уже недостаточно, чтобы сохранить комфортное положение во втором раунде.

Именно поэтому 17 июня станет для киевского клуба важной датой. В этот день должна пройти жеребьевка второго квалификационного раунда Лиги Европы, а сама стадия запланирована на 23 и 30 июля 2026 года. То есть имя возможного соперника «Динамо» узнает еще до того, как полностью сыграет первый этап.

Формально киевляне будут представлены в жеребьевке как победитель пары первого раунда. Но по логике посева это не спасает ситуацию: если «Динамо» проходит Q1, во втором раунде оно, по актуальным раскладам, попадает в число несеяных.

Кто может попасться киевлянам

Список потенциальных соперников выглядит тяжелым даже для клуба с большим европейским опытом. Среди вариантов — «Бенфика», «Ференцварош», «Виктория» Пльзень, «Мидтьюлланн», ПАОК, «Карабах», «Андерлехт», «Маккаби» Тель-Авив и «Пафос».

На бумаге это не просто перечень клубов. Это команды с серьезными еврокубковыми коэффициентами, опытом квалификаций, устойчивой турнирной практикой и более выгодным положением перед жеребьевкой.

Для «Динамо» такой расклад означает, что уже в июле может не быть времени на раскачку. Первый же серьезный раунд способен превратиться в матч уровня поздней квалификации, где ошибка в одном тайме или один провал на выезде могут стоить всего европейского маршрута.

Что означает вариант с «Маккаби» Тель-Авив

Для Израиля самым заметным вариантом остается «Маккаби» Тель-Авив. Если жеребьевка действительно сведет израильский клуб с киевским «Динамо», это будет одна из самых обсуждаемых пар раунда для русскоязычной, украинской и израильской спортивной аудитории.

«Маккаби» — не случайный участник такого списка. У клуба высокий коэффициент, стабильный еврокубковый опыт и сильная внутренняя база. Для «Динамо» это был бы не проходной соперник, а полноценное испытание на раннем этапе сезона.

Есть и человеческий фактор. В Израиле живет большая община выходцев из Украины, есть болельщики киевского клуба, есть украинское комьюнити Израиля, которое после 2022 года стало еще заметнее в общественной и культурной жизни страны. Поэтому возможный матч «Динамо» и «Маккаби» почти неизбежно получил бы дополнительный эмоциональный фон.

НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency рассматривает такие спортивные сюжеты не только как календарь матчей, но и как часть более широкой связи между Израилем и Украиной. Футбол в таких случаях становится удобным языком, через который видны миграция, память, идентичность и внимание к событиям по обе стороны Средиземного моря.

Где могут пройти матчи

Точные места возможных матчей станут понятны только после жеребьевки и подтверждения пары. По календарю второй квалификационный раунд должен пройти в два матча — 23 и 30 июля 2026 года.

Если соперником станет «Маккаби» Тель-Авив, один матч должен быть домашним для израильского клуба, второй — номинально домашним для «Динамо». Но из-за войны в Украине киевский клуб в последние годы проводит еврокубковые домашние встречи за пределами страны, поэтому реальный город проведения зависит от решения клуба, УЕФА, логистики и требований безопасности.

Для израильских болельщиков это важная деталь. Возможный матч в Израиле мог бы привлечь не только фанатов «Маккаби», но и украинцев, репатриантов из Украины, русскоязычную аудиторию и тех, кто обычно не следит за ранними стадиями еврокубков.

Почему этот сценарий называют худшим

Для «Динамо» проблема не в одном конкретном сопернике. Опасность в самой корзине.

Когда клуб не попадает в число сеяных, он теряет возможность избежать самых рейтинговых команд раунда. В итоге вместо относительно удобного старта в квалификации Киев может сразу получить клуб уровня «Бенфики», ПАОК, «Андерлехта» или «Маккаби» Тель-Авив.

Ранее для «Динамо» сохранялся более оптимистичный сценарий, связанный с возможными изменениями в сетке и посеве. Но после окончательного формирования расклада этот вариант фактически исчез. Теперь киевлянам придется готовиться не к удобной жеребьевке, а к максимально плотному и рискованному июльскому отрезку.

Что будет дальше

Следующая ключевая дата — 17 июня 2026 года. Именно тогда станет понятно, кто может ждать «Динамо» во втором квалификационном раунде Лиги Европы, если киевляне пройдут стартовый барьер.

Для Израиля интрига очевидна: попадет ли «Маккаби» Тель-Авив на украинский клуб и станет ли это одной из самых заметных футбольных историй лета для израильской и украинской аудитории.

Пока ответ один: матч «Динамо» Киев — «Маккаби» Тель-Авив возможен, но не гарантирован. Все решит жеребьевка. Однако уже сейчас понятно, что для киевского клуба европейский сезон может начаться не с постепенного входа в турнир, а с настоящей проверки на прочность.

…
Киев снял Булгакова с пьедестала: почему это не спор о бронзе, а спор о «русском мифе» об Украине - 05.06.2026 - Новости Израиля

«Я предлагаю вам встречу» — Зеленский 4 июня 2026 написал открытое письмо путину — «Украина предлагает окончить войну в формате между нами и вами» - 05.06.2026 - Новости Израиля

Германия не прошла в Совбез ООН: как поддержка Украины и Израиля стала дипломатической ценой Берлина - 05.06.2026 - Новости Израиля

30 мая 2026 года Одесса снова стала не просто украинским портовым городом, а одной из площадок, где обсуждают безопасность всего Черноморского региона. На Black Sea Security Forum посол Израиля в Украине Михаэль Бродский сообщил о разговоре с наследным принцем Ирана Резой Пехлеви — одним из самых известных противников нынешнего режима в Тегеране.

Для израильской аудитории эта встреча важна сразу по нескольким причинам. Речь идет не только о дипломатическом эпизоде на международном форуме, а о пересечении украинской войны, израильской безопасности и иранского вопроса, который давно вышел за пределы Ближнего Востока.

Одесса как площадка для большого разговора о безопасности

Black Sea Security Forum 2026 стартовал в Одессе 29 мая. Это уже третий ежегодный форум, посвященный безопасности Черноморского региона, войне россии против Украины, международной поддержке Киева, устойчивости городов, инфраструктуре, экономическим рискам и политическим вызовам.

По данным украинских медиа, форум собрал более 1200 участников из Украины, Европы, США и других стран. Среди гостей были политики, дипломаты, военные, эксперты и журналисты. Участие в форуме принимали и американские представители, включая сенаторов Ричарда Блюменталя и Марка Келли, конгрессмена Джима Хаймса, а также временно поверенную в делах США в Украине Джули Дэвис.

На этом фоне появление Резы Пехлеви в Одессе стало заметным событием. Наследный принц Ирана находится в изгнании и выступает как один из символов иранской оппозиции действующему режиму. Его приезд в украинский город, который регулярно переживает российские удары, добавил форуму еще один политический слой.

Почему разговор Бродского и Пехлеви важен для Израиля

Михаэль Бродский сообщил, что 30 мая на Форуме по безопасности Черного моря в Одессе поговорил с Резой Пехлеви. Сама формулировка короткая, но контекст делает этот разговор значительно шире обычной дипломатической встречи.

Израиль воспринимает Иран как одного из главных стратегических противников. Украина, в свою очередь, сталкивается с последствиями российско-иранского военного сотрудничества, включая использование ударных дронов и технологий, связанных с атаками по украинским городам. Поэтому встреча израильского посла в Украине с представителем иранской оппозиции в Одессе выглядит не случайной деталью, а частью более крупной региональной картины.

Для Украины это еще и возможность показывать, что борьба против российской агрессии связана с более широкой системой угроз. Для Израиля — напоминание, что иранский вопрос сегодня обсуждается не только в Иерусалиме, Вашингтоне или на Ближнем Востоке, но и в украинском Черноморском регионе.

Что делал посол Израиля в Одессе

За два дня до сообщения о разговоре с Резой Пехлеви официальная страница «Ізраїль в Україні — Israel in Ukraine» сообщила о визите Михаэля Бродского в Одессу. Там он провел рабочую встречу с исполняющим обязанности городского головы Игорем Ковалем.

Главными темами были безопасность города, ежедневные вызовы из-за постоянных атак, поддержка гражданского населения и функционирование городской инфраструктуры. Для Одессы эти вопросы не являются теорией: город остается одной из ключевых целей россии из-за своего порта, логистики, символического значения и роли в Черноморском регионе.

Посол Израиля отметил стойкость одесситов и подчеркнул важность обмена опытом в сферах гражданской защиты, безопасности и обеспечения жизнедеятельности общин в условиях военных угроз. Для Израиля этот опыт также понятен: тема защиты городов, тревог, укрытий, устойчивости инфраструктуры и работы гражданских служб давно является частью израильской реальности.

В середине этой истории особенно заметна роль медиа, которые объясняют такие связи не только как дипломатический протокол, но и как практическую политику безопасности. Для аудитории в Израиле НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency рассматривает этот сюжет именно через призму украинско-израильского взаимодействия, общего понимания угроз и необходимости говорить о войне не отдельными фрагментами, а в региональном контексте.

Бизнес, инновации и гуманитарные проекты

Во время встречи Бродского с городским руководством Одессы отдельно обсуждались перспективы украинско-израильского сотрудничества. Среди направлений назывались бизнес, инновации и гуманитарные инициативы.

Это важная часть визита, потому что отношения Украины и Израиля не сводятся только к военной теме. На уровне городов и общин речь идет о поддержке жителей, совместных проектах, технологиях безопасности, медицине, восстановлении инфраструктуры и гуманитарных форматах, которые могут работать даже во время войны.

Одесса в этом смысле имеет особое значение. Это город с глубокой еврейской историей, сильной украинской идентичностью, портовой экономикой и постоянным ощущением угрозы со стороны россии. Для израильской аудитории такая комбинация делает происходящее в Одессе особенно близким.

Кто такой Реза Пехлеви и почему его приезд заметили

Реза Пехлеви родился 31 октября 1960 года в Тегеране. Он является старшим сыном последнего шаха Ирана Мохаммеда Резы Пехлеви и бывшей императрицы Фарах Пехлеви. С 1967 года он имел статус наследного принца и рассматривался как будущий преемник иранского престола.

После Исламской революции 1979 года монархия в Иране была свергнута, а семья Пехлеви покинула страну. После смерти отца в 1980 году Реза Пехлеви стал главой династии Пехлеви в изгнании. Он получил образование в США, учился в Военно-воздушной академии и изучал политические науки.

Сегодня Реза Пехлеви проживает в Соединенных Штатах и остается одним из наиболее известных оппонентов действующей власти Ирана. Он выступает за демократические изменения в стране и связан с иранскими оппозиционными кругами, которые находятся под запретом в Исламской Республике.

Украинский след в иранском вопросе

Появление Резы Пехлеви в Одессе стало продолжением его контактов с украинской стороной. Ранее, 13 марта 2026, он встречался с президентом Украины Владимиром Зеленским. Теперь его участие в Black Sea Security Forum усилило ощущение, что Украина становится одной из площадок, где обсуждают не только российскую агрессию, но и всю цепочку союзов, угроз и режимов, связанных с этой войной.

Для Киева это имеет практический смысл. Иранский режим воспринимается как партнер россии в войне против Украины, а значит, разговор с иранской оппозицией становится частью политического сигнала: Украина видит не только исполнителей атак, но и тех, кто помогает москве продолжать войну.

Для Израиля это также важно. Иран остается врагом Израиля, а его влияние в регионе затрагивает Ливан, Сирию, Газу, Йемен и другие направления. Когда иранская тема появляется на украинском форуме в Одессе, это показывает, что угрозы больше не живут в отдельных географических коробках.

Одесский эпизод с участием Михаэля Бродского и Резы Пехлеви не означает резкого поворота политики сам по себе. Но он фиксирует важную тенденцию: Украина, Израиль, Черноморский регион и иранская оппозиция все чаще оказываются в одном разговоре о безопасности.

И этот разговор, судя по событиям 30 мая 2026 года, становится все более публичным. В условиях войны россии против Украины и постоянной угрозы со стороны Ирана для Израиля такие контакты уже нельзя воспринимать как дипломатическую периферию. Это часть новой карты рисков, где Одесса, Иерусалим, Киев и Тегеран связаны намного теснее, чем могло казаться еще несколько лет назад.

…
Киев снял Булгакова с пьедестала: почему это не спор о бронзе, а спор о «русском мифе» об Украине - 05.06.2026 - Новости Израиля

«Я предлагаю вам встречу» — Зеленский 4 июня 2026 написал открытое письмо путину — «Украина предлагает окончить войну в формате между нами и вами» - 05.06.2026 - Новости Израиля

Германия не прошла в Совбез ООН: как поддержка Украины и Израиля стала дипломатической ценой Берлина - 05.06.2026 - Новости Израиля

Тридцать лет одной фигуры в центре израильской политики

Биньямин Нетаньяху давно перестал быть просто премьер-министром, лидером партии или участником очередного израильского политического кризиса. Для миллионов израильтян он стал отдельной эпохой — с ее страхами, победами, расколами, привычками и языком.

Его можно поддерживать, можно резко отвергать, можно считать выдающимся стратегом или человеком, который слишком долго удерживает страну в личной политической орбите. Но одно отрицать трудно: современный Израиль невозможно объяснить без Нетаньяху.

Именно об этом говорит 30 мая 2026 доктор Барух Лешем, исследователь политической коммуникации и автор книги о Нетаньяху как о «школе политического маркетинга». По его словам, секрет Нетаньяху не сводится к красивой речи, телевизионной уверенности или удачным лозунгам. За этим стоит более сложная конструкция — сочетание личной харизмы, дисциплины, умения работать с образом силы и почти инстинктивной способности выживать после политических катастроф.

В конце 1990-х Лешем видел Нетаньяху иначе. Тогда ему казалось, что перед ним политик с исключительными коммуникационными данными, но без глубокой внутренней основы. Позже, изучая его карьеру, он изменил оценку: за внешней техникой оказалась настоящая политическая энергия.

История о «будущем премьер-министре»

Один из ключевых эпизодов, который приводит Лешем, связан с рекламщиком Арье Ротенбергом. Тот познакомился с молодым Нетаньяху еще до того, как тот стал главным политическим символом Израиля. После разговора с ним Ротенберг вернулся в офис и сказал коллегам, что встретил будущего премьер-министра Израиля.

Эта фраза важна не только как красивая деталь биографии.

Она показывает, что Нетаньяху с ранних лет производил впечатление человека, который не просто хочет власти, а выглядит так, будто власть уже естественно принадлежит ему. В политике это имеет огромное значение. Избиратель часто выбирает не набор программных пунктов, а ощущение: способен ли этот человек стоять во главе государства в момент страха, войны, давления и неопределенности.

Лешем сравнивает Нетаньяху с лидерами мировой лиги политической коммуникации — Биллом Клинтоном и Бараком Обамой. Не потому, что их взгляды похожи, а потому, что каждый из них умел создавать вокруг себя пространство лидерства. Человек выходит к микрофону — и аудитория понимает, что перед ней не рядовой политик.

У Нетаньяху это было особенно заметно в годы его подъема. Английский язык, американская манера, костюмы, уверенность, жесты, тембр, подготовленность — все работало на один образ: современный, сильный, международный лидер, который говорит с Израилем и с миром на языке власти.

Как Нетаньяху построил образ «мистера безопасности»

Главный политический капитал Нетаньяху возник не сам по себе. Он последовательно строил себя как человека, который лучше других понимает террор, Иран, угрозы безопасности и международную арену.

Военная биография в Сайерет Маткаль, память о брате Йони Нетаньяху, погибшем после операции в Энтеббе, международные конференции по терроризму, связи в США, выступления в ООН — все это складывалось в единую политическую упаковку. Нетаньяху не был самым титулованным военным среди израильских лидеров, но он сумел превратить тему безопасности в центральный элемент своей легитимности.

Именно поэтому удар 7 октября стал для него не просто кризисом управления.

Он попал в основу образа. Человек, который десятилетиями убеждал Израиль, что при нем такого не случится, оказался премьер-министром в момент крупнейшего провала безопасности. После этого даже самая сильная политическая машина начала давать трещины.

Иран как главный политический сюжет

Иранская тема стала одним из главных инструментов Нетаньяху. Он годами говорил об угрозе иранской ядерной программы, предупреждал мир, давил на международные площадки, строил вокруг этого образ лидера, который видит опасность раньше остальных.

Иран действительно остается врагом Израиля и союзником сил, угрожающих региональной безопасности. Для израильской аудитории эта тема не абстрактна: она касается ракет, прокси-групп, войны, будущего Ближнего Востока и личной безопасности граждан.

Но именно здесь, по оценке Лешема, для Нетаньяху возникла новая проблема. Если после ударов по Ирану военные и эксперты продолжают говорить, что ядерная угроза не устранена окончательно, то центральный тезис Нетаньяху о его уникальной способности нейтрализовать эту угрозу становится слабее. Раньше он мог бы объяснить это как частичный успех, как выигранное время, как разрушение инфраструктуры. Сегодня, считает Лешем, у него уже меньше прежней энергии для такого убедительного разворота.

Почему он выживает там, где другие уже исчезли бы

Самая сильная черта Нетаньяху — не только красноречие. Его главное качество — способность возвращаться после поражений.

После убийства Ицхака Рабина он мог считать свою карьеру законченной. После проигрыша Эхуду Бараку в 1999 году многие были уверены, что Нетаньяху уходит в прошлое. После 7 октября его политическое положение выглядело крайне тяжелым. Но каждый раз он не столько прощался с властью, сколько начинал рассчитывать путь назад.

Это не импровизация.

Лешем описывает Нетаньяху как крайне организованного политика. Он проверяет тексты, готовится к выступлениям, анализирует данные, изучает настроение аудитории, смотрит на каждый шаг через призму политического выживания. В этом смысле он не авантюрист, а системный игрок, который умеет ждать, отступать, менять формулировки и возвращаться к атаке.

НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency в этом контексте важно рассматривать не только как площадку новостей, но и как пространство, где израильская аудитория на русском языке может разбирать такие процессы без упрощений: не «за» или «против» одной фигуры, а через понимание того, как политический образ становится частью жизни страны.

Финкельштейн, эмоции и «враг» как технология

Одним из ключевых влияний на Нетаньяху был американский политтехнолог Артур Финкельштейн. Именно с ним связывают переход Нетаньяху к жесткой эмоциональной политике, где важны не только идеи, но и образ противника.

Кампания должна иметь «плохого героя» — того, против кого мобилизуют своих. В израильской политике этим образом долго становились «левые», «элиты», «СМИ», «судебная система», «дипстейт», а позже и любые политические соперники, даже если они сами вышли из правого лагеря.

Так изменилась сама структура израильской политики.

Раньше противостояние чаще описывали как спор правых и левых, безопасности и мира, экономики и социальной политики. При Нетаньяху все большее значение получил другой водораздел: лагерь, который видит в нем единственного возможного лидера, и лагерь, который считает его уход условием восстановления государства.

Это уже не обычная партийная борьба. Это персональная архитектура власти.

Судебная реформа и 7 октября как два удара по старой модели

По оценке Лешема, два события особенно ослабили Нетаньяху в последние годы.

Первое — судебная реформа. Она не стала для его электората таким же эмоциональным символом, как безопасность, Иран или борьба с левыми. Более того, внутри его собственной поддержки есть либеральные элементы, которые не приняли попытку радикально изменить баланс между властью, судами и правовыми институтами.

Второе — 7 октября. Этот день ударил по образу «мистера безопасности» сильнее любого предвыборного поражения. Когда страна переживает травму такого масштаба, старые лозунги начинают звучать иначе. Формула «полной победы» мобилизует часть общества, но одновременно вызывает вопросы: где ее границы, кто платит цену, что считается результатом и почему война длится так долго.

Нетаньяху по-прежнему остается мощным коммуникатором. Но, по словам Лешема, изменилась его физическая и эмоциональная подача. Тексты остались сильными, техника осталась профессиональной, но прежнее ощущение естественной силы стало слабее. Иногда, как говорит исследователь, это выглядит уже не как Нетаньяху прежних лет, а как актер, который воспроизводит знакомый образ Нетаньяху.

Ликуд после Нетаньяху: главный вопрос будущего

Еще одна проблема — наследование.

Нетаньяху за долгие годы не только удержал Ликуд, но и фактически перестроил его вокруг себя. Его сила как лидера стала одновременно силой и слабостью партии. Пока он побеждал, это работало. Но если фигура, вокруг которой построена вся система, уходит или резко слабеет, возникает вопрос: кто способен вызвать у правого избирателя такое же ощущение власти, уверенности и неизбежности?

Лешем считает, что сейчас такой фигуры в Ликуде не видно.

Это означает, что день после Нетаньяху может стать для партии не просто сменой лидера, а кризисом идентичности. Есть электоральная база, есть идеологические привычки, есть союз с ультраортодоксальными партиями, есть аппарат. Но нет очевидного человека, который мог бы сказать обществу: теперь я — естественный центр этой системы.

Именно поэтому Нетаньяху продолжает оставаться главным вопросом Израиля даже тогда, когда речь вроде бы идет не о нем. Закон о призыве, война, судебная система, отношения с армией, протесты, экономика, религия и государство — почти все эти темы проходят через его личную политическую судьбу.

Что останется в истории

Наследие Нетаньяху не поместится в простую формулу. Он не только самый продолжительный лидер в истории Израиля. Он политик, который изменил язык власти, структуру лагерей, роль медиа, стиль кампаний и само восприятие лидерства.

Его сторонники видят в нем человека, который десятилетиями защищал Израиль, удерживал правый лагерь, говорил с миром жестко и уверенно, не уступал давлению и не боялся элит.

Его противники видят в нем лидера, который слишком тесно связал государство с собственной судьбой, углубил раскол, атаковал институты, превратил личные судебные проблемы в политическую мобилизацию и сделал из постоянного кризиса метод управления.

История, вероятно, не будет к нему нейтральной. Но и вычеркнуть его невозможно.

Нетаньяху стал не просто политиком, который долго был у власти. Он стал системой координат, внутри которой Израиль спорит сам с собой: о безопасности, демократии, праве, религии, национальной памяти, войне, власти и цене личного лидерства.

И главный вопрос теперь звучит не только так: сможет ли Нетаньяху снова выжить политически.

Вопрос шире: сможет ли Израиль выйти из эпохи, в которой один человек слишком долго был одновременно лидером, символом, раздражителем, защитником для своих сторонников и главным страхом для своих противников.

…
Киев снял Булгакова с пьедестала: почему это не спор о бронзе, а спор о «русском мифе» об Украине - 05.06.2026 - Новости Израиля

«Я предлагаю вам встречу» — Зеленский 4 июня 2026 написал открытое письмо путину — «Украина предлагает окончить войну в формате между нами и вами» - 05.06.2026 - Новости Израиля

Германия не прошла в Совбез ООН: как поддержка Украины и Израиля стала дипломатической ценой Берлина - 05.06.2026 - Новости Израиля

Российский «Шахед» в Румынии: инцидент, который Москва пытается перевернуть с ног на голову

После сообщения о попадании российского беспилотника в жилой дом в румынском городе Галац Кремль сделал то, что делает почти всегда после опасных инцидентов у границ НАТО: начал не объяснять, а обвинять.

Сначала прозвучала привычная формула о «необходимости экспертизы». Затем российская дипломатия перешла к более агрессивной версии: якобы НАТО и ЕС используют произошедшее для усиления конфронтации с россией. То есть логика Москвы снова строится не вокруг самого факта атаки, а вокруг попытки представить агрессора жертвой.

Для Израиля эта история тоже понятна без лишних пояснений. Когда страна живет рядом с угрозами дронов, ракет и прокси-сил, она хорошо знает цену таким формулировкам. Если ударное средство залетает на территорию другого государства, это уже не «шум», не «провокация» и не «информационная кампания». Это вопрос безопасности, ответственности и риска дальнейшей эскалации.

Румыния — не случайная точка на карте. Это страна НАТО, сосед Украины, важный элемент восточного фланга Европы и участник региональной системы сдерживания. Поэтому каждый российский дрон, который оказывается на ее территории, автоматически выходит за рамки украинского фронта.

Что заявили в российском посольстве

Посольство россии в Бухаресте обвинило НАТО и Евросоюз в том, что они якобы воспользовались инцидентом для продвижения внешнеполитической линии, направленной на конфронтацию с Москвой.

Формулировка показательная.

Россия сначала ведет войну против Украины, запускает ударные беспилотники, создает угрозу соседним странам, а затем заявляет, что именно реакция Запада является проблемой. Это давно знакомая схема: не обсуждать действие, а атаковать того, кто на него указывает.

Еще дальше пошел российский посол в Румынии Владимир Липаев. Он заявил, что падение беспилотника в Галаце якобы «не случайно» и будто бы было «заранее спланировано».

Такой поворот уже не похож на дипломатическое объяснение. Это попытка заранее создать альтернативную реальность, где ответственность перекладывается на Украину, НАТО и ЕС, а сама россия снова изображает себя стороной, которую «провоцируют».

Почему Кремль так нервно реагирует на румынский эпизод

Румыния для Москвы неудобна именно потому, что это не Украина. Удар по украинским городам Кремль годами пытается представить внутренним делом войны, «ответом», «военной необходимостью» или очередной выдуманной угрозой.

Но когда российский дрон оказывается в стране НАТО, ситуация становится другой.

Москва понимает, что каждый такой эпизод может усилить давление на союзников: от требований жестче защищать воздушное пространство до разговоров о новых системах ПВО, расширении военной помощи Украине и более активной защите восточного фланга альянса. Поэтому российская риторика становится резче, нервнее и грубее.

В этой логике угрозы Липаева о том, что «ответные меры» со стороны россии якобы будут, выглядят не как уверенность, а как попытка запугать Румынию до того, как она и ее союзники сформулируют более жесткий ответ.

Москва хочет навязать простую мысль: не реагируйте, иначе будет хуже.

Для израильского читателя здесь есть важная параллель. Террористические и авторитарные режимы часто проверяют границы допустимого не одним большим ударом, а серией инцидентов. Сначала дрон «случайно» залетел. Потом обломки «неизвестного происхождения». Потом виновата «провокация». Затем начинается давление на тех, кто требует расследования.

НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency рассматривает такие сюжеты именно в этой логике: не как отдельный дипломатический шум, а как часть большой войны нервов, где Москва тестирует реакцию Европы, НАТО и соседей Украины.

Захарова, Песков и Медведев: один хор, разные роли

Дмитрий Песков заявил, что путин ознакомлен с информацией о российском беспилотнике, который оказался в Румынии. При этом Кремль снова спрятался за фразу о том, что до завершения официальной экспертизы якобы нельзя говорить о происхождении дрона.

Это удобная позиция: пока экспертиза не завершена, Москва требует не делать выводов. Когда выводы появляются, Кремль объявляет их политически мотивированными.

Мария Захарова, в свою очередь, пригрозила Румынии ответом из-за закрытия российского генконсульства в Констанце. Саму ситуацию вокруг инцидента она назвала «шумом», хотя речь идет о беспилотнике, который оказался на территории государства НАТО.

Отдельно выступил Дмитрий Медведев. Он снова пригрозил странам ЕС ударами и заявил, что они якобы являются прямыми участниками войны против россии. В российской системе Медведев давно играет роль официального рупора крайних угроз: он произносит то, что Кремль хочет вбросить в публичное поле, но не всегда готов оформить как позицию президента или МИДа.

Эта трехуровневая реакция — Песков, Захарова, Медведев — показывает не силу, а нервозность. Один смягчает формулировки, другая атакует дипломатически, третий запугивает. В итоге получается не единая версия, а истеричный набор сигналов для разных аудиторий.

Что этот инцидент меняет для НАТО, Украины и региона

Главная опасность таких эпизодов в том, что они постепенно приучают Европу к мысли: российские дроны возле границ НАТО — это уже почти новая норма. Именно этого нельзя допустить.

Если беспилотник попадает в Румынию и реакция ограничивается только заявлениями, Кремль делает выводы. Если после каждого такого случая усиливается ПВО, координация с Украиной, контроль воздушного пространства и политическое давление на Москву, выводы будут другими.

Украина в этой истории оказывается в привычной для себя роли страны, которая предупреждает соседей: российская война не остается внутри украинских границ. Она расползается дальше — через дроны, ракеты, кибератаки, дезинформацию, энергетическое давление и угрозы дипломатам.

Румыния же сталкивается с вопросом, который уже давно стоит перед Польшей, странами Балтии и всей восточной Европой: как отвечать на российские действия так, чтобы не дать Москве расширить зону безнаказанности.

Почему обвинения против Украины звучат особенно цинично

Заявления российского посла о «постановочной провокации» и желании Киева втянуть НАТО в войну выглядят как попытка заранее разрушить доверие к украинской версии событий.

Но сама логика войны говорит обратное.

Украина заинтересована в защите своей территории и в усилении поддержки союзников, но именно россия запускает ударные беспилотники, бьет по городам, портам, энергетике и гражданской инфраструктуре. Именно российские атаки регулярно создают угрозу соседним государствам. Поэтому обвинять Киев в последствиях российских ударов — это не дипломатия, а пропагандистская инверсия.

Для Израиля этот механизм тоже знаком. Когда агрессор запускает ракеты или дроны, а затем обвиняет атакованную сторону в «эскалации», смысл происходящего намеренно размывается. Цель такой риторики — заставить внешнюю аудиторию спорить не о фактах, а о «версиях».

Что важно понять израильской аудитории

Инцидент в Румынии — это не только европейская новость. Это часть общего кризиса международной безопасности, в котором беспилотники становятся инструментом давления, провокации и проверки границ.

Израиль живет в регионе, где подобные угрозы давно стали реальностью. Поэтому история с российским дроном в Румынии должна читаться не как далекий европейский эпизод, а как предупреждение: если агрессивные режимы видят слабую реакцию, они расширяют поле риска.

Москва сейчас пытается сделать три вещи одновременно. Снять с себя ответственность. Запугать Румынию и ЕС. Обвинить Украину в том, что стало следствием российской войны.

Но чем громче звучат эти заявления, тем очевиднее другое: Кремль нервничает именно потому, что удар по территории страны НАТО невозможно полностью спрятать за привычными словами о «провокации», «экспертизе» и «антироссийской кампании».

…
Киев снял Булгакова с пьедестала: почему это не спор о бронзе, а спор о «русском мифе» об Украине - 05.06.2026 - Новости Израиля

«Я предлагаю вам встречу» — Зеленский 4 июня 2026 написал открытое письмо путину — «Украина предлагает окончить войну в формате между нами и вами» - 05.06.2026 - Новости Израиля

Германия не прошла в Совбез ООН: как поддержка Украины и Израиля стала дипломатической ценой Берлина - 05.06.2026 - Новости Израиля

Украина ответила на критику Израиля из-за перезахоронения Андрея Мельника и предложила перевести острый публичный спор в профессиональный формат — через совместный украинско-израильский диалог историков, архивы и работу экспертной комиссии.

Речь идет не только о церемонии в Украине. Для Израиля тема ОУН, Второй мировой войны, Холокоста и памяти о жертвах нацизма остается предельно чувствительной. Для Украины, которая с 2022 года ведет войну против российской агрессии, вопрос национального пантеона и возвращения исторических фигур также стал частью более широкой политики памяти.

Именно на этом пересечении двух травматичных историй и возник новый дипломатический нерв.

Что вызвало спор между Украиной и Израилем

Поводом стала реакция израильской стороны на перезахоронение главы ОУН Андрея Мельника и его супруги Софии Федак-Мельник в Украине.

МИД Израиля заявил о сожалении из-за официальной государственной церемонии перезахоронения Мельника, указав, что «нельзя игнорировать историческую правду и память жертв, убитых нацистами и их пособниками». С критикой также выступил мемориальный центр «Яд Вашем», где выразили «обеспокоенность государственной героизацией» такой фигуры.

Украинская сторона теперь отвечает не простым отрицанием претензий, а попыткой поставить вопрос шире: если речь идет о сложной истории, ее должны разбирать не политические лозунги и не советско-российские клише, а историки, архивы и совместная экспертиза.

Это важный момент для израильской аудитории. В Израиле память о Холокосте — не абстрактная тема прошлого, а часть национальной идентичности, семейной истории и общественной безопасности. Поэтому любые украинские заявления на эту тему в Иерусалиме воспринимаются особенно внимательно.

Украинские депутаты призвали к совместной исторической комиссии

Сопредседатели межпарламентской группы дружбы Украина–Израиль Ольга Василевская-Смаглюк и Виктория Кинзбургская 29 мая 2026 опубликовали совместное заявление по поводу перезахоронения полковника Андрея Мельника.

В нем они подчеркнули, что Украина глубоко чтит память жертв Холокоста, решительно осуждает нацизм и высоко ценит поддержку Израиля в противостоянии российской агрессии.

Но дальше в документе прозвучал и другой акцент: Киев считает недоречными категоричные оценки деятелей украинского освободительного движения без учета всего исторического контекста. По мнению авторов заявления, эти фигуры действовали в эпоху, когда народы Восточной Европы оказывались между нацистским и советским тоталитаризмом, а борьба за независимость часто сопровождалась тяжелыми нравственными и политическими дилеммами.

Почему Киев говорит об архивах

Украинские депутаты призвали к профессиональному и непредвзятому диалогу историков, а также к изучению украинских архивов в рамках совместной украинско-израильской исторической комиссии.

Отдельно в заявлении прозвучал тезис о риске использования только советских и российских источников. По мнению украинской стороны, такая оптика часто ведет к искажению исторической картины и пропагандистским манипуляциям.

Для Израиля этот аргумент тоже не выглядит второстепенным. После 7 октября израильское общество хорошо понимает, как быстро история, память и моральные категории превращаются в инструмент политического давления. Украина, со своей стороны, видит, как россия годами использует тему Второй мировой войны для дискредитации украинской государственности и национального движения.

Поэтому вопрос уже не только в Мельнике.

Вопрос в том, смогут ли Украина и Израиль говорить о самых болезненных страницах прошлого так, чтобы не оставить это поле российской пропаганде.

Корнийчук напомнил о прежней инициативе Киева

Посол Украины в Израиле Евгений Корнийчук ранее рассказывал, что еще до полномасштабного вторжения россии украинская дипломатическая сторона предлагала израильским партнерам создать совместную экспертную комиссию по вопросам исторического наследия.

По словам дипломата, тогда эта инициатива не встретила заинтересованности со стороны партнеров. Сейчас, считает Киев, возвращение к такой идее могло бы стать важным шагом для конструктивного и профессионального диалога.

В этом месте конфликт выходит за рамки одной церемонии. НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency рассматривает эту историю как пример того, как украинско-израильские отношения сталкиваются не только с текущей войной, дипломатией и безопасностью, но и с тяжелыми пластами памяти, где любое резкое слово может быть воспринято как политический сигнал.

Параллель с Менахемом Бегином

В заявлении украинских парламентариев отдельно упоминается Менахем Бегин. Авторы проводят параллель: Бегин возглавлял подпольную организацию «ЭЦЕЛЬ», вел борьбу против британского мандата, а позднее стал премьер-министром Израиля и лауреатом Нобелевской премии мира за мирное урегулирование отношений между Израилем и Египтом.

Это не означает, что Киев предлагает Израилю механически принять украинскую версию истории. Скорее украинская сторона пытается показать: биографии лидеров национальных движений часто не укладываются в простую формулу «герой» или «преступник», особенно когда речь идет о подполье, войне, империях и борьбе за государственность.

Но для Израиля такая аргументация неизбежно остается болезненной.

Память о Холокосте не допускает легких аналогий. Поэтому любой украинский исторический аргумент должен звучать максимально аккуратно, без попытки обесценить еврейский опыт и без риторики, которая может выглядеть как оправдание сотрудничества с нацистами.

От Олены Телиги до Вульфа Лацкого

Украинские депутаты также напомнили, что во время нацистской оккупации Киева были казнены десятки членов подполья ОУН Мельника. Среди них — украинская поэтесса Олена Телига.

Еще один символический аргумент заявления — Вульф Лацкий, похороненный в Израиле. Он был одним из министров по еврейским делам Украинской Народной Республики. Авторы напомнили, что в 1917–1920 годах Украина была одной из первых европейских государственностей, где существовало отдельное министерство для поддержки еврейской общины.

Так Киев пытается вернуть разговор из плоскости взаимных обвинений в плоскость общей истории.

Не стереть спор.

Не закрыть болезненные вопросы.

А показать, что украинско-еврейская история не сводится только к трагедиям, коллаборации, погромам и политическим конфликтам. В ней были и периоды сотрудничества, и попытки институциональной защиты еврейской жизни, и общие страницы, которые сегодня могут стать основой для более зрелого разговора.

Почему этот спор важен именно сейчас

Перезахоронение Андрея Мельника произошло в момент, когда Украина формирует собственный национальный пантеон, а россия одновременно пытается использовать любую дискуссию о Второй мировой войне против Киева. Москва уже публично осудила перезахоронение и вызвала посла Люксембурга из-за передачи останков Мельника Украине.

Для Израиля ситуация сложнее.

С одной стороны, Иерусалим не может молчать, когда речь идет о фигурах, которых израильская историческая память «связывает» с нацистской эпохой и угрозой евреям. С другой стороны, Израиль заинтересован в сохранении отношений с Украиной — страной, которая сегодня противостоит российской агрессии и где остается значимая еврейская история, еврейские общины и память о Холокосте на украинской земле.

Именно поэтому предложение о совместной комиссии может оказаться не дипломатической формальностью, а практическим выходом из кризиса.

Если историки двух стран получат возможность работать с архивами, сопоставлять документы и обсуждать спорные фигуры без давления пропаганды, это не снимет всех противоречий. Но такой формат хотя бы позволит не превращать каждую новую дату памяти в политический взрыв.

Украинская сторона в своем заявлении благодарит израильское общество и Государство Израиль за поддержку Украины в экзистенциальном противостоянии российской агрессии.

Теперь вопрос в том, будет ли у сторон достаточно политической воли, чтобы перейти от публичных упреков к трудному, но необходимому разговору.

Потому что память между Украиной и Израилем — это не архивная тема.

Это часть сегодняшней дипломатии, безопасности и борьбы за то, кто будет объяснять прошлое: историки двух стран или российская пропаганда.

Кто сделал заявление: группа Украина–Израиль в Верховной Раде

Совместное заявление по перезахоронению Андрея Мельника подписали Ольга Василевская-Смаглюк и Виктория Кинзбургская — сопредседатели депутатской группы Верховной Рады Украины по межпарламентским связям с Государством Израиль.

Это парламентская группа, которая отвечает за контакты с Кнессетом: встречи депутатов, политический диалог, вопросы поддержки Украины, безопасности, исторической памяти и связей между украинским и еврейским обществами.

Группа работает в нынешнем IX созыве Верховной Рады с 2019 года. Первая рабочая встреча по линии Украина–Израиль прошла 12 ноября 2019 года.

На официальной странице Верховной Рады в составе группы указаны 63 депутата. Сопредседатели — Ольга Василевская-Смаглюк и Виктория Кинзбургская. Среди заместителей сопредседателей указаны Владимир Иванов, Юрий Камельчук, Владимир Крейденко, Александра Устинова и Святослав Юраш.

Недавний визит в Израиль

Важная деталь: представители этой группы недавно были в Израиле.

Делегация украинских парламентариев во главе с Ольгой Василевской-Смаглюк находилась в Израиле 7–13 июня 2025 года. В Кнессете этот визит представляли как приезд украинской парламентской делегации во главе с руководителем группы дружбы с Израилем.

По сообщению Кнессета, украинские депутаты встречались со спикером Кнессета Амиром Оханой, председателем комиссии по иностранным делам и обороне Юлием Эдельштейном, сопредседателем израильской парламентской группы дружбы Израиль–Украина Зеэвом Элькиным, а также с депутатами Кнессета Боазом Бисмутом и Владимиром Беляком.

Главные темы встреч — война россии против Украины, парламентский диалог, безопасность, санкционное давление, гуманитарные вопросы и украинско-израильское сотрудничество.

По итогам визита стороны договорились расширять межпарламентский диалог, поддерживать постоянный контакт между группами дружбы Верховной Рады и Кнессета, а также работать над более регулярной коммуникацией между депутатами двух стран. Об этом сообщало и посольство Украины в Израиле.

Почему это важно в «споре» о Мельнике

Поэтому нынешнее заявление — не случайная реплика отдельных политиков.

Его сделали депутаты, которые ведут парламентский канал Украина–Израиль и уже были вовлечены в прямой контакт с Кнессетом. Их предложение вернуться к идее совместной украинско-израильской исторической комиссии выглядит как попытка перевести спор о Мельнике из публичной перепалки в формат работы с архивами и историками.

…
Киев снял Булгакова с пьедестала: почему это не спор о бронзе, а спор о «русском мифе» об Украине - 05.06.2026 - Новости Израиля

«Я предлагаю вам встречу» — Зеленский 4 июня 2026 написал открытое письмо путину — «Украина предлагает окончить войну в формате между нами и вами» - 05.06.2026 - Новости Израиля

Германия не прошла в Совбез ООН: как поддержка Украины и Израиля стала дипломатической ценой Берлина - 05.06.2026 - Новости Израиля

В Израиле освободили из-под стражи гражданина Украины, которому грозила депортация из-за подозрений в связи с так называемыми «враждебными структурами». Мужчина почти месяц находился под арестом, но после вмешательства Посольства Украины, подачи апелляции и судебного рассмотрения МВД Израиля отказалось настаивать на его высылке.

Для украинской общины в Израиле эта история важна не только как отдельный правовой случай. Она показывает, насколько уязвимым может оказаться человек, находящийся под коллективной защитой, если решение о депортации строится на закрытых материалах, которые не представлены ни самому задержанному, ни его адвокату.

Что произошло с украинцем в Израиле

По сообщению Посольства Украины в Израиле, гражданина Украины задержали 29 апреля 2026 прямо на рабочем месте. Он находился в стране под коллективной защитой — то есть в особом статусе, который применяется к украинцам, оказавшимся за границей на фоне войны.

После задержания мужчину взяли под стражу для дальнейшей депортации.

Формальным основанием стала информация о якобы существующей связи с «враждебными структурами». Однако, как следует из сообщения украинской дипмиссии, ни самому задержанному, ни его адвокату не предоставили доказательств, документов или конкретных материалов, которые позволяли бы проверить эти утверждения.

В деле фигурировала лишь ссылка на закрытый документ от «органов безопасности». При этом сам документ фактически не был приложен к материалам дела, а значит сторона защиты не могла полноценно понять, на чем строится обвинительная логика миграционных органов.

Почему это вызвало вопросы

Для Израиля вопросы безопасности всегда имеют особый вес. Но даже в таких делах остается принципиальная граница: если человека лишают свободы и готовят к депортации, у него должна быть возможность защищаться, а у суда — проверять основания решения.

Именно этот момент стал центральным.

Речь шла не просто о миграционной процедуре. В случае депортации украинец мог потерять защиту, работу, возможность находиться в Израиле и фактически оказаться в ситуации, где решение принято без открытого объяснения причин.

Как посольство и адвокаты добились отмены депортации

После задержания Посольство Украины срочно обратилось к израильской стороне с требованием дать объяснения. К делу также подключились почетный консул Украины в Израиле Александр Зернопольский и адвокат гражданина Украины.

Защита подала апелляцию на действия правоохранительных и миграционных органов.

В ходе рассмотрения дела Министерство внутренних дел Израиля официально сообщило, что больше не настаивает на депортации украинца. Это стало переломным моментом: если ведомство отказывается от требования выслать человека из страны, суд получает иное процессуальное поле для оценки дела.

Суд согласился с позицией адвокатов и не нашел оснований для дальнейшего содержания гражданина Украины под стражей.

В Посольстве Украины сообщили, что после почти месяца ареста мужчина вышел на свободу. Для украинцев в Израиле, которые внимательно следят за подобными случаями, это стало заметным примером того, что консульское вмешательство и юридическая защита могут реально менять ход дела.

Именно такие истории важны для израильской аудитории, потому что они показывают, как на практике пересекаются безопасность, миграционная политика, права человека и положение украинцев, живущих в стране во время войны. В этом контексте НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency продолжает следить за темами, связанными с украинской общиной, консульской защитой и решениями израильских ведомств, которые напрямую влияют на людей.

Что заявил суд и почему это важно

По данным украинской дипмиссии, суд не увидел причин продолжать удерживать гражданина Украины под стражей. Это означает, что аргументы защиты оказались достаточно убедительными, а позиция МВД Израиля изменилась еще до финального давления на депортацию.

В подобных делах значение имеет не только конечный результат, но и сама процедура.

Если в деле есть закрытый документ, но он не предъявлен стороне защиты и фактически не включен в материалы, возникает проблема судебного контроля. Суд не может быть формальностью: он должен проверять, есть ли реальные основания для ограничения свободы и высылки человека из страны.

Что это меняет для украинцев в Израиле

В Посольстве Украины заявили, что использование всех доступных механизмов судебного контроля и проверки фактов позволило защитить права гражданина Украины и одновременно выявить недостатки в работе израильских миграционных служб.

Эта формулировка важна.

Она показывает, что украинская сторона рассматривает дело не как случайную ошибку, а как показатель более широкой проблемы: решения, связанные с депортацией, должны быть прозрачными настолько, насколько это возможно в рамках безопасности, и обязательно проверяемыми в суде.

Для украинцев, которые находятся в Израиле под коллективной защитой, дело стало напоминанием: при задержании, угрозе депортации или споре с миграционными органами нельзя оставаться один на один с системой. Важно сразу обращаться к адвокату, фиксировать все документы, требовать объяснений и уведомлять консульские службы.

Израильский контекст

Израиль живет в условиях постоянных угроз, и подозрения в сфере безопасности здесь воспринимаются крайне серьезно. Но именно поэтому любые решения о лишении свободы и депортации должны проходить особенно аккуратную проверку.

Иначе под ударом может оказаться не только конкретный человек, но и доверие к системе.

В данном случае вмешательство Посольства Украины, работа адвоката и позиция суда привели к тому, что депортация была отменена, а украинец освобожден. Для украинско-израильских отношений это не громкий дипломатический конфликт, но показательный эпизод: консульская защита работает тогда, когда дело доводят до проверки, а не оставляют на уровне закрытых формулировок.

…
Киев снял Булгакова с пьедестала: почему это не спор о бронзе, а спор о «русском мифе» об Украине - 05.06.2026 - Новости Израиля

«Я предлагаю вам встречу» — Зеленский 4 июня 2026 написал открытое письмо путину — «Украина предлагает окончить войну в формате между нами и вами» - 05.06.2026 - Новости Израиля

Германия не прошла в Совбез ООН: как поддержка Украины и Израиля стала дипломатической ценой Берлина - 05.06.2026 - Новости Израиля